Меня предавать нельзя - Амелия Борн

— Пойдем, поговорим вдвоем. Нам нужно многое обсудить как двум взрослым людям.

Я прошла мимо Владлена и покинула комнату. Убедилась в том, что Токарев последовал за мной, а в голове моей тем временем уже начал формироваться план возмездия.

С определением «двое взрослых людей», похоже, я дала маху. Муж вел себя совершенно не как состоявшийся мужик. Он вообще искренне считал, что просто сходил налево и моя реакция на данный факт сравнима с тем, что его ненадолго поставили в угол.

— Итак, как мы станем действовать дальше, — начала я, стоило нам вновь оказаться в «переговорной», — ты поедешь на свои конференции, а мы с девочками — на отдых. Втроем. Причем очень и очень дорогостоящий. Когда я вернусь, подыщу себе какой-нибудь дом… ну или хорошую квартиру. Это будет откуп за то, что ты спал со своими проститутками.

Не нужно было обладать семи пядями во лбу, чтобы понять по лицу Токарева простую вещь: он готов послать меня куда подальше, но изображает из себя смирение. И никакого дома или квартиры мне не видать. Но прямо интересно стало, как он планирует извернуться.

— Хорошо, — кивнул Влад. — Я попрошу Вету подыскать что-то приличное.

Я замотала головой.

— Не нужно, я справлюсь сама. Ты просто перечислишь сумму, куда и когда я скажу.

Челюсти мужа сжались, но он промолчал и ничем не высказал своего отношения в сторону озвученного.

— Дальше я стану смотреть за твоим поведением. Если ты снова окажешься между ног какой-нибудь дамочки с низкой социальной ответственностью, то мы с детьми переезжаем в мое новое жилье и я начинаю бракоразводный процесс.

Владлен застонал и воздел руки к небесам (точнее, к потолку).

— Боже мой, Варя! Ну как мне тебе доказать, что я больше даже не взгляну в сторону других женщин?

Я не уставала поражаться тому, что Токарев искренне считал, будто он вот так просто скажет мне, что не станет ходить налево, и я тут же это приму это и поверю.

— Делом, Влад! Только делом.

— Отсылать тебе отчеты о своих передвижениях раз в десять минут? — с насмешкой спросил муж.

Я ухватилась за эту чудесную идею.

— Прекрасное предложение, Токарев. Во-первых, не смей наказывать родителей за то, что они встали на мою сторону, а не на сторону своего сыночка-изменщика. Во-вторых, думаю, пары миллионов, которые ты перекинешь мне на счет, вполне хватит на приличный отдых нам с девочками. Ну и в-третьих, пока мы станем нежиться на песочке, ты будешь на конференциях, с которых станешь отправлять мне раз в десять минут видео.

Я хлопнула в ладоши, ставя тем самым точку в нашем разговоре. Токарев был мрачнее тучи. Он наверняка не выполнит даже десятой доли из перечисленного, я была в этом уверена, однако понаблюдать за тем, как муж станет изворачиваться, стоило.

Но меня не оставлял простой вопрос: если так хочется залезть на других, зачем ему я? Ради картинки, которую можно показать остальным? Так он был прав — походами налево и шлюхами, которых имели чуть ли не все люди его окружения, уже никого не удивишь.

— Все, Варя. У меня уже голова от всего этого заболела, — пожаловался Токарев. — Я в аэропорт, раз блудная мать вернулась. А ты пока скинь мне ссылку на путевку, которую выберешь. Я оплачу.

Он ушел, оставив мне ощущение, что у Влада сложилась в голове определенная картинка. Я побешусь-побешусь и будет все так, как он привык. Но еще посмотрим, кто кого…

— Варя, я просто в бешенстве! — заявила моя мама, которая приехала к нам с девочками через пару часов после того, как Токарев отбыл в свою поездку.

Как только муж переступил порог дома, я испытала совершенно искреннее облегчение. И дальше взаимодействовать с ним и заводить беседы по кругу было выше моих сил.

— Пусть он подавится своими деньгами! Я думала, мне любимый зять делает подарок — поездку на север, а оказывается, он оказывал одолжение! Да еще и готов меня шантажировать только за то, что я встала на сторону дочери! А что он думал? Что я решу, будто мне изменщик-зятек дороже? Идиот!

Мама так раздухарилась, что я испугалась, как бы ее удар не хватил.

— Мамулик, не переживай ты так… Я уже совершенно спокойна! — заверила я родительницу, что ходила туда-сюда, сокрушаясь от вероломства Владлена. — А давай ты пока не на север поедешь, а с нами в теплые края? М? — предложила, приобняв маму и подведя ее к дивану.

Девочки, узнав, что их все же везут за границу, просияли и пообещали вести себя лучше всех, но я уже поняла, что без помощи кого-то из взрослых мне будет несладко. Так что как только отзову запрет на выезд, можно отправляться в путешествие.

— Ты говорила, что Токарев оплатит любую, даже самую дорогую поездку, — проговорила мама, доставая телефон.

— Угу. По крайней мере, обещал это сделать. А что?

Я сдвинула брови на переносице, не понимая, что затевается.

— Да у меня Лара работает в туристическом агентстве. Я сейчас же ей позвоню — пусть нарисует путевку раза в три дороже, чем на самом деле!

Пока мама говорила по телефону, я смотрела на нее с сомнением. Уж чтобы Токарев поверил на слово в то, что условная Турция может стоить несколько миллионов? Это немыслимо.

— Все! Лара сейчас пришлет мне исправленную путевку на четверых. И как только снимешь запрет — летим. Там какая-то Куба, интересный очень остров… Она нарисует, что путешествие стоит пару миллионов. А на деле мы заплатим тысяч шестьсот.

Мама едва руки не потирала от предстоящего фортеля, который собиралась провернуть. А вот я совсем не была уверена в том, что Влад на это купится.

Однако когда я отправила ссылку на путевку мужу, который как раз добрался до аэропорта, откуда записал мне очередное видео, он немного помолчал, а потом все же перевел деньги турфирме.

Итак, мне уже удалось раздобыть приличную сумму — не прошло и половины дня. То ли еще будет.

До поездки оставалось несколько дней, Токарев обещался приехать уже вот-вот, но я раз за разом ловила себя на мысли о том, что мне совершенно не хочется встречаться с мужем и портить себе тем самым настрой на путешествие.

Разумеется, все эти истории с бесконечными роликами, в которых муж рассказывал о своих передвижениях, очень быстро сошли на нет. Да и не желала я