В поисках королевы - Адриана Белоусова

Бальтазар поднес ей коробку, и Кордия приняла ее дрожащими руками. Она не смогла удержать ее, и голова Лейфа упала ей на колени. Она замерла, глядя в мертвое лицо мужа. По залу пробежал ропот. Кордия коснулась пальцами его щеки, волос, превратившихся в паклю, и к горлу снова подкатила тошнота.

– Это и правда его величество король Дамьян Дронт, мой покойный супруг, – встав, сказала Кордия. Подняла голову Лейфа, демонстрируя ее придворным.

– Примите соболезнования, моя королева, – прижав руку к груди, проговорил Бальтазар.

– Принимаю, – холодно ответила Кордия. Ее охватило равнодушие, казалось, она больше никогда в жизни не сможет чувствовать. Все ее душевные реакции выключились, делая ее пустой.

– Его величество король Север, – в голосе Бальтазара проскользнуло презрение, – просил передать вам послание, моя королева.

Бальт передал ей свиток и, поклонившись, отошел в сторону. Кордия медленно развернула его и начала читать.

«Дорогая Никандра, как видишь, я человек чести и умею держать свое слово. Твой муж мертв, и теперь ты станешь моей женой. Если ты этого не сделаешь – герцог де Брата будет умирать долго и медленно: я умею причинять людям боль, когда они противоречат мне. Йена, несмотря на то, что вы освободили ее, все еще находится в подчинении у моих самых лучших магов – она может умереть в любой момент, если ты не будешь осмотрительной. Ну, и твоя маленькая, прелестная дочь Рени – я присматриваю за ней. Убить ребенка в колыбели – дело плевое. Я предупреждаю тебя о таких опасностях, потому что знаю, как ты ценишь свою семью. Твой будущий супруг Север».

Кордия скомкала письмо и обвела взглядом зал. Придворные ждали, что она скажет. Ей нужно было принять решение прямо сейчас. Но что, если среди этих людей те, что на стороне Севера? Его прихвостни? Он мог, конечно, блефовать, чтобы заставить ее нервничать, но проверять это не хотелось. Лишний риск не входил в ее планы. Ее трясло от злости, и она испугалась, что сейчас опять устроит пожар. Она посмотрела на голову Лейфа, которую она положила на соседний трон: его обычно занимал король. Север насмехался над ней, давал ей понять, что он уже победил и у нее нет никаких шансов обыграть его.

Бальтазар, видимо, знающий о содержании письма, напряженно наблюдал за Кордией.

– Король Аминады Север сделал мне предложение, – сказала Кордия. – Как только траур по моему королю закончится, я стану его женой.

Снова послышался ропот, зал наполнился волнением и тревогой – все понимали, какие перемены это может принести. И что значит в долгосрочной перспективе. Она задержала взгляд на Саболе, который стоял, сцепив руки на груди. Он хмурился, кусал нижнюю губу.

– Моя королева, ты уверена в этом? – осторожно спросил он. Придворные, стоящие рядом с ним, закивали, поддерживая его сомнение. – Что ты и все мы заслуживаем такого решения?

– Да, – твердо ответила Кордия. – Встреча закончена. Мы будем готовиться к погребению и жертвенному ужину.

Кордия спустилась с трона и решительным шагом прошла к выходу. Ей предстояло принять решение, от которого зависела не только ее жизнь, но и судьба Аталаксии.

* * *

– Траур длится сорок дней, – расхаживая по комнате, взволнованно проговорил Бльатзар. – Мы за это время ничего не успеем.

Кордия плотнее закуталась в шаль и откинулась на спинку кресла. Они были в замке Бальтазара, пожалованном ему Дамьяном. Он был холодным, почти пустым, зато здесь не было никого постороннего или лишних ушей, чем всегда опасен дворец. Королеве хотелось уединения и возможности говорить открыто, не боясь, что о ее плане тотчас же донесут Северу.

– Думаешь, лучше выйти за Севера? – расслабленно проговорила Кордия, наблюдая за Бальтазаром. Он остановился и бросил на нее суровый взгляд.

– Мы не успеем собрать столько людей, – виновато произнес он. – Война и так уже забрала многих: остались только инвалиды да бесноватые. Может быть, тебе попросить помощи у матери?

– Нет, – покачала головой Кордия. – Мы должны справиться сами. В прошлый раз помощь вышла нам боком – до сих пор не разобрались.

– Но у нас нет таких возможностей, – садясь в кресло напротив, устало сказал Бальтазар. – Мы не сможем одолеть Аминаду. Она слишком хорошо защищена. Ты ведь уже говорила с генералами, сама все знаешь.

– Если я стану женой Севера, Аталаксии больше не будет, – сказала Кордия и поднялась. – Он введет здесь свои правила, черную магию и все то, что противно моему народу!

– Тебя не переубедить, да? – вздохнул Бальтазар. Кордия улыбнулась. Она была готова погибнуть, потерять все, лишь бы не стать женой человека, которого она ненавидела больше жизни.

– Мы должны вытащить Дора и убедиться, что на Йене нет никакого дурного воздействия, – сказала Кордия. Бальтазар рассеяно кивнул. Он читал письмо Севера и знал обо всех его угрозах. – Я написала Северу, попросила его принять меня с небольшим отрядом у себя, так как я не хочу тревожить память мужа и устраивать свадебное пиршество в Аталаксии. Думаю, что он согласится.

– А если нет?

– Что-нибудь придумаю, – уклонилась от ответа Кордия.

– Скажи, что у тебя есть план и ты знаешь, что ты делаешь, – простонал Бальтазар. – Потому что я вижу только идею, обреченную на провал.

– Тебе нужно знать только одно: я никогда не стану женой Севера, – твердо проговорила Кордия. – И я сделаю все, чтобы он не смог получить мою землю через брак со мной.

Бальтазар подошел к Кордии и обнял ее. Она обняла его в ответ и пожила ему голову на плечо.

– Я всегда буду на твоей стороне, – сказал Бальт. – Даже если не всегда понимаю тебя.

– Я тоже люблю тебя, – прошептала она.

Бальтазар нагнулся к ней и поцеловал в висок. Кордия закрыла глаза и поняла, что плачет.

* * *

Север согласился с тем, чтобы свадьбу сыграли на его территории. Кордия демонстрировала покорность: она не спорила с ним, но давала понять, что ее условия тоже важны. Каждое утро она седлала Пчелку и отправлялась в лес, чтобы работать с магией. После пожара она боялась использовать свою силу во дворце. И каждый раз возвращалась обратно поверженной – магия не желала ей подчиняться. Тьма выходила из-под контроля, угрожая убить ее. Однажды она едва не утонула, потому что посреди леса на нее обрушались огромные волны, сметая все на своем пути и унося ее в своем водовороте. Кордия наглоталась воды, у нее свело ноги, страх смерти, поначалу такой острый, уступил место смирению – она была готова пойти на дно. Ее