В поисках королевы - Адриана Белоусова

class="p1">Мариан вернулся той же ночью. Стража впустила его в покои королевы, он мягко, по-кошачьи, прошел внутрь и сел напротив камина. На нем была чужая одежда, намного большего размера, волосы стали короче – едва достигали плеч.

– Где твои скорпионы? – спросила Кордия и тут же почувствовала неладное.

– Сделали все, чтобы спасти меня. Больше ты их не увидишь, – глухо проговорил Мариан. Кордии показалось, что вместе со скорпионами чародей лишился части себя.

– Ты потерял магию? – испугалась Кордия и сразу подумала о Гастоне, жив ли он? Ворона рядом с чародеем не было.

– Нет, все не настолько плохо. Но… Когда мы последовали за вами, случился буран, и мы попали в него. Я никогда подобного не видел! Казалось, что на нас обрушился весь мир.

– Думаешь, у него была магическая суть?

– Уверен, что да. Это было страшно, Кордия…Укрыться оказалось негде, многие погибли сразу, – сказал Мариан, и его лицо посерело. – Я был ранен и не мог пропускать большой объем магии. А другие чародеи… Оказались не настолько сильными, хотя, я собрал самых лучших, из тех, кто был. После купола над Шиоронией и осады Драконьих Зубов, ты ведь знаешь, чародеев почти не осталось. И пока вырастет новое поколение…

– Мы будем беззащитны, – закончила за него Кордия.

– Хуже, что некому будет передать знания детям. Чаще всего мать учит дочь, отец сына, а этих кто будет учить? – вздохнул Мариан.

– Ну, мы можем открыть школу, например, – предложила Кордия. – И учить там самых одаренных. А тем, кто учится, как домашнее задание давать научить магии тех, кто не столь одарен.

– Мне нравится твоя идея.

– Можно будет пригласить магов из других королевств, – с воодушевлением сказала Кордия. – Чтобы было больше опыта. И тогда новое поколение не будет потеряно! Займись этим завтра же.

– Кордия, – осторожно проговорил Мариан. – Я понимаю, это прозвучит эгоистично, особенно сейчас, но я хочу отказаться от поста королевского чародея.

– Но почему? – в отчаянье крикнула Кордия. Ей показалось, что у нее выбили землю из-под ног.

– Я никогда не хотел быть королевским чародеем, – признался Мариан. – Это была не моя мечта. Талика преследовала свои цели и использовала для этого меня. А я хотел ей угодить, тем более, что способности у меня хорошие и я много чего умел. Все эти годы я жил не свою жизнь, каждый раз задаваясь вопросом: а на своем ли я месте. Сейчас я хочу попробовать жить так, как хотел раньше. Заниматься пекарней, чувствовать запах свежего хлеба, месить тесто и ощущать его липковатую массу на пальцах, вынимать выпечку из печи и любоваться ее тонкими корочками. Мне хочется этого. Я не отказываюсь от магии, но хочу понять, что могу любить по-настоящему. Когда мы оказались в буране, когда у меня не оставалось сомнений, что смерть рядом, я спросил себя: сделал ли я что-то важное для себя? Настоящий ли я?

– Может быть, ты просто скучаешь по родителям? – осторожно спросила Кордия.

– Я чувствую себя виноватым перед ними. Они погибли из-за меня в каком-то смысле. А пекарня – это то светлое, что всегда было со мной, с самого детства.

– Ностальгия, – заключила Кордия и ощутила, как горечь расползается по языку.

– Нет, попытка найти свою жизнь, – возразил Мариан. – И начать я хочу с того, что мне нравилось до того, как Талика привязала меня к себе магией, заставив любить то, что выгодно ей.

– Я не могу отпустить тебя сейчас, – сказала Кордия. – Ты мне нужен.

– Чтобы быть с тобой и поддерживать, мне не обязательно оставаться королевским чародеем, – мягко проговорил Мариан. – Я могу быть просто твоим другом.

Кордия закрыла лицо руками и постаралась сдержать слезы. Мариан опустился перед ней на колени и, взяв за запястья, отвел их вниз.

– Я в такой растерянности, – призналась королева. – Все рушится, и я не понимаю, как мне жить дальше. Я осталась совсем одна.

– Может быть, пора заглянуть в свое одиночество и найти там силу? – предложил Мариан. – Тебе предстоит большое путешествие, и ты должна знать точку, куда ты хочешь дойти, и себя, чтобы понимать, как ты туда доберешься.

Кордия кивнула. Она поняла, что Мариан все решил и переубедить его невозможно. На следующее утро место королевского чародея стало вакантно.

* * *

Узнав, что Север держит Дора в заложниках и тот ранен, Кордия испытала глухую ярость. Чтобы помочь ему, она настроилась на магию исцеления, но произошло неожиданное: в комнате, где она была, загорелись шторы, а по полу вязкой жижей растеклась чернота, от которой разило кислотой и шел пар. Вокруг самой королевы вился черный дым, и нем мерцали красные искры. Все, о чем она могла думать в тот момент – явиться к Северу и уничтожить его. Раздавить, как мерзкую тварь, чтобы только мокрое место осталось. Она в красках видела, как вонзает ему в грудь кинжал снова и снова. Жар разливался по ее телу, она задыхалась от ненависти.

Сабола, принесший ей новости о герцоге, схватил плед и стал сбивать пламя, но оно не желало стихать. На его крик прибежали слуги, но им не удалось потушить пожар. Кордия же стояла посреди комнаты, с ужасом наблюдая за происходящим. Как так получилось? Она даже не прикладывала усилий, чтобы создать такое! У нее и в воображении ничего даже близко к этому не было. Неужели шутки Киана? Его фраза о том, что он ее уничтожил, эхом забилась у нее в висках.

– Тебе надо научиться контролировать свою магию, – строго сказал Сабола. – Или ты ей будешь служить, а не она тебе.

– Тьма никому не служит, – медленно проговорила Кордия, садясь за стол. – Она всего лишь присутствует.

Сабола внимательно посмотрел на нее и Кордия прикусила язык, осознав, что сказала.

– А выглядит так, словно она пытается тебя оскорбить, – заметил Сабола.

– Так и есть, – вздохнула Кордия, дрожа всем телом. Ее руки, словно лентой, оплел черный дым. Она смотрела на пятно, и оно начало мерцать серебром. Слуги пытались вычистить с пола черноту, но она не поддавалась, растекаясь все больше.

– Ее сможешь убрать только ты, – сказал Сабола, глядя на королеву. Она растерянно посмотрела на него. Пламя разрасталось. Сабола вздохнул и, схватив Кордию за локоть, увлек за собой. Они вошли в зал аудиенций, и он закрыл дверь. В коридоре слышался топот, испуганные крики. Гремели ведра, и от дыма, который уже горчил кончик языка, слезились глаза.

– Нужно придумать, как вытащить Дора, – сказала Кордия. Ей хотелось броситься к шару возможностей, чтобы убедиться, что он еще жив. А потом разложить карты, чтобы уловить