Приют для фамильяров, дракону вход запрещен! - Александра Кузнецова

Он сделал паузу, затем повернулся ко мне. Сердце пропустило удар.

– Я хочу принести тебе извинения, Алиса, – произнес он тише. – За то, что вел себя как последний идиот и причинил тебе боль.

Слова Сильвиана повисли в воздухе, и в зале наступила такая тишина, что стало слышно, как за стенами глухо гудит толпа, ожидающая решения суда. Кажется, даже Маркиз перестал дышать, смотря на нас яркими фиолетовыми глазами.

Я совершенно не была готова к такому повороту. Я шла сюда, заранее настраиваясь на холодный, формальный процесс, на спор адвокатов, на сухие юридические формулировки и необходимость снова защищаться, удерживая лицо перед чужими людьми, которые будут обсуждать мою жизнь, как очередную светскую новость. Но никак не на то, что Сильвиан, который никогда не перед кем не извиняется, вдруг все отменит и отпустит меня.

Я смотрела на него и отчетливо понимала, чего не смотря на внешнее спокойствие ему тяжело дались эти слова.

И в этот момент внутри меня все перепуталось окончательно. Любовь, обида, усталость, облегчение, злость, желание подойти к нему и обнять, и такое же сильное желание развернуться и уйти, чтобы он хоть немного почувствовал, каково было мне в ту ночь, когда передо мной просто захлопнули дверь.

Я медленно выдохнула, чувствуя, как давит на грудь корсет. Я подняла взгляд на Сильвиана.

– Я… – начала и сама не сразу поняла, что собираюсь сказать.

Правду.

– Я до сих пор тебя люблю, – произнесла я наконец, почти шепотом, и от этих слов внутри болезненно сжалось.

– И я люблю тебя, Алиса, – Сильвиан сделал шаг ко мне, но я выставила ладонь, не подпуская его.

– И именно поэтому мне так трудно сделать вид, что ничего не произошло. Я не могу просто взять и забыть. Но спасибо, что ты попытался быть честным. Хотя бы сейчас. Чего ты от меня хочешь сейчас, Сильвиан?

– Чтобы ты дала мне второй шанс, – дракон посмотрел мне в глаза и я поняла, что в эту секунду впервые в нашей жизни он по-настоящему открыт, он со мной, что у нас возможно есть надежда, силы через все переступить и идти дальше.

Все это время мои руки дрожали, и я с усилием удерживала их сцепленными перед собой, чтобы не показать, насколько мне сейчас трудно.

Судья терпеливо дождалась, пока в зале снова воцарится тишина, и лишь тогда негромко, но твердо постучала молоточком по столу, возвращая заседание в привычное русло.

– Достаточно, – произнесла она строго. – Напоминаю сторонам, что мы находимся в суде, а не на семейном совете.

Она перевела строгий взгляд с Сильвиана на меня и продолжила уже официальным тоном:

– Таким образом, если лорд Сильвиан отказывается от своего прошения об отмене решения городского суда, вопрос о сохранении или расторжении брака остается на усмотрение госпожи Алисы Левандовски. Суд готов выслушать ее окончательное решение.

В этот момент на мои плечи будто легла вся тяжесть происходящего, а корсет сдавил еще больше.

Теперь все действительно зависело от меня.

Я была хозяйкой своей жизни.

Я посмотрела на судью, затем перевела взгляд на Сильвиана. Он стоял напротив, спокойный, собранный, будто уже принял любой исход, и от этого становилось только тяжелее.

– Ваша честь, – произнесла я ровно, стараясь не смотреть больше в сторону Сильвиана. – Я прошу оставить решение о разводе в силе.

И только после этого позволила себе сделать вдох.

Глава 24

Я ловко поднялась по строительным лесам, придерживая юбку и стараясь не смотреть вниз, хотя высота меня уже не пугала.

Рабочие привыкли к моим внезапным визитам на крышу и только переглядывались, когда хозяйка в очередной раз лезла проверять, как продвигается ремонт.

Я перебралась на кровлю, окинула глазами двор, который все еще был завален досками и камнями, но постепенно приходил в порядок.

Я осторожно перешла на соседний настил, где двое плотников как раз устанавливали последние доски на маленькой башенке. Именно из-за нее я поднималась сюда уже третий раз за день.

Башенку пришлось восстанавливать буквально по обломкам. После пожара от нее осталась груда обгоревших досок, перекошенный каркас и чудом уцелевший медный шпиль, который Пол отыскал среди завалов и торжественно принес мне, словно военный трофей.

Рабочие сначала предлагали обойтись без нее. Говорили, что башенка – лишние расходы,