Простить или полюбить - Вероника Стужина

— Сделать тебе чаю? — мягко спрашивает муж, появляясь в дверях.

— Нет, — я даже не смотрю в его сторону. — Я хочу спать.

Он подходит к кровати и поправляет одеяло у меня в ногах.

— Тебе просто нужно отдохнуть, перестать нервничать. Вот, выписали направление к врачу, чтобы ты на днях сходила в поликлинику, если такое вдруг повторится.

Как у него все просто.

— И как перестать нервничать? Рецепт не дали?

Его брови от удивления взлетают вверх. Но отвечать он не спешит. Что-то обдумывает. Видно, что он разочарован моим поведением. Все снова идет не по его плану.

— Ладно, хочешь спать — давай спать, — Ваня ныряет под одеяло, устраиваясь поудобнее на своем месте.

Меня бросает в холодный пот от его близости.

— Ты будешь спать здесь? — удивленно спрашиваю я. — Со мной?

— Да. А что не так? Это наша кровать, — Ваня хмуро смотрит на меня. — Ты против?

Я не то чтобы против, меня просто передергивает от одной мысли об этом.

— Да, с тобой я не высплюсь, — резко бросаю я.

— Всегда высыпалась, а сейчас нет? — он приподнимается на локтях. На лице — один сплошной знак вопроса.

— Сейчас нет, — настойчиво повторила я и натянула одеяло до самого подбородка, будто выставляя перед ним щит.

Если бы можно было испепелять взглядом — меня бы здесь уже не было. Ваня даже не сразу соображает, что сказать и как себя вести.

— Уверена?

— Абсолютно.

Он поднимается с постели и медленно идет к выходу. Видно, что его распирает от вопросов и возмущения. Но, чувствуя себя виноватым, он все же не решается спорить со мной.

— Я тогда на диване посплю, — бурчит он, надеясь, что мне станет его жалко и я передумаю.

— Хорошо. Спокойной ночи, — ровным голосом отвечаю я.

— Спокойной ночи, — бросает он и выходит из спальни, закрыв за собою дверь

Глава 12

Снится мне что-то странное.

Стою я в каком-то зале. Вокруг — незнакомые люди, и они такие счастливые, такие беззаботные. Мне нравится эта атмосфера. Все вокруг словно пропитано счастьем и радостью. И я невольно проникаюсь этим.

Но потом у меня перед носом буквально вырастает Таня. Она стоит в моем свадебном платье, с таким же букетом, какой был у меня в руках в день нашей с Ваней росписи. А рядом — он. Такой счастливый, что больно смотреть. Ваня кружит ее в танце, а она смеется своим заливистым, звонким смехом, обвивая руками его шею. От этой картины меня бросает в жар, и я резко распахиваю глаза.

Комната уже залита ярким солнечным светом. На часах — семь утра. Я медленно сажусь и оглядываюсь по сторонам. Я дома. У себя в спальне. Все вроде бы как и раньше. Но только внутренние ощущения говорят об обратном.

Встав с кровати, я осторожно пробираюсь через зал. Ваня все еще крепко спит на разложенном диване. Я на цыпочках крадусь в ванную, привожу себя в порядок и решаю выйти за чашечкой кофе в ближайшее кафе. Последнее, чего бы я сейчас хотела, — это завтракать вместе с ним.

Несмотря на раннее утро, на улице уже очень тепло. Людей на улице мало, а утреннюю тишину нарушают лишь звуки проезжающих машин и пение птиц. Но всю эту картину портят сомнения, обуреваемые меня изнутри. Что вчера произошло? Почему мне стало плохо? Стоит ли мне возвращаться к Ване или я предам себя, простив ему измену?

Мои мысли нарушил чей-то низкий, бархатный голос — Зевс, ко мне! Давай же, парень, не ленись!

Я резко останавливаюсь, поворачиваюсь в сторону парка, который находится через дорогу от дома, и вижу Максима. Он поднимает с земли палку и кидает ее псу, тот нехотя перебирает лапами, но все же бежит за ней. Несколько секунд я просто наблюдаю за ними, и мои губы невольно расплываются в улыбке. Я и не ожидала, что буду так рада видеть их. Недолго думая, я перехожу дорогу и направляюсь к ним.

Остановившись в двух метрах от них, я прислоняюсь к дереву и наблюдаю, как Максим пристегивает поводок к ошейнику Зевса и ласково треплет его за ухо.

— Ты сегодня слишком ленивый, друг, так не пойдет. Тебе бы сбросить пару лишних килограмм, а то скоро трудно будет и лапы переставлять.

Зевс недовольно фыркает, отводит от хозяина взгляд и тут же видит меня. Его уши становятся торчком, хвост начинает радостно вилять, и он издает громкий лай. В недоумении Максим поворачивается в мою сторону — и наши взгляды встречаются. В эту же секунду меня бросает в жар. Да что это со мной? Почему мое тело так странно реагирует на этого мужчину?

— Доброе утро! — здоровается Максим и идет ко мне.

— Привет, — улыбаюсь я. — У вас утренняя тренировка?

— Типа того, — усмехается он. — Пытаюсь привить ему любовь к спорту, но пока выходит не очень.

Я смеюсь и опускаюсь на корточки перед Зевсом.

— Мучает тебя хозяин, да, малыш? — я глажу его по голове.

Пес высовывает язык и неожиданно облизывает мне щеку.

— Зевс! Фу! Успокойся! — Максим пытается оттащить его от меня. Но псу хоть бы что. Он задирает передние лапы, кладет их мне на плечи — и вот мы уже практически обнимаемся.

— Ну ты и нахал, — смеюсь я. — Но я тоже по тебе соскучилась.

— Зевс, ты ведешь себя отвратительно, — фыркает Максим.

— Ничего страшного, — говорю я и поднимаюсь на ноги. — Мне приятно, что хоть кто-то радуется встрече со мной.

— Я тоже рад тебя видеть, Аня, — произносит Максим, сверля меня пристальным взглядом ярко-голубых глаз. — Как у тебя дела? Мы давно не виделись.

Мне стало неловко, ведь я обещала ему совместный выгул Зевса по вечерам, но в итоге так погрязла в работе и самокопании, что сил и времени уже ни на что не оставалось.

— Извини, я так и не позвонила тебе. Просто…

— Ты не обязана оправдываться, — перебил меня Максим. — Главное, что мы вновь встретились. Так как ты?

— Да… все нормально, — коротко ответила я. — А как твои дела?

— Отлично, — ответил он. — Вчера вечером вернулся из трехдневной командировки, так что сегодня у меня заслуженный выходной.

— Из командировки? — спрашиваю я. — А с кем же все это время был Зевс?

— Я отвозил его к сестре. Она всегда присматривает за ним, когда я в отъезде.

— Часто ездишь в командировки?

Не успевает Максим ответить, как позади меня раздается знакомый голос.

— Доброе