Дева Зоны - Татьяна Танцева

легче на душе, но всё равно Таню одолевало странное чувство. Ей казалось, что в происходящем виновата она. Сначала выгнали Волка, теперь выгоняют Бродягу. И это не предел. Интуиция не молчит и шепчет, что однажды придётся и ей уйти. "Конечно! Я не намерена вечно тут торчать!"

Бродяга так и смотрел на неё, смущая тем самым. Таня достала аптечку:

- Давай я твои ранки обработаю.

Он кивнул. Спиртовой салфеткой Таня сначала вытерла с его лица кровь, а потом ваткой с антисептиком стала их обрабатывать. Бродяга так и смотрел на неё. Он повернул лицо к её руке, прижал к своей щеке и стал целовать. Таня побледнела:

- Что ты делаешь?

Бродяга продолжал целовать её ладонь, пока она не выдернула свою руку.

- Прости, - виновато произнёс он. - Я не знаю, что со мной.

"Ему точно лучше уйти! Он пугает меня!" - напряглась Татьяна. - "А пока лучше отвлечь его!" Она дала ему три бутерброда с колбасой и налила горячий чай:

- Поешь.

Бродяга не отказался. Он опустился на колени и с удовольствием поел.

- Таня, я знаю, что завтра уйду с "Ростка", - закончил он есть.- Ты ведь можешь уговорить Воронина оставить меня.

- Ты хочешь остаться? - сухо спросила она.

- Я хочу остаться с тобой.

Таня покачала головой:

- Ты же знаешь, что Воронин не передумает.

- Но он к тебе прислушивается.

- Не в этот раз, Бродяга. Я тоже считаю, что тебе лучше уйти.

Он воспринял это как оскорбление:

- Так ты сама этого хочешь? Из-за вчерашнего случая?

- Да! - честно ответила она.

- Таня, я обещаю, что больше этого не сделаю!

- Нет, Бродяга. Я тебе не верю!

Мужчина посмотрел на неё, словно она его передала:

- Вот оно как! Ты не хотела, чтобы Волк уходил! Хочешь, чтобы ушёл я! Думаешь, что Волк не попытался бы тобою овладеть?

- Не в этом дело. Волк был моим учителем.

- Всё равно! Ты его совсем не знаешь! Воронин и до тебя с трудом переносил его присутствие. А знаешь, почему? Это Волк принёс тогда взрывчатку долговским дезертирам. В прошлом он был наёмником. Однажды он ушёл с Кордона на Армейские склады, поручив новичков Фанату. С его уходом в лагерь сразу пожаловали наёмники. Благо, что Меченый помог новичкам отбить лагерь. Видишь? Наёмники неумолимы.

- Ты бы не увидел в его глазу сучок, если бы заметил бревно в своём. Сам ты в прошлом был монолитовцем, - с укором заметила она. - Тебе было всё равно, кого убивать во имя своего бога.

- Монолитовцы не ведают, что творят. Их взяли за мозги и лишили воли и права самим думать, оставив только слепо следовать приказам вышестоящих.

- Может и так, но ты пугаешь меня. Долговцы шептались о тебе. По ночам ты делаешь поклоны и призываешь своего несуществующего бога.

- Это единственное, что я помню хорошо. Я уповаю, что это поможет мне вспомнить всё.

Таня замолчала и посмотрела на старого сталкера, что продолжал читать журнал.

- Таня, посмотри на меня, - привлёк он её внимание. - Я люблю тебя! Дай мне шанс проявить себя. Только с тобой я чувствую, что живу, а не существую. Попроси Воронина оставить меня.

Она опять покачала головой:

- Нет. Мне очень жаль, что с тобой столько всего случилось, но я не могу ответить тебе взаимностью.

- Из-за моего прошлого? - обиделся Бродяга.

- Нет, не из-за этого. У меня есть любимый мужчина и я пришла в Зону ради него.

- Что-то не похоже, что ты в поисках сдвинулась с мёртвой точки. Если от сталкера нет давно вестей, то он либо мёртв, либо стал "обращённым", - холодно заметил Бродяга.

Это напугало Таню:

- Что это значит?

- Значит зомби.

- Нет! Я в это не верю! - вспылила Таня.

- Твоё право - верить или нет. Но он недостоин тебя, раз вынудил идти за ним в такое место, как Зона.

- Бродяга, что ты, что Волк говорите, что любите, но на деле я не видела этого. И им, и тобой движет лишь одно - вожделение.

Таня встала, оставила ему еду на стуле рядом с решеткой и ушла. Бродяга просил её не уходить и выслушать его, но она не остановилась. Может, ей и не стоило говорить с ним таким тоном, но она ни о чём не жалела. Зверобой ей сказал никому не верить. Доверять она может только ему, Бармену и Стрелку. Но Стрелок для неё так же далёк, как Плутон от Солнца. Встретить его она не надеялась.

***

До самого вечера Таня просидела в бытовке. Она снова думала написать Зверобою, что происходит на "Ростке", но так и не решилась. Он и так ей помогает, как может. Если ему рассказать обо всём, то легче ей не станет, а вот для Зверобоя она лишь создаст лишние хлопоты. Лучше пока ему всё же не знать. Может, всё обойдётся само собой! "Мне не хватает его! Он ведь стал для меня как второй отец, а Гонта, Гармата и Краб - как братья", - тосковала Таня. У неё было немного денег на жизнь. Богдан за работу платил медикаментами, а Бармен был не менее алчный, чем Сидорович. Её утешала мысль, что хоть какую-то сумму удалось отправить матери. Этого маловато. Можно рискнуть и попробовать сделать ставку на Арене, но тогда у неё совсем ничего не останется. Как только стемнело, Таня вышла из бытовки. У штаба стоял и курил Пуля. Его она видела ещё на Свалке. Он ей помахал рукой. Она подошла и поздоровалась.

- Как дела? - спросил он.

- Хорошо, - ответила она.

- А я вот в Тёмную Долину завтра пойду. Воронин и Лукаш думают выкурить оттуда бандитов. Поговаривают, что Йога снова собирает вокруг себя всех, кому хочется блатной романтики.

Таня кивнула. Пуля докурил и отправился в казарму:

- Пойду отосплюсь хорошенько. А то потом нескоро посплю в комфорте.

- Доброй вам ночи.

Таня спустилась в штаб Долга, не дожидаясь, когда её пригласят.

- Уже пришла? А я как раз хотел тебя позвать, - удивился генерал.

Стол снова был накрыт вкусной и сытной едой. Воронин включил радио с приятной музыкой и пригласил её за стол.

- Я давно хотел поужинать с тобой наедине, - налил он себе и ей