Ангел-хранитель для заблудшей души - Елена Анатольевна Казанцева

— Проходите в гостиную, а зачем он вас вызвал? — Лариса провожала гостя, с удивлением разглядывая того.

— Так он попросил принести документы на подпись, сказал, что это очень срочно. Разве он с вами предварительно не согласовал?

— Не-а, — отрицательно покачала головой Лариса. — Видите ли, его увезли в больничку, когда он будет, не известно. Да вы присаживайтесь, в ногах правды нет.

Нотариус замялся, но все же примостился на краешке стула.

— Так мы с вами не сможем подписать документы, так как там требуются две подписи, — развел руками нотариус.

— А вы давайте мне эти документы, я ознакомлюсь, а потом мы все подпишем, — радостно предложила Лариса.

— Но ваш муж… он просил документы передать ему в руки.

— Но его нет. Поэтому давайте мне их, мы их подпишем и у вас завизируем.

Нотариус помялся, но затем достал из портфеля прозрачную папку и передал в руки Ларисы. Она лишь положила папку на край стола и кивнула головой, давая понять, что аудиенция окончена.

Нотариус поспешил на выход. В дверях он обернулся, замялся, но потом кивнул на прощание головой и ушёл. Ларису же съедало любопытство, что там могло быть в этой папке. Она быстро вернулась к столу и выдернула документы из файла. Несколько минут ей хватило, чтобы пробежаться по тексу и понять его суть.

— Ах ты, скунс вонючий, ишь что задумал, — прошипела злобно Лариса. — Ну, держись, я теперь тебе не только гениталии отчекрыжу, я тебе аппендицит трижды вырежу!

Ларисе вновь захотелось жрать. Кексы доходили до кондиции в духовке, по кухне растекался аромат кардамона и острых специй. Она отрезала себя кусок мяса и положила на тарелку овощи. Вот только поесть ей не дали. Вновь раздалась трель дверного звонка.

— Етить твою налево, — она подошла к двери и резко её открыла. На пороге стоял все тот же полицейский.

— Это я, — проблеял тот, разглядывая злобное лицо хозяйки дома.

— Вы пожрать мне дадите! — рявкнула она. — Второй день голодная, маковой росинки во рту не было!

— Извините меня, хозяюшка, но я вот тоже до сих пор не ел, — и полицейский повел носом, так вкусно пахло в этой квартире.

— Проходите, — кивнула ему Лариса. — Обувь снимайте, у меня мыто!

Полицейский засуетился.

— Да у меня дело небольшой, может, сразу все и решим.

— А жрать вы в сапогах и шинели будете? — оглянулась на него Лариса, она уже направила свои стопы в кухню.

Полицейский замер на минуту, а потом до него дошло, что здесь ещё и покормить могут, и он быстро снял обувь и повесил верхнюю одежду на крючок.

Через несколько минут они сидели вместе за столом и ели то, что приготовила Лариса.

— Меня так-то Никитой Сергеевичем кличут, — представился полицейский. — Я ваш участковый. Работать то у нас некому, вот на меня все и свалили, приходится ходить и разбираться. Ох и вкусно вы готовите, хозяюшка.

Лариса подкладывала кусочки мясца мужчине. Ей нравилось, когда её хвалили и с удовольствием ели то, что она приготовила.

— Тут ведь вот какое дело, хозяюшка, на вас дамочка одна пожаловалась, заявление написала. Якобы вы Кристине Львовне Любомировой нанесли телесные повреждения, когда мужу причиндалы кипятком залили, — полицейский перестал жевать и внимательно посмотрел на Ларису.

— Ой, тут такое дело, полюбовница эта моего мужа, спит с ним прямо у меня на глазах, страх потеряли. Ничего я ей не делала. Просто она упала неудачно, когда я на кухне готовила. Ну, масло у меня разлилось. А пока ручонками своими погаными по сторонам махала, так уронила на себя миску с тестом.

— И все? — спросил Никита Сергеевич.

— И все, ничего я ей не делала, — с серьезным лицом пояснила Лариса. — Если бы я что-то ей сделал, то её бы сейчас в реанимации откачивали бы, я бы ей руки и ноги переломала и позвоночник выдернула бы.

— Не сомневаюсь, хозяюшка, — кивнул полицейский. — Я её на освидетельствование пошлю, если ничего, кроме одного синяка на ней не найдем, то вы можете написать на неё заявление на клевету.

— Ничего я писать не буду. Лучше выкину её с балкона, когда она в следующий раз притащится.

— Не, не, не, не надо наносить тяжелые телесные повреждения, за это могут посадить, а вам зачем неприятности. Вы лучше замки поменяйте, чтобы никто к вам в дом не ломился.

— И то правда! А как мне их поменять? Праздники же?

— А за вкусный обед, хозяюшка, я к тебе одного человечка пришлю, он самый лучший мастер на районе, у него и замки завсегда есть. Ты ему рюмочку налей и закусь поставь, так он тебе все сделает.

Через час у Ларисы уже были поменяны замки, починены краны, и мастер с удовольствием чокался рюмочкой с доброй хозяйкой.

Глава 8

На следующий день Лариса встала с желанием поменять в своей жизни все. Кардинально, без угрызения совести, выбросить все, что до этого мешало.

— И так, вещи семейки я вчера выкинула, теперь в моих шкафах пусто, — она стояла перед зеркалом и рассматривала себя. — Одеть мне нечего, да и видок у меня, как у покойницы, что уже заветрелась.

Она пропустила сквозь пальцы волосы. Те висели паклей, расщеплялись на кончиках, были тусклыми и безжизненными.

— Если меня жизнь, то надо начинать с себя, — заключила Лариса и пошла на кухню.

Она заварила себе кофе, сыпнула специй, втянула аромат благородного напитка. Маленькая чашечка черного кофе взбодрила. А кусок свежеиспеченного кекса придал пикантность этой маленькой чашке кофе.

Через час она уже бодро вышагивала в сторону большого торгового центра. На одной из улиц Лариса притормозила у вывески «Парикмахерская Весна». Почему то ей очень захотелось ощутить себя весной, когда нежный ветер треплет тебе волосы и ласкает кожу.

И она зашла.

— Девушки, у вас волосы в порядок можно привести? — спросила она мастера, что скучала у окна и потягивала кофе.

Та окинула ленивым взглядом случайную клиентку и лениво произнесла: Девушка, у нас очень дорогая парикмахерская.

Но Ларису уже было не остановить, она вытащила из кошелька две крупные купюры и потрясла ими в воздухе.

— Этого хватит?

Девушка быстро скинула с себя сонливость, накинула фирменный фартук и сделала приглашающий жест.

Через минуту Ларисе уже мыли голову, обрабатывая разными средствами, воркуя над ней.

— У вас волосы вьющиеся, такие волосы очень пористые, вам надо масочки делать для волос. А давайте, вам немного осветлим цвет?

Через два часа Лариса вышла из парикмахерской и накинула на голову капюшон. Свою шапку она выбросила