Во власти чувств - Эмилия Вон

Папа обдумывал свое решение. Использовать маму было неправильно, но это необходимо.

– С тобой поедет Энцо.

– Энцо? Телохранитель мамы? – уточнила я.

– Да.

– Разве он не ушел на пенсию в прошлом году?

Энцо пришел на службу в тридцать шесть лет и быстро стал для мамы не только лучшим телохранителем, но и хорошим другом.

В прошлом году, перед Рождеством, он сообщил родителям, что хочет передать это дело более молодым солдатам, так как усталость уже давала о себе знать и ему не хотелось допустить ошибку. Это было неожиданно, но благородно с его стороны. Мама такое решение приняла и отпустила его, хотя папа поначалу не соглашался. Он доверял Энцо и не желал видеть рядом с женой кого-то другого.

– Да. Но я попросил его вернуться, и он не отказал. Энцо лучший в своем деле, несмотря на всю чепуху про возраст, что когда-то нам наговорил. Поэтому теперь он всегда будет рядом с тобой.

Я знала Энцо с самого детства, да и права голоса в этом вопросе у меня не было, поэтому согласилась.

– Хорошо, папа.

– Мне нужно еще немного поработать. Ты посидишь со мной?

Я устала. Хотелось привести в порядок мысли перед завтрашним днем, который обещал быть волнительным. Но надежда в голосе отца и печаль в его зеленых глазах заставили меня забыть об усталости. Я поднялась с пола, подошла к полкам, забитым книгами, и выбрала одну из них. «Алиса в Стране чудес».

Страницы книги по краям пожелтели, на корешке виднелись потертости, обложка потускнела и потеряла первозданный вид. За последние шестнадцать лет эту книгу читали бесчисленное количество раз, поэтому неудивительно, что она выглядела потрепанной. Но это было неважно.

Я вернулась на свое любимое место и прислонилась спиной к креслу папы. Он поцеловал меня в макушку и, поглаживая по волосам, вернулся к бумагам и кексу. Почти как в детстве.

7

Адриана

После завтрака с папой, Люцио и Мариэттой, который стал обязательным пунктом в моем плане воссоединения семьи, я ушла к себе готовиться ко встрече с Лекси. Всю ночь меня терзала мысль: правильно ли я поступаю?

Накрутив последний локон, я выключила плойку и положила ее на стол. Твидовый пиджак отлично смотрелся поверх нежно-голубого шелкового топа на бретельках. В цвет топу – туфли-лодочки. Белые брюки клеш сидели идеально, визуально удлиняя ноги. Вспомнив о времени, я поняла, что пора выезжать.

Внизу, в гостиной, ждали Энцо и отец. Они что-то обсуждали, но как только мой новый телохранитель заметил меня на ступеньках, умолк, как и папа.

– Я готова, – сообщила я.

– Хорошо, – сказал папа, а после вновь обратился к Энцо: – Мы потом поговорим, позже зайди ко мне.

– Как пожелаешь, Маттео. Еще раз спасибо.

Энцо открыл входную дверь, пропуская меня. Не успела я выйти, как услышала голос Мариэтты, доносившийся с кухни.

– Ах ты негодный мальчишка! Отдай огурцы сейчас же!

Моей страстью была карамель, а вот Люцио обожал соленые огурцы. Мы с папой переглянулись и улыбнулись: оба знали, что именно там происходит.

Вместе с Энцо я подошла к одному из черных «Мерседесов». Он помог сесть на заднее сиденье и закрыл за мной дверь.

– Куда едем, синьорина?

– Кафе в районе Хермоса. Недалеко от парка.

Я знала Энцо с самого детства. Когда была маленькой, то вечно дергала его за усы. Он никогда не ругался, мужественно терпел мои выходки и ни разу не пожаловался родителям.

Сейчас передо мной был седой мужчина с морщинами на лбу и в уголках глаз. Мои любимые усы также сменили цвет. Энцо стал чуть ниже ростом, но нисколько не растерял силы и мощи. Не зная, что ему пятьдесят пять, я точно дала бы ему не больше сорока пяти. Мощный, широкоплечий Энцо одним только взглядом мог напугать кого угодно. Но только не меня. Со мной мужчина всегда был мил и учтив, однако сейчас от его отражения в зеркале заднего вида по коже пробежали мурашки: лицо телохранителя было недовольным.

– Это не наше кафе, синьорина, а значит, место небезопасно. Нужно было предупредить меня заранее, чтобы я смог подготовиться к вашему визиту.

– Все в порядке, Энцо, – я посмотрела в окно, – там всегда полно народа, и это одно из лучших мест в городе. Уверена, ничего не случится.

– И все же осторожность не помешает, синьорина.

– Просто Адриана. Пожалуйста.

– Как скажешь, Адриана.

– В таком случае мы едем туда.

Остаток дороги мы провели молча. Но я заметила, что Энцо был напряжен и даже раздражен. В конце концов он доложит обо всем папе, но я надеялась, что к тому времени уже узнаю все, что мне нужно.

Кафе «У Люсинды», широкие окна которого выходили на парк Хермоса, было небольшим. Темный деревянный пол, высокие светлые потолки, украшенные лепниной простых форм, похожих на геометрические фигуры, белые колонны – весь интерьер был выдержан в стиле ампир. При взгляде на стены казалось, что вместо краски их покрывала дорогая ткань. Мебель из натурального дерева, обивка стульев такого же голубого цвета, как и шторы на окнах. На каждом столе стояли живые цветы и лампы, которые вечерами делали атмосферу кафе еще уютнее.

Энцо шел рядом, по правую руку от меня. Его глаза сканировали помещение в поисках любой угрозы.

Для полудня пятницы здесь собралось слишком много народу. Я обвела взглядом зал в поисках Лекси и увидела ее за барной стойкой. Она тоже заметила меня и помахала рукой. Улыбнувшись в ответ, я пошла к бару, а Энцо с угрюмым и пугающим выражением лица последовал за мной.

– Тебе не стоит ходить за мной по пятам, – сказала я ему.

– Это место небезопасно, и мы оба знаем, что этой девушки нет в списках партнеров благотворительной организации вашей матери. – Энцо посмотрел на меня с укором, но был прав. Я должна была догадаться, что все будет не так просто. – Кто она, Адриана?

– Энцо, послушай. Она моя подруга и совсем неопасна. Вы с папой преувеличиваете.

– Твой отец беспокоится о тебе.

– Со мной все будет в порядке. – Я указала ему на столик не слишком далеко от бара, но достаточно, чтобы он не смог услышать, о чем мы будем говорить с Лекси. – Просто присядь здесь и дай мне возможность немного отвлечься. Если хочешь, ты тоже отдохни, я не расскажу папе.

Я попыталась разрядить обстановку, но Энцо шутку не оценил. Он молча