Любовь до боли в сердце. Книга 2 - Светлана Файзрахманова

— Марин, у тебя Дашенька сегодня с кем? — уточнила Вероника.

— Фаина приехала на профпереподготовку на неделю, у меня будет гостить.

— Это хорошо, ты по крайне мере будешь не одна, — решили мы все хором, кивая и поддакивая друг за другом.

Немного расслабившись, Марина вернулась поздно вечером домой.

— Фай, спасибо, что с Дашенькой посидела, — поблагодарила Марина подругу.

— Мы смотрели мультики, а позже я ее уложила спать, — отчиталась Фаина. — И еще приходил мужчина, хотел с тобой поговорить.

— Какой мужчина. Русоволосый, зеленоглазый? — сердце ускочило в пятки, Марина резко протрезвела.

— Нет, кареглазый, высокий и темноволосый, очень симпатичный, в деловом костюме, с портфелем.

— Что, Милютин уже нанял адвоката? — ахнула Марина, вцепившись руками в край стула.

— Какого адвоката, ты о чем, — внимательно присмотрелась к подруге Фаина. Поставила чайник на плиту.

— Милютин хочет отобрать у меня дочь, — выдохнула Марина.

— Ты же говорила, что он женат и его семья не знает ни о тебе, ни о Дашеньке.

— Уже знает.

— Вот черт. Что будешь делать?

— Не знаю, Фай, я сейчас с ума сойду. Дочь я ему точно не отдам.

— Может еще все обойдется. Кто будет за маленьким ребенком смотреть, его жена? Ты же сама крутой юрист, думаешь он сможет отобрать у тебя дочь?

— Посмотрим, — разливая чай по кружкам, и доставая печенье, Марина задумалась.

— Не накручивай себя раньше времени, — отпила горячий напиток Фая.

* * *

Оксана уложила детей, и сама решила лечь пораньше. Сон не шел. Она отвернулась к стенке и смотрела на обои, которые сама выбирала для их с Толиком спальни. В то время ей казалось так важно, какого цвета будет спальня, какой будет мебель.

— Вот дура, думала о мебели, а надо было думать об отношениях. Что я сделала не так, почему он ушел к этой серой мыши? Что, что, что, — она вдруг крикнула, а потом испугалась что разбудит мальчиков и тихо заплакала.

Толик казался таким заботливым, таким любящим, так скрывал свою измену, что его любовница даже родить успела. А она ничего не замечала, пока отношения совсем не испортились. И сейчас он счастлив со своей Мариной и их ребенком. А я? А как же я, что будет со мной. Я буду теперь одна воспитывать мальчиков. Буду молчать на их немые вопросы, почему папа от нас ушел, кто в этом виноват? Сердце сжалось от боли, и она никак не могла вздохнуть полной грудью. Сходила на кухню. выпила стакан воды. Успокоившись, она наконец заснула.

* * *

Оксана ехала в автобусе на работу и думала о том, что желает встретиться с этой дамочкой и посмотреть ей в глаза, хочет поговорить с ней. Сказать о том, что на чужом горе счастье не построишь. Осталось узнать ее адрес. Коллега Толика говорила, что она работает на удаленке, значит около офиса ее не поймать. А где, в магазине? Не смешно. Что делать. Придется еще раз встретиться с Еленой. Честно признаться, что эта тварь разрушила их с Толиком семью? Пусть на ее работе все знают, что она шлюха. Может поговорить с ее директором.

Директор тоже скорее всего работает по пятидневке, значит придется отпрашиваться у главбуха.

— Ирина Николаевна, можно мне отпроситься на часик пораньше, — зашла в кабинет главбуха Оксана.

— Ребенок заболел? — спросила главбух.

Оксана замялась, сказать, что заболел, а вдруг накаркаю. Сознаваться, что хочет разобраться с любовницей мужа, тоже не вариант. Что же ответить.

— Мне нужно успеть заехать в соцзащиту, — наврала она.

— И какие льготы вы намерены получать? — уточнила главбух.

— Мне приходится сейчас поднимать детей на одну свою зарплату, хотела узнать, что мне можно будет оформить, — пожаловалась Оксана.

— Вы развелись? — спросила Ирина Николаевна.

Оксана вздрогнула.

— Нет.

— Тогда какие льготы, если в расчет будет браться зарплата вашего мужа и ваша, — удивилась главбух.

— Что же мне делать?

— Подай для начала на алименты.

— Так можно мне сегодня пораньше уйти, — снова вернулась к своему вопросу Оксана. Не стала сознаваться, что уже подала на алименты.

— Хорошо.

Оксана вздохнула и пошла на свое рабочее место.

* * *

Пока Оксана набиралась смелости зайти к директору Архитектурного бюро Савельева, рабочий день подошел к концу.

— Лена, — окликнула Оксана, свою недавнюю знакомую, выходящую из офиса.

— Здравствуйте, Оксана. Что-то вы зачастили в наши пенаты.

Оксана кивнула в знак приветствия:

— Можете дать мне адрес вашего юрисконсульта?

— Я у нее в гостях не была и адреса не знаю. Видите даму в белом костюме? Это наш кадровик, тоже Елена. Спросите у нее, она точно знает.

— Вряд ли она даст адрес незнакомому человеку. Не могли бы вы сами у нее спросить?

— Не могла бы, — резко ответила Лена и направилась к остановке, раздумывая: Что этой женщине нужно? Может, пусть у мужа адрес спрашивает. А если она задумала месть? Лена размышляла, стоит ли предупредить директора, или лучше сообщить Милютину. Все это казалось ей странным.

Оксана, оставшись ни с чем, решила поехать к родителям. Злилась на Лену и на себя, размышляя, как бы она сама отреагировала на подобное поведение. За самобичеванием путь к родителям оказался коротким, автоинформатор объявил нужную остановку и Оксана быстро выскочила из автобуса.

— Мам, привет, — поздоровалась Оксана, зайдя домой.

— Привет, Оксана. А где мальчики?

— Толик забрал их на выходные.

— Оксан, мне дали телефон хорошего семейного психолога. Я советую тебе сходить на консультацию.

— Мам, какой психолог? У меня едва хватает денег на проживание.

— Мы с папой оплатим ее консультации. Пойми, твое нынешнее состояние может отразится на детях. Ты не замечаешь, как на них срываешься.

— Я подумаю, — беря в руки визитку и разглядывая ее, ответила дочь.

— Оксан, я тебя уже записала на субботу в 18–00, так что завтра тебе лучше подъехать к Марии Сергеевне на консультацию, — мать обняла расстроенную дочь.

— Хорошо, съезжу, — пообещала Оксана.

* * *

Кабинет психолога создавал атмосферу уюта. Мягкий свет настольных ламп умиротворял. На полу был постелен пушистый ковер, заглушающий шаги, Оксане захотелось разуться и пройтись по ворсу босиком. Возле большого окна, скрытого полупрозрачными занавесками, стояло комфортное кресло, обтянутое светлой тканью. На журнальном столике рядом — изящные чашки для чая. Никаких кушеток.

— Присаживайтесь, — пригласила психолог.

Оксана обвела взглядом кабинет, заметила стеллажи с книгами, мягкие игрушки для детей и несколько комнатных растений.

— Поделитесь наболевшим? — спросила психолог, внимательно посмотрев на нее.

— Мне изменил муж, от него любовница родила дочку, — ответила Оксана, стараясь сохранить спокойствие.

— У вас нет своих детей?

— Есть, двое сыновей.

— Оксана, как вы узнали о романе?

— У нас