Кофе по понедельникам - Алексей Котейко

– Ешь, – парень развернулся и направился к двери подъезда. Куртка с капюшоном защищала тело, но на лице осела дождевая морось, мутью заволокла очки. Сергей снял их, протёр вынутым из кармана платком, а когда снова надел – увидел, как пёс осторожно изучает оставленные сардельки. Бродяга явно знал цену неожиданным подаркам судьбы, которые запросто могли закончиться ядовитой начинкой.

Серёга продолжал стоять у входа в дом. Косматая голова – от рождения эта шерсть, должно быть, имела золотисто-персиковый цвет, но под комьями грязи судить об этом наверняка было сложно – поднялась, и пёс снова принялся внимательно разглядывать человека. Потом осторожно, стараясь не выпускать парня из поля зрения, наклонился, и взял-таки одну из сарделек.

Сергей оставался неподвижным, пока бродяга не съел всё. Пёс облизнулся, ещё раз взглянул на парня, потом развернулся и неспешно потрусил через улицу по диагонали, к монастырской стене, и дальше вдоль неё, вглубь лабиринта из улочек и переулков, раскинувшихся по склонам окрестных холмов.

* * *

Погода заставила всех любителей ранних прогулок сидеть по домам, а у тех, кто торопился по делам, отбила интерес к кофе, так что за два часа с момента открытия в «Старый Город» не заглянуло ни одного человека. Насколько Серёга мог судить, у цветочной лавки через дорогу дела сегодня шли не лучше, и даже продуктовый магазинчик не мог похвастать своей обычной бойкой торговлей.

Впрочем, парня такое положение дел вполне устраивало. Смартфон стоял, прислонённый к большой банке с тростниковым сахаром; на смартфоне было открыто изображение собаки – из тех, что просмотрел Сергей, оно больше всего походило на увиденного утром пса. И теперь бариста, снова превратившийся в художника, делал набросок за наброском, выбирая подходящий ракурс собачьей головы для задуманной работы.

Сюжет уже сложился в мыслях Серёги: пустынная улица, пасмурное утро, грязный бродячий пёс, когда-то бывший домашним. Потрескавшийся от времени, изношенный ошейник с насквозь проржавевшим медальоном, где уже не прочитать ни клички, ни телефона владельца. И серая пелена мелкого дождя, в которой тают звуки, расплываются лица, глохнут запахи давным-давно потерянного дома.

Колокольчик на входной двери зазвонил так неожиданно, что Сергей вздрогнул. Поднял глаза – и вздрогнул вторично: на пороге кофейни, отряхивая от дождевых капель фиолетовый зонт, стояла девушка с серыми волосами. На плече у неё висела небольшая спортивная сумка.

– Доброе утро, – поздоровалась посетительница, оглядываясь в поисках подставки или вешалки для мокрого зонта.

– Доброе утро, – растерянно пробормотал Серёга. Потом спохватился:

– Можно поставить на пол, открытым. Быстро высохнет.

– Спасибо. Латте, пожалуйста.

– Я помню, – отозвался парень и увидел, как изящно очерченные тёмные брови чуть приподнялись в удивлении.

– С карамельным сиропом, – уточнил Сергей, решив, что если уж выглядеть дураком – то до конца. – Просто я тоже люблю латте с карамельным сиропом.

– И божьих коровок? – в голосе девушки послышалась насмешка.

– В смысле?

– Вы мне обещали нарисовать божью коровку.

– Я ничего не обещал, – парень увидел, как брови снова взметнулись вверх. Было похоже, что незнакомка с серыми волосами не привыкла слышать возражения. – Но я постараюсь, – добавил Серёга и чуть улыбнулся.

Улыбка вышла одновременно растерянной и беззащитной. Так улыбаются маленькие дети – искренне, открыто, ещё не умея скрывать за движением губ тайные смыслы и подтексты. Секунду-две тёмно-синие глаза, слегка прищурившись, внимательно изучали парня, невольно вызвав у того ассоциации с псом, который будто решал, насколько человек достоин или не достоин его доверия.

Наконец, решение было принято, и девушка улыбнулась в ответ.

– И «американер».

– С шоколадной крошкой или лимонной цедрой?

Посетительница поколебалась, потом указала на витрину:

– Пусть будет с цедрой. Вкусные?

– У нас всё вкусное, – заявил Сергей. – Попробуйте, сами убедитесь. Второе за счёт заведения.

– Не надо за счёт заведения, – слегка нахмурилась девушка. – И потом, два – уже чересчур.

– А… Диета?

Сероволосая пожала плечами.

– Да нет. Просто я не сластёна, – она направилась к тому же столику, за которым сидела в свой первый визит. Сумку посетительница повесила на спинке стула, достала из внутреннего кармана куртки смартфон и углубилась в пролистывание каких-то страниц.

Готовя кофе, Серёга то и дело посматривал на незнакомку. Сегодня на ней снова была чёрная кожаная куртка, но уже в комплекте с зелёными штанами-карго. Вместо высоких сапог со шнуровкой девушка теперь носила зелёные же кроссовки. Только майка – а, может, футболка – когда посетительница расстегнула верх молнии на куртке, опять оказалась белой.

– Приятного аппетита, – пожелал бариста, ставя на стол тарелочку с одиноким печеньем и бокал с латте. Девушка подняла глаза от смартфона, взглянула на рисунок на молочной пенке – и фыркнула:

– Что с этой коровкой случилось?

– Извините, – парень смущённо потянулся к бокалу. – Разрешите, я переделаю?

– Думаете, во второй раз получится лучше? – тёмно-синие глаза, в которых плясали насмешливые искорки, встретились с карими.

– Практика есть практика, – растерянно отозвался Сергей. – У нас как-то до сих пор никто не заказывал божьих коровок.

– Оставьте, – благосклонно махнула рукой девушка. – Будем считать, что это уникальный авторский стиль.

– Может, всё-таки переделать? – предложил Серёга, и увидел, как глаза незнакомки стремительно темнеют, будто предгрозовое небо.

– Я же сказала – не нужно.

– Извините, – он нерешительно отступил на шаг, потом развернулся и направился за стойку. Спиной парень ощущал, как внимательный взгляд сопровождает его, то ли оценивая, то ли изучая. Нерешительность вдруг сменилась раздражением: ни от оценок, ни от изучения Сергей не ждал ничего хорошего. Он ещё раз посмотрел на девушку – та снова увлеклась своим смартфоном – и вернулся к наброскам.

* * *

– Так вы художник, – голос сероволосой вырвал его из блаженного забытья, подаренного работой. Серёга настолько увлёкся процессом, что напрочь забыл о времени. Незнакомка стояла у витрины, а на стойке красовались пустые тарелочка и бокал.

Сергей посмотрел на страницу скетч-бука, словно сам видел её впервые. Основную часть наброска он сделал сепией – специально для того, чтобы можно было работать и в кофейне, парень обзавёлся сепией и сангиной в карандашах. Но глаза пса, отдельные волоски на шерсти, тени на рисунке, были выполнены углём. Сочетание получилось контрастным, но чего-то не хватало.

– Да, есть немного, – Серёга сказал это просто чтобы что-то сказать, и тут же почувствовал, как стеснительность от неумения поддержать беседу быстро перерастает в давешнее раздражение. Какое ей, в конце концов, дело до его художеств? Или это просто подколка?

Парень посмотрел на девушку, но на её лице не было и следа насмешки. Напротив, посетительница с интересом разглядывала набросок, и даже чуть подалась