Развод под прицелом объектива - Ольга Игонина

Бензин мигает красным. Как будто намекает мне на что-то, может, что нужно только сильнее прислушаться к себе. И ответ придет. Внутри глухо, ничего не могу услышать.

Радости тоже нет. И это меня пугает. И себе признаться не могу, что ребенка я сейчас тоже не хочу. Нет того доверия Гошке, чтобы все отпустить.

Выезжаю из двора, еду в студию, нужно понять, как расширить площадь. Перестройка не вариант, в другое помещение тоже не хочу. Может, если по-другому выставлять свет, сделать зонирование, то все получится.

Парковка свободна. У моей двери и дорожки не видно, все снегом замело. За что я только дворнику доплачиваю.

Вытаскиваю оборудование, тащу к двери. Пока все вещи перенесла — вспотела. И спортзал не нужен.

Где-то в кармане трезвонит телефон. Пока нашла — звонок прекратился.

“Гошка” в пропущенных.

— У меня тут планы поменялись, — щелкает языком, не похоже, чтобы он печалился.

— Ты домой сейчас приедешь? — с надеждой на тепло, общение, совместное времяпрепровождение.

— Ты с ума сошла! У меня новая задача по иностранному заказчику нарисовалась, вероятно, сегодня на работе заночую. Сама знаешь, какая у меня работа.

— Гош, — первое желание прочитать лекцию, о вреде переработок, важности сна и режима, но знаю, что ему это не нужно. — А как же вечер вдвоем?

— Вот и порадуй себя чем-нибудь. Делом каким-нибудь, например, — почти рычит. ДАвай только без порчи моих вещей и сбеганиям к родителям. Я тебя ворой раз вызволять не пойду.

— И ночевать не придешь? — мои последние надежды тают.

— У меня сегодня есть с кем ночевать, — умыкает, — отчет прислали.

Все мое желание сделать для него как лучше, куда-то улетучилось. Интересно, он говорит "с кем ночевать, а не с чем". Это оговорка или так и есть?

Хватит стелиться у него под ногами, у меня тоже и гордость есть, и чувство достоинства. Кладу трубку. Никакого желания уже нет и со студией возиться. Еду к маме.

— Ульянушка, ты что-то быстро вернулась. Я тебе предлагаю к нам переезжать, — мама со сковородой скачет по кухне. Пахнет подгорелыми оладьями.

— Мам, у тебя тут пожар намечается? — бегу открывать окно. — Так и угореть недолго.

— А все ради важного дела! Потом расскажу.

— Мы вчера с Гошкой все обсудили. Сегодня он сделал мне неожиданное предложение, — стираю со стола муку.

Мама никогда не была аккуратной хозяйкой. Готовит она вкусно, по после нее уборки, как будто сотню неугомонных детей в кладовку играть пустили.

— Надеюсь, развестись? И ты с радостью приняла его предложение! — включает в кране горячую воду, складывает в мойку грязную посуду.

— Нет, мам, ты ошибаешься на его счет. Я не верю, что у него кто-то есть. Я бы точно заметила. Телефон всегда валяется спокойно, почта открыта. Мелочевку из кармана у него перед стиркой вещей, сама вытаскиваю.

А вдруг мама н ошибается. Возьму оладушки и съезжу вечером в офис, порадую милого.

— Конечно. Я не настаиваю. Я же из ума выжившая тетка. Карты сегодня раскладывала, увидела, что у него сегодня интрим был. А у тебя?

Смотрю на маму с удивлением. Раньше она никогда не позволяла себе к нам в постель залезть. И “секс” у меня сегодня был, с машиной на парковке

— Я тебе еще больше скажу, он у него сегодня вечером будет, — мама делает вид, что не видит моего возмущения.

ТОгнда точно надо ехать вечером к нем, чтобы мамин прогноз сбылся.

— Конечно. Только это наше дело.

— Пфф, наивная, а тебя это очень опосредованно касается. Вот увидишь. Давай, прекратим этот разговор. Лучше смотри.

Мама путаясь в длинной юбке убегает в зал, возвращается с несколькими листами.

— Как тебе? — протягивает мне. — Я на них смотрела, они прям все очень достойные. Вот этот тебе лучше всего подходит.

О чем это мама? Может, о вещи с маркетплейсов. Разворачиваю бумагу, а там....Мужчины. Чужие. Фотографии и без того плохого качества, а еще на печати нашего принтера. Просто черные квадраты с глазами.

— Мам, тебе заняться нечем? Давай, мы тебе фотосессию устроим? Я помещение думаю новое взять в аренду. Вот на тебе свет и опробуем. Завтра у тебя какие планы?

— Мужа тебе толкового искать, раз сама с этим плохо справляешься. Я все устрою, а тебе только на свидание ходить и вести себя нормально, чтобы ничего не испортить. А новых карточек сделать для меня хочешь, так давай. Только я седину закрашу, волосы завью. А ты вечером пойдешь на свидание, я уже обо всем договорилась.

Мама ведет меня к старенькому ноутбуку. На нем не хватает двух букв, но ничего она и без них справляется.

— Вот, — показывает на страницу сайта знакомств. В личном кабинете моя фотография. И переписки... — Если тебе заниматься этим некогда, уши развесила по поводу мужа своего, то мать за тебя постарается.

— Даже не думай, — нажимаю на “закрыть страницу”.

Глава 14

Не знаю, какие у Гошки сегодня планы, но у меня есть желание вывести его на чистую воду. Не то, чтобы я верила маминым гаданиям, но какая доля вероятности, что она права есть. Тем более сейчас, ее слова звучат убедительнее, чем моего еще пока мужа.

Мама пихает мне с собой судочки с едой. Это еще одна моя проблема. Куда их деть? Ее стряпню, созданную по канонам ведических систем не так просто съесть и переварить. Но отказать маме я не могу. Однажды вегетарианским пловом пыталась накормить бродячую собаку, она отказалась. А я молча должна жевать.

Возвращаюсь домой.

Гаденькое ощущение в горле и на языке, как будто лизнула батарейку.

Иду в Гошкин кабинет. Ну не может быть, чтобы никаких следов не было. Что-то же должно быть!

Снова просматриваю все полки, ящики. Какие-то визитки, никаких женских имен. Но и с этим я хорошо знакома.

В моем детстве, у отца только появился телефон. Он водил шашни с моей няней в саду, с тетей Таней Новоковой. Мы тогда на одной лестничной площадке жили. И записал ее как Геннадьевич или Сергеевич, уже не помню. А потом это все вскрылось, и летели кудри тети Тани по всей лестничной площадке.

Интересно, а если я увижу Гошку с такой “Таней”, что я сделаю. Космы рвать не буду, но не прощу. Никогда. Хотя... кажется, сейчас я прикрываю глаза на очевидное.

В почте пустота, в удаленных — тоже ничего интересного.

— Гош, ты точно домой не приедешь? — заботливый голос и улыбка. — Курочку хорошую купила, вот думала запечь.

Ага, мамин плов с нутом и бобами жрать