Негасимое пламя - Анна Ликина

– Рассказывай.

Женщина посмотрела на стариков, ища поддержки. Мужчины сидели молча.

– Я почти ничего не знаю о ключе. Но в Руксе есть тайная библиотека Дари. Там точно можно найти све́дения о возможном существовании ключа.

– О возможном существовании? Я не такое желал услышать!

Эван впился в шею девушки зубами. Женщина залилась слезами. Руки стариков задрожали. Вампир отстранился от затаившей дыхание молодой рабыни.

– Ещё одна попытка.

– Проводниками в нашем мире были Дари, – тихо произнёс один из стариков, – Других ключей никогда не было.

Князь застыл. Всех Дари убили. И детей тоже.

– Может, у Дари были бастарды?

– Нет. У нас ценится крепость брака.

Но тем не менее ключ объявился.

– Магия мира просела в последнее время, с чем это может быть связано?

Замгарцы посмотрели на князя удивлёнными взглядами:

– Мы не почувствовали снижения магической энергии.

Ключ защищает магию от Зомдика? Очень интересно.

– Где в Руксе искать библиотеку?

Теперь голос вновь подала женщина:

– Севернее от города. Точное местоположение знали только Дари.

Всё упирается в этих Дари. Поторопились, однако, князья с убийством правителей Замгара.

– Ладно, поверю. Но если это окажется ложью, я вернусь и залью ваши дома кровью.

На плацу князь отдал приказ об освобождении языков, обратился стаей летучих мышей и отправился в замок. После столь мерзкого места хотелось помыться дезинфицирующим средством.

«Твои грехи никакой хлоркой не отмоешь – ехидно прозвучало в голове, – да и нет этого средства на Замгаре, в мирах, богатых магией химия не в чести».

– Тебя бы тоже вымыть из головы.

– Любишь болтать сам с собой, малыш?

Эван так стремился попасть в свои покои, что не заметил стоя́щего в одном из переходов замка Гедеона.

– Гедеон, старина, бессонница замучила на старости лет? – не обращая внимания на колкость, спросил Эван.

– Нарываешься, щенок. Забыл кто я?

– Уже дрожу от страха.

Оранжевый глаз дёрнулся. Ноздри ямисоминца нервно затрепетали. Эван почувствовал давление на сознание и позволил сломить себя. Гедеон остановился, только когда из носа вампира потекла кровь, а лицо Эвана, опустившегося на колени от слабости, исказилось от боли.

– Знай своё место клыкастик и никогда не нарывайся на старших, – злобно пророкотал Гедеон и, тряхнув зелёными волосами, скрылся за поворотом.

– Скоро всё измениться, – усмехнулся Эван, поднимаясь на ноги и утирая кровь.

Рассерженный Гедеон никогда не будет искать в голове важные све́дения, лишь причинит боль. Эван давно заметил этот изъян в телепате. Свою истинную силу сто́ит скрывать, как и свои слабости. Только так можно выжить в этой звериной стае.

Лёжа в тёплой ванне, Эван отметил, что уже легче переносит вторжения ямисоминца в разум. Раньше пытки длились дольше. Князья, похоже, теряли интерес к бесконечным поединкам. За последний месяц никто не доказывал своего превосходства. Или Эван просто упустил бои, находясь на Самстере?

Впрочем, неважно. Завтра нужно отправиться в Рукс. Вампир чувствовал, что удача благоволит в этот раз.

Глава 9

Сенан с несвойственной демонам нежностью прижимал к себе Тику. В человеческом обличии Сенан был довольно привлекательным мужчиной с серебристо-серыми глазами, мужественными чертами лица, короткими светло-русыми волосами. Как и в боевой ипостаси, Сенан был высокого роста и обладал достаточно мускулистым телом. Девушка положила голову на грудь мужчины, слушая сердцебиение двух сердец.

– Ты молчалива сегодня, что-то случилось?

– Ерунда.

– Синяки на твоей шее не ерунда.

Тика потёрла шею и прикрыла глаза.

– Кто это сделал?

– Сенан…

– Кто? – в голосе демона послышались властные нотки.

Прорицательница завернулась в плед и, встав с кровати, подошла к окну. Она не любила, когда Сенан становился тем, кому безоговорочно должны подчиняться. Не за это полюбила Тика князя.

– И что ты сделаешь, если я назову имя?

– Уничтожу, – рыкнул демон в ответ. Приподнявшись на локте, Сенан залюбовался фигурой девушки.

Сенан знал, что всегда рискует, приходя в комнату прорицательницы. Зомдик бережёт ровидицу за возможность выбрать насыщенный магией мир, именно поэтому Тика имеет неприкосновенный статус. Никто из князей не имеет права и пальцем тронуть Тику.

Девушка горько рассмеялась. Сенан поднялся с постели, подошёл к окну, обнял девушку со спины и зарылся носом в фиолетовые волосы. Сенану провидица тоже была дорога. Только с Тикой демон мог быть ласковым, смиренным, расслабленным. В мрачном замке девушка была единственным источником света для Сенана, напоминанием, что кроме жестокости и ненависти есть любовь, нежность.

– Тика…

– Допустим, это сделал Эван, – прорицательница повернулась и посмотрела Сенану в глаза.

Пальцы Сенана удлинились и превратились в чёрные когти, глаза потемнели от ярости.

– Не сто́ит убивать вампира. Он сейчас очень важен.

– Плевать…

– Не плевать, Сенан! Я сама виновата, наговорила резкостей. Синяки к утру уже сойдут. Эван прекрасно знает, что было бы в случае моей смерти. Вампир любит жизнь и не стремится умирать.

– Что-то непохоже, – глаза Сенан стали чёрными, как смоль. Мужчина стал ещё выше, а кожа приобрела коричневый цвет. Отстранившись от девушки, Сенан взял одежду.

Тика молча наблюдала за Сенаном, прекрасно зная, что демон достаточно быстро отходит после вспышки гнева, тем более сейчас Эвана не было в замке. Вампир упорно шёл к цели. Пока события развивались согласно пророчеству. Именно Эван найдёт ключ. Девушка, что является проводником, изменит вампира в лучшую сторону. Мир обретёт свободу и Тика тоже.

Демон ушёл, оставив прорицательницу в одиночестве. Сенан направился к покоям вампира. Ударив три раза кулаком по двери, демон вошёл в комнату. Темнота и пустота. Тика явно знала, что Эван отсутствует, потому так спокойно и сообщила имя. Ничего, Сенан пообщается с вампиром, как только тот вернётся в замок.

Демон не слишком стремился найти ключ к магии: бесконечные смены миров уже надоели князю, Сенану хотелось спокойствия, обыденности. Позиция Сенана среди князей достаточно уверенная – демон ещё не проиграл ни одного сражения, поэтому выдвижения кого-то в ряды особо приближённых не волновали демона. Больше заботила безопасность Тики.

***

Тика бродила по замку. Девушке нельзя было выходи́ть за пределы каменного склепа – так про себя называла Тика замок. Неприкосновенная и бесправная. В собственном, давно погибшем мире, Тика бы жила примерно так же: заключённой в башне храма, опоенной зельями для смирения и отвечающей на бесконечные вопросы от служителей храма о будущем. Прорицательницы мира Соика считались говорящими с богами, именно последние и отправляли виде́ния. Девушка горько усмехнулась. Как глупо. Мир мёртв, как и возможные боги, но Тика видит возможное будущее.

В большом зале, используемом, как арена для боёв князей, Тика почувствовала дрожь в пальцах. Глаза застелила