Да, моя королева! Дилогия - Татьяна Ткачук

вы можете, отец! – выкрикнула девушка. – Ведь я – ваша дочь! Ваша родная кровь! Почему для вас власть – превыше всего?! Почему даже родного ребенка вы готовы отдать в жертву собственным амбициям?!

- Вот как ты заговорила, девчонка! – губы его скривились в злобной гримасе. – А ведь я уже объяснял тебе, для чего все это надо! Но в твоей пустой голове, видно, не задерживается ничего, кроме детского упрямства.

Губы девушки задрожали от подступивших к глазам слез, но она только сильнее сжала их и сказала тихо, но отчетливо:

- Вы хотите, чтобы я всю жизнь была несчастна?..

- Какие глупости ты говоришь! Наоборот, я хочу так устроить жизнь своей старшей дочери, чтобы она не знала ни в чем затруднений и не бедствовала…

- Я не хочу… Не хочу всех этих дворцовых интриг! Не хочу этого холодного принца!

- Твои желания никого не интересуют, Со Хён.

Слова отца упали многотонной глыбой на плечи Леры, и она все-таки не выдержала этого напряжения – закрыла лицо руками, чтобы советник не видел ее слез.

- Ступай в свои покои, – строго сказал Шим Он. – И повторяю еще раз – не вздумай выкинуть чего-нибудь такого, после чего мне только и останется, что собственными руками свернуть тебе шею! Я не потерплю неповиновения!

Девушка порывисто вскочила и бросилась к дверям, но у самого выхода остановилась и, обернувшись, высоко вздернула маленький подбородок и бросила:

- Вы – страшный человек, господин королевский советник! Но все когда-то возвращается к своим истокам. Как бы вам не пришлось пожалеть о своем решении, в конце концов…

- Ты угрожаешь мне, девчонка?! – громыхнул мужчина, а Лера юркой змейкой выскользнула за дверь и, подхватив подол юбки, бросилась к себе.

Там она пронеслась вихрем в опочивальню и рухнула на низкую кровать с резными деревянными столбиками, поддерживающими навес с балдахином из тяжелой темно-синей ткани.

И, наконец, с облегчением разрыдалась.

 

Глава 14

 

Лера

Весь следующий день она не выходила из своих покоев, таким способом выражая отцу свой протест. Но, кажется, он и не понял, что это был такой протест. Потому что советник с утра, как обычно, отбыл на службу во дворец.

Ха Юль, видя настроение госпожи, переполошилась и всё пыталась дознаться, что с «барышней Со Хён», но девушка лежала на кровати вялая и безмолвная, а потом и вовсе повернулась спиной к отчаявшейся служанке.

В итоге та не выдержала и убежала куда-то. А вскоре вернулась с дамой Мун.

Женщина пару минут стояла рядом с кроватью, на которой свернулась клубочком молодая госпожа, а потом, строго посмотрев на Ха Юль, мотнула подбородком в сторону двери, отсылая девушку, и, подождав, пока та скроется за аккуратно прикрытыми высокими створками, тихо вздохнула и вполголоса позвала:

- Госпожа!..

Та не откликнулась. И женщина повторила:

- Госпожа Со Хён!..

- Уходите, дама Мун! Зачем вы пришли?.. – глухо отозвалась та.

- Выслушайте меня, молодая госпожа, прошу вас.

Лера резко повернулась и глянула на домоправительницу сухими глазами:

- Зачем мне слушать вас? Ведь вы в любом случае будете защищать его!

- Его?.. – едва заметно усмехнулась та.

- Моего отца! Разве нет? – исподлобья посмотрела на нее девушка.

- Вовсе нет! Я не собираюсь никого защищать.

- Но вы в любом случае будете на его стороне, разве не так? – оставалась непреклонной Валерия.

- Я буду на его стороне всегда, потому что господин советник – мой хозяин, – спокойно сказала женщина.

- И потому что вы были его… – выпалила Лера и тут же осеклась, прикрыв рот ладошкой. «Господи!»

- Я вижу, вам уже рассказали о моем прошлом, госпожа, – ровно сказала Ми Джа.

- Простите! Простите, дама Мун! – горячо сказала девушка. – Я не должна была говорить этого! Это вообще не мое дело!

- Что ж, что сказано – то сказано. Тем более вы не сказали ничего такого, за что я могла бы испытывать стыд или неловкость. Я, действительно, была наложницей господина советника. Вы еще слишком юны, молодая госпожа, чтобы понять, какие чувства испытывает девушка, оставшаяся в этом мире совсем одна – без семьи, без близких людей, без тех, кто мог бы защитить ее от опасностей этой жестокой жизни…

- Нет, я очень хорошо понимаю вас, – тихо ответила Валерия, опуская глаза на свои руки с судорожно переплетенными пальцами. – И еще раз прошу прощения за свой несдержанный язык!

- Вам не нужно делать этого, молодая госпожа. Все в порядке! Я понимаю вашу обиду на отца и не поддерживаю его в том, что он слишком строг с вами…

- Это он вам рассказал о нашей ссоре? – спросила Лера, все еще не избавившись от неловкости из-за того, что она так необдуманно ляпнула.

- Нет, что вы! Господин никогда не стал бы рассказывать мне что-то такое, что может бросить тень на его семью. Он слишком ценит вас! Всех вас! Своих детей, госпожу!

- «Ценит»! – горько усмехнулась Лера. – И все равно гостов принести меня в жертву ради своих целей!

- Вы должны понять своего отца, молодая госпожа, – убежденно сказала дама Мун. – Он хочет сделать как лучше!

- Угу, – уныло промычала Лера. – И потому мечтает отдать меня замуж за этого холодного принца! Брр! – поежилась она, обхватив себя за плечи.

- Почему же вы считаете его высочество холодным? – с улыбкой поинтересовалась Ми Джа.

- Если бы вы видели, с какой неприязнью он смотрел на меня – не спрашивали бы, – пробурчала девушка. – Лучше расскажите мне, как вы появились в этом доме?

Легкая улыбка промелькнула на устах женщины, и она сказала:

- Госпожа моя, уже давно минул полдень, а вы так и не пообедали! Идемте в трапезную, я прикажу собрать для вас на стол, а пока вы будете кушать, я отвечу на все ваши вопросы!

«Какая хитрая!» – подумала про себя Лера, но не стала противиться: она и в самом деле почувствовала, что проголодалась. К тому же ее подстегивало желание узнать подробности, как она полагала, романтической истории между советником и Ми Джа. Поэтому девушка решила не вредничать, а согласиться на предложение домоправительницы и вообще – постараться подружиться с ней. Кто знает, как в будущем может пригодиться ей эта дружба?

Заметив перемену в