Бессердечный рыцарь. Книга 1 - Милена Янг

Решение, которое она приняла.

Отторжение.

Ненависть, которая никуда не исчезла.

И это его разозлило.

Потому что он, черт возьми, решил все оставить позади, а она снова начинала игру по кругу.

– Не надо задавать вопросы, ответы на которые не хочешь услышать, – произнес отрешенно. – Зачем ты все портишь снова, Эви? Меня чуть не убили. Я мог просто умереть там. Ты серьезно хочешь поговорить об этом, когда чуть не потеряла меня? Тебе что, совсем на меня плевать?

– Да, мне на тебя плевать, поэтому я решила украсить себя шрамами до конца жизни, – огрызнулась она, приподнимая руку так, что он заметил длинные глубокие следы на запястье.

Замер. Потому что узнал.

У него после операции были похожие, только на сгибе локтя.

Глаза Дамиана расширились от шока.

– Это была ты, – прошептал он сдавленно. – Почему… почему не сказала мне?

– Думала, так будет лучше. Не хотела, чтобы винил себя, переживал, – Эви вздрогнула, когда он притянул ее к себе за локоть. Сжал ее руку, внимательно разглядывая шрамы.

– Было очень больно? – прошептал он, нежно погладив уродливые следы.

– Не больнее, когда я представила, что ты можешь… – она не договорила, в горле ком застрял.

Огонек рискнула своей жизнью ради него.

– Ты сумасшедшая, – Дамиан выпустил ее руку и прислонился спиной к стене, словно обессилев в один миг. – Это же опасно при твоей болезни. Совсем свихнулась?

– Можно просто «спасибо».

– Как же Кайден?! Что, если бы с тобой…

– У него остался бы ты, Дам.

– А я? Обо мне ты не подумала? – прошептал Дамиан, бережно обхватывая ее лицо руками.

– О тебе только и думала.

– Считаешь, я бы смог жить дальше? Без тебя?

– Смог бы.

– Глупая.

Он схватил ее и прижал к себе. Зарылся носом в ярких волосах, поцеловал в висок. Держа в своих объятиях с такой силой, что ей стало тяжело дышать. Но она не жаловалась. Нет, Эви притихла, уткнувшись куда-то ему в шею. И ей впервые за долгое время было тихо на душе. Ничего не болело.

– Ты бы скучал по мне? – пошутила она.

– Я бы последовал за тобой, – его ответ был лишен юмора. Голос Дамиана надломился. – Нахер мне дальше жить, если бы мой Огонек пропал?

– Ты уж реши, ненавидишь меня или…

– Или, – перебил он. – Всегда «или».

– Не ответишь на мой вопрос про нападавшего?..

– У меня есть тайны, это правда. Но я сейчас не готов ими делиться с тобой.

– Как ты себе представляешь наши отношения тогда? Если у нас нет доверия совсем, Дамиан? – она зажмурилась, ощутив проклятые слезы в глазах.

– Эви, не надо…

– Я так не могу. Правда не могу. Я хочу жить в безопасности. Не хочу возвращаться к тому кошмару, Дам. Просто расскажи, чего мне ожидать. Объясни, кто на тебя напал и зачем. И я попробую, правда постараюсь тебя понять, мы разберемся вмес…

– Что тебе непонятно во фразе «не готов делиться»? – его голос был ледяным. – Сказал же весьма понятным языком.

– А я весьма понятным языком тогда отвечаю – не могу и не хочу подвергать себя и ребенка опасности.

– Ты словно винишь меня в том, что меня же ударили ножом, Эви. Жалеешь о том, что спасти решилась или что? Я заставлял тебя это сделать?

– Думаю, я заслуживаю знать – ради кого я это сделала, не считаешь так?

На лице Дамиана отразилось неверие.

– Мне жаль, если это прозвучала грубо. Я просто очень сильно устала, морально вымоталась. Однажды из-за недомолвок мы расстались, – он не проронил ни слова. – Дамиан, нам надо учиться на ошибках, а не повторять их вновь и вновь, – она осторожно взяла его за руку. – Пожалуйста, доверься мне. Расскажи.

– Нет.

– Раз так, мой ответ будет таким же, – она отшатнулась от него с недоверчивым выражением лица. – До тех пор, пока я не услышу от тебя правду, наши отношения будут стоять на месте.

– Тебе обязательно все портить, да, Эви? – раздраженно выплюнул он.

– Я порчу? Серьезно? – она сжала руки в кулаки, глаза обожгло слезами.

«Возможно, и я. Но эти кошмары не прекращаются… Я так сильно устала. Хочу, чтобы он меня обнимал и перестал обвинять. Просто обнимал. Не отпускал, не слушал, не спорил. И мне будет тепло…»

– Именно так, – процедил Дамиан в ответ. – Не надо винить меня за выборы, которые совершила ты.

– Суть проблемы заключается не в том, что я жалею о том, что спасла тебя. Дамиан, если придется, я снова рискну собой. Сколько угодно, только бы ты жил. Не надо привирать мои слова. Вся проблема только в том, что ты не говоришь мне правду.

– Ты ее не услышишь.

– Тогда уходи, – она указала на дверь. – С тобой мне больше говорить не о чем.

– Ты злишься на меня, Эви. Дело не только в этом, – он прищурился, скользнул пальцами по ее подбородку, приподнимая, в глаза заглядывая. – За что ты на меня сердишься?

«За ребенка, которого не вернуть…»

Промолчала.

Понимала: отталкивала от себя именно поэтому. Искала поводы, чтобы отстраниться.

– У тебя тоже есть от меня секреты, не так ли?

Эви побледнела.

«Не хочу ему говорить… Ни за что не скажу».

– Молчишь.

Он отдернул руку. Лицо Дамиана представляло собой непроницаемую ледяную маску.

– Хорошо, Эви. Видимо, нам обоим надо остыть.

«Да ты и так остывший, как кусок айсберга. Куда больше?!»

– Я жду тебя на работе завтра утром. Пропустил многое, введешь меня в курс дел. Надо все нагонять.

Он умолчал о том, что установил за ней с Кайденом круглосуточное наблюдение в целях безопасности.

Этот псих был на свободе, и Дамиан не собирался из-за ее капризов рисковать их безопасностью.

***

– Мам… мам… мама… – звучал в голове детский голос, который она так и не услышала.

Эви перевернулась в кровати, морщась.

Она спала и видела в очередной раз маленькую девочку, так сильно похожую на Кайдена. Зеленые глаза, каштановые волосы, заплетенные в два забавных хвостика. Эви протянула к ней руку.

Но та увернулась, всегда неуловимая.

– Прости меня, пожалуйста, – прошептала Эви и опустилась на колени, чтобы быть одного роста с малышкой. – Прости, Нильде.

– Я простила, – улыбнулась лучезарно девочка и коснулась маленькой ручкой ее щеки. – Мам, уходи. Тебе уже пора.

– Если бы я тогда…

– Просто возвращайся к моему братику, – повторила девочка настойчивее и начала уходить.

Эви смотрела на ее спину, ощущая резкую боль в груди.

– Не уходи. Поговори со мной еще.

– Но меня не существует, мам, – печально отозвалась девочка, обернувшись.

Одетая в белое кружевное платье, с этими ямочками