Вечерний изумруд - Иника Мин

В голове почему-то всплыли слова Василисы: «Ты слишком категорична. Не все такие плохие, как ты думаешь. Будь оптимистичнее – давай людям шанс».

Оставалась последняя дверь, за которой должна была быть спальня. Я открыла ее, но она тут же захлопнулась.

– Не стоит без разрешения заходить в чужие спальни.

Я вздрогнула и повернулась.

Мстислав держал ладонь на двери, недовольно выливая на меня свой яд из глаз. На нем была все та же майка, треники, небольшое полотенце он набросил на плечо. Капельки воды блестели на волосах и стекали на белую махровую ткань.

– Но и запрета не было, так?

Он стоял слишком близко, так, что я могла различить запахи шампуня и геля для душа, смесь чего-то хвойного и ягод. И еще сигарет. Хвоя, ягоды и сигареты – именно так пах Мстислав.

Мне было немного не по себе от такой близости, но отходить я не хотела из-за упрямства. А ему было хоть бы хны – он продолжал давить на меня взглядом. Наконец я сдалась и отступила на кухню.

– Тебе нужна одежда?

Мстислав прошел в зал и переложил рубашку на журнальный столик.

– Нет, обойдусь.

– Будешь спать так, в уличном?

– А что, так хочешь, чтобы я разделась? – Я снова пыталась его подловить, вызвать неловкость, раздражение, да хоть какую-нибудь эмоцию, потому что его пресное лицо меня уже вымораживало.

Он ничего не ответил и спокойно начал раскладывать диван.

– Но я бы приняла душ.

– Зачем, если потом снова залезешь в грязную одежду? – фыркнул он. – Можешь принять душ, но полотенце у меня одно.

– Ничего страшного, я не брезгую.

– А кто говорит о тебе? Я брезгую.

Я закатила глаза, проходя в душевую. Этот день действительно меня вымотал, и мне было просто необходимо освежиться.

– Эй, – окликнул он, – вот, можешь вытереться этим.

Он сорвал свое небольшое полотенце с плеч и кинул мне.

– Очень гостеприимно, – хмыкнула я.

– Другие девушки не жаловались, – язвительно ответил он.

– Рада за тебя.

Я хлопнула дверью душевой.

Комната была просторной. Внутри, помимо самой душевой кабины, была и ванна. Зачем ему и то и другое? Некуда девать деньги?

Вот же придурок.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. Быстро раздевшись, шагнула в кабину, открыла сначала горячий, а потом и холодный вентиль. Матовые стены душевой почти сразу запотели, а я, стоя под обжигающей водой, наконец почувствовала, как расслабляюсь. Тревожные мысли покидали голову, плечи распрямились, будто бы я смывала с них невидимый груз. Некоторое время я просто стояла, наслаждаясь спокойствием.

«Что он имел в виду, говоря о других девушках? – вдруг вспомнилось мне. – Он не похож на общительного человека и навряд ли был в длительных отношениях. Да и вообще, какая девушка в здравом уме заговорит с этим токсиком?» Я потрясла головой, пытаясь отделаться от наваждения.

Выходить из ванной комнаты в холодную квартиру совершенно не хотелось, но меня уже тянуло ко сну. Зал снова был погружен во тьму. Мстислава нигде не было, к моей радости. Я тихонько прошла к дивану, на котором лежала небольшая подушка и плед. Полотенца, значит, у него нет, а спальные принадлежности подыскал. Забавно.

Я плюхнулась на диван, укуталась в плед, но сон не шел. Как только я закрывала глаза, то вспоминала сцену, развернувшуюся в нашем доме – химера убивала дедулю. Я не могла поверить в то, что он мертв. Пришло только осознание, но не принятие. Глядя в потолок, я сжимала мягкую ткань пледа. Слезы снова настигли меня, как тогда, в больнице. Но теперь я плакала беззвучно, и только спустя пару часов изматывающих рыданий провалилась в сон.

Снова этот взгляд, снова на меня смотрят как на кусок мяса, готовясь обглодать с ног до головы.

Снова этот взгляд, от которого не отмыться.

Я стою, опустив голову, все еще чувствуя, как меня пожирают черные, словно уголь, глаза.

– Ну что, морковка, снова будешь плакать? Знаешь же, что мне это нравится.

Мерзкие руки, мерзкие голоса, эхом разносящиеся по всему подвалу. Ледяной ветер гуляет по моему голому телу, покрывая кожу мурашками.

– Ты же послушная девочка, да?

Я начала задыхаться и вынырнула из кошмара. Почему сейчас? Почему снова? Эти отвратительные воспоминания не просыпались уже несколько лет, так почему? Из-за того, что я снова среди этих тварей? Из-за того, что я снова испытала тот же страх? Из-за того, что я снова видела смерть?

Я всеми силами пыталась сопротивляться памяти, которая снова решила обрушить на меня цунами боли.

«А что, если охотник в соседней комнате такой же? Что, если он выйдет из спальни и решит надругаться?» – начало крутиться в голове, но я отчаянно повторяла: «Если бы хотел – уже бы сделал. К тому же… зачем он отдал мне оружие? Как будто видел, что я боюсь. Хотел показать, что не тронет?»

С таким роем мыслей, что носились в голове стремительней, чем пчелы в улье, я пролежала почти до самого утра, пока не вырубилась от усталости.

Проснулась я от какого-то шума. К счастью, мне больше ничего не снилось.

С кухне несся монотонный стук. Я нехотя села на край дивана, потирая глаза. И наконец увидела Мстислава: он что-то помешивал, ударяя ложкой о край кастрюли.

– Сколько времени? – потянулась я, почти зевая.

– 5:30.

– Ты издеваешься… еще даже шести нет.

– У меня, в отличие от тебя, много дел.

Я плюхнулась на подушку, пытаясь не обращать внимания на его возню.

– Хватит дрыхнуть. Тебе через час уже нужно выходить. Приведи себя в порядок к этому времени.

– Это приказ командира или просто дружеский совет?

– Если ты настолько неорганизованна, то приказ командира.

Мой сон перебило нарастающее раздражение. Я, скрипя зубами, поднялась на ноги.

– Зубная щетка, я так понимаю, тоже одна? – недовольно спросила я.

– Сбавь тон. Ты в чужом доме, веди себя как гостья, а не как постоялец хостела.

Мстислав был прав. Мы с ним были не в тех взаимоотношениях, чтобы я дерзила. Но он как охотник был настолько мне противен, что держать себя в руках получалось все хуже и хуже. Я не представляла, как вообще смогу работать с этим типом в одной команде.

Я быстро умылась холодной водой, чтобы окончательно взбодриться, и вернулась в комнату. Мстислава уже не было, и я села его ждать.

Он не появлялся так долго, что меня начало клонить в сон. Наконец дверь тренажерной комнаты открылась. Мстислав молча прошел в ванную, не обратив на меня внимания.