Брачный договор с проклятиями - Милена Валерьевна Завойчинская

Но сегодня мы были другими людьми. Внезапно оба без проклятий, без масок. При этом немножко влюбленные и немного растерянные, потому что мы едва знакомы, но поцелуй, снявший проклятие, четко давал понять, что он – поцелуй истинной любви.

Это пугало и не укладывалось в голове. И если кто-то думает, что ночью между нами что-то было, то спешу разочаровать. За руки держались, да. Но, кажется, оба были не готовы к чему-то большему.

Да и в самолете мы вели себя как подростки, а не как взрослая семейная пара. Держались за руки, перешептывались, я клала голову ему на плечо, а он перебирал мои волосы. Кажется, мы выглядели донельзя глупо и умилительно, потому что на нас поглядывали с улыбками и пониманием. Во время пересадки на стыковочный рейс ходили под ручку, постоянно переглядывались и улыбались.

Но когда спустя много часов в перелете и в стыковочном аэропорту мы приземлились наконец на родине и оказались в шумном зале московского аэропорта, на нас нахлынула реальность. Стояли с чемоданами и сумками, и медленно накатывало трезвое понимание ситуации.

У нас разные жизни, разные города, разные обязанности и обязательства. Родителей нужно как-то готовить к новости о спонтанном браке. Что-то решать с работой? Извещать друзей? Или все это просто курортное безумие без продолжения?..

– Ну… – Иван взялся за ручку чемодана. – Я, наверное… поеду. Мне нужно уладить днем кое-какие вопросы, а вечером на Сапсан.

– Да, – кивнула я, глядя куда-то мимо него. – Я помню. Мне тоже нужно ехать. Мама уже десять раз звонила. Волнуется, она еще не знает…

Мы неловко посмотрели друг на друга.

– Ну… Ты позвонишь? – спросил он, и в его голосе впервые за все время прозвучала неуверенность.

– Конечно, – ответила я и сама верила в это. Но в тоже время…

Сказка закончилась. Это был прекрасный роман, хоть и короткий, курортный… Или нет?

Мы обменялись какими-то ничего не значащими фразами, и он, тяжело вздохнув, развернулся и пошел к выходу. Я посмотрела ему вслед, потом тоже повернулась и покатила чемоданчик в противоположную сторону, в другой терминал, чтобы дойти до железнодорожного аэроэкспресса.

С каждым шагом внутри нарастала пустота. Десять шагов. Пятнадцать. Я обернулась, пытаясь найти в толпе светловолосую выгоревшую на солнце макушку. Но Ивана нигде не было видно. И тут меня осенило, и я похолодела от ужаса. Мы же не обменялись контактами! Ни телефонами, ни соцсетями, ничем! Целую неделю прожив вместе, пережив все это, мы были настолько поглощены ссорами, проклятиями и друг другом, что забыли о такой мелочи! И как же я должна ему позвонить?!

Паника, острая и холодная, ударила в виски. Я могу его потерять. Сейчас, здесь, в этом дурацком аэропорту!

Иван, должно быть, осознал то же самое. Потому что я увидела, как в толпе, метрах в пятидесяти от меня, люди обалдело расходились, не понимая, что их спихнуло в сторону. А ко мне пробивался высокий парень со светлыми волосами, расталкивая всех на своем пути.

Я не помню, как, вцепившись в ручку чемодана, помчалась ему навстречу. Мы столкнулись напротив стойки регистрации, запыхавшиеся, смешные, смущенные. И оба не обращали внимания на осуждающие взгляды.

– Мы забыли! – выпалила я.

– Я тебя люблю, нецаревна-неквакушка, – выдохнул он, взяв меня за плечи обеими руками. – Не могу без тебя. Не уходи.

– А я тебя, неудачник, – сквозь смех и навернувшиеся слезы прошептала я. – Но раз ты теперь не неудачник, значит, все у нас получится?

– Однозначно! – он улыбнулся, и в его глазах плясали озорные искорки. – Нам с тобой нужно будет в загс, подтвердить международный брак. Наверное, потребуются какие-то справки, свидетельство… Узнаем потом, что необходимо, чтобы и тут он был признан. Но давай сначала просто выпьем кофе? Прямо тут, в аэропортовской кофейне. Посидим вместе, обдумаем все, разберемся, кто куда едет, и составим план. Помнишь, у нас же все по плану? – Он приобнял меня.

– Как же, помню, – фыркнула я, обнимая его в ответ. – «Женитьба или ничего». Самый гениальный план в истории.

– И он сработал! – рассмеялся он. – Будем еще внукам рассказывать, как я выпустил вместо стрелы дрона с видеокамерой и нашел невесту на листе лотоса. Современная версия Ивана-царевича с техникой вместо лука со стрелами.

Я прыснула от смеха и развела руками.

– А как мы дальше?.. – спросила, имея в виду, что я живу в Москве, а он в Питере.

– Что нам мешает жить на два города? В будни можем тут, работу я легко найду, меня приглашали уже. А в выходные ко мне, в город на Неве.

– У вас сыро и ветрено.

– Но ты же не на болоте будешь обитать, – тронул он пальцем кончик моего носа. – У меня квартира на Невском, старый фонд, тебе понравится.

– Ладно, – рассмеялась я. – У меня квартира не напротив Кремля, конечно, но тоже в центре и тоже старый фонд. А учитывая, что ты больше не невезучий, Москва не пострадает.

– Не переживай, Василина. Справимся. На два города, на три, на сколько угодно. Лишь бы ты была рядом.

Мы взялись за ручки наших чемоданов и, не выпуская друг друга из объятий, покатили их к ближайшему кафе. Мой аэроэкспресс и его Сапсан были безжалостно отправлены в небытие. Мы сидели за столиком, пили капучино и на салфетке рисовали наш первый общий план: он задерживается в Москве на неделю, я еду с ним в Питер на следующих выходных. А через пару месяцев начинаем искать загородный дом в Подмосковье у реки. На всякий случай, по старой памяти. Чтобы встретить там Новый год и проводить выходные, если не захотим ехать в Санкт-Петербург.

Потому что иногда, чтобы найти настоящую любовь, нужно взять в плен чужое имущество, выйти замуж за незнакомца и пройти через ссоры, обиды и лягушачьи шкурки. Не забыть поцеловаться. А потом просто не разойтись в аэропорту.

От ненависти до любви – всего один шаг. И он того стоил.

Примечания

1

Отсылка к песне Водяного в исполнении Анатолия Папанова из мультфильма «Летучий корабль» – советского музыкального рисованного мультфильма, снятого режиссером Гарри Бардиным в 1979 году по мотивам одноименной русской народной сказки.

2

Сказка «Царевна-лягушка» из сборника русских народных сказок в обработке А. Н. Афанасьева.

3

Манья́на (mañana) – в испаноязычных странах означает «завтра». Но чаще используется в переносном смысле как потом, скоро, в ближайшее время,