Наложница повелителя демонов - Елена Белильщикова

Ведь в этот самый момент Шенли стек ниже, проводя губами по груди Цзин. Он обвел языком ее напрягшийся сосок, но возбужденную вершинку так и не затронул. А его взгляд горел почти мстительным огнем, подсказывая, что так будет с каждой чувствительной точкой на теле Цзин.

Кажется, у Шенли назрел план? И он решил ее помучить? Она изогнулась в спине, навстречу умелому языку Шенли, и застонала.

- Что ты выдумал, император? - В ее голосе явственно слышался испуг.

- Ты же не собираешься меня вот так мучить? Я хочу чтобы ты дал мне разрядку! - Испуг в голосе сменился отчаянием. А в глазах Шенли сверкнула насмешка.

- Мало ли, что ты хочешь, лисица. - Отрезал он, прищурившись. - Я так и не услышал от тебя обещаний беречь себя. Я жду. Цзин!

- Не стану я тебе ничего обещать! - Вспыхнула Цзин от стыда и гнева. Ей захотелось наброситься на Шенли и просто замахнуться ладонью по его красивому лицу. Подогнув пальцы, чтобы оцарапать его до крови.

- Я тебе не зверушка, чтобы меня дрессировать желанием и сексом! Ты... ты хитришь, Шенли! Это - грязная игра...

Шенли перехватил запястья Цзин, укладывая их над ее головой, слегка вжимая в розовые шелковые подушки.

- Да. Это будет очень грязная игра. Когда я заставлю тебя стонать так, что вся охрана в этом крыле услышит. А теперь разведи ноги, Цзин, - он смягчил свой приказ легким поцелуем в губы с коварной улыбкой на лице. - И не смей больше шевелиться. А иначе... я могу и вовсе не дать тебе сгореть этой ночью?

Шенли соскользнул ниже. Его губы снова скользнули по груди, потом ниже, по ребрам. Так, чтобы тело Цзин изогнулось. О, какой она была пластичной, горячей... Он буквально кожей чувствовал, как ей хотелось бы сейчас зарыться пальцами в его волосы и сжать их. Но он же запретил?

О, Шенли знал, чем ее завести. Его словечки, его детальные описания заставляли ее неосознанно сжиматься внутри. И чувствовать, как предательская влага каплей медленно стекает по бедру. Ее желание уже становилось невыносимым! А этот... гад Шенли будто нарочно распалял ее, сжимая ее запястья.

- Ты же не серьезно?! Про то, что можешь не дать сгореть? - Всполошилась Цзин. И заметалась по кровати. Но, выполнила приказ Шенли. И руки не опустила. Не начала играть с его волосами. Лишь рвано выдохнула, ощутив его губы на своей коже. Кажется, игра началась?

- Не смей дразнить меня... я слишком заведена... - с позорным стоном призналась Цзин и зажмурилась. Неужели она дошла до того, что начала умолять? О, Шенли любую девушку с ума сведет. Даже демоницу. Такую же горячую и опытную, как она...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 205

- Конечно, серьезно, моя девочка... - Шенли совсем коротко прихватил губами напряженный сосок, лизнул нежную кожу, тут же отстраняясь. - Но ты ведь не будешь противиться мне? Я не сожгу тебя. Пока не услышу, что прежде всего ты всегда будешь думать о своей безопасности.

Шенли сыграл еще коварнее, отпустив запястья своей демоницы. Когда его губы опустились на бедро Цзин. Он обвел языком чуть выступающую косточку, проследил дорожкой поцелуев извивающуюся под бледной кожей венку, оставил отметину на внутренней стороне, такой чувствительной... Шенли чувствовал, как сложно Цзин сейчас не свести бедра, остаться неподвижной. Об этом говорила легкая дрожь, бегущая по ее телу. Но похоже, его приказ пока еще звучал весомо?

Цзин вздрогнула всем телом. Но постаралась расслабиться. Хотя каждую мышцу ее тела сковывало напряжение, порожденное желанием. Ей хотелось заскулить, как настоящей зверушке: "я хочу тебя, Шенли!"

Даже губы ее дрогнули, но она удержалась. Она сможет, она справится, она выдержит это... извращенное, сладкое наказание за своеволие? О, боже, неужели теперь каждый раз, когда она будет дерзить, или беспечно относиться к себе, Шенли будет мучить ее часами, не давая разрядки?

Цзин должна была злиться на него за коварство. Но нет, вместо этого ее тело отреагировало странно. Оно признало в Шенли хозяина, и как бы ей не хотелось шевельнуться, тело послушно выполняло его приказы. Может, это ошейник магический какой-то? Или... Цзин просто очень сильно хочет понравиться ему? Ее возлюбленному императору...

Шенли поднялся поцелуями выше, приподнял голову, глядя в глаза Цзин. В его глазах плясали лукавые искры. Он явно давал понять этой чертовке, что не пойдет у нее на поводу. Как бы сладко она ни стонала. Он видел, как Цзин держалась, но как сильно ей хотелось сказать что-то. Взмолиться о пощаде?

- Ты очень красивая сейчас, Цзин... Когда так сильно хочешь сгореть. Я мог бы любоваться тобой такой часами... - усмехнулся Шенли, нарочно опаляя своим шепотом, своим горячим дыханием кожу внизу ее живота, чтобы ей было сложнее выдержать эту пытку возбуждением.

Цзин невольно дернулась, услышав вкрадчивый, коварный голос Шенли. Часами?! Какими еще часами?! Если каждое мгновение становится для нее сладкой, мучительной пыткой...

- Я не выдержу часов, мой господин... - Вдруг взмолилась Цзин скулящим, преданным голосом, будто не гордая лисица, а собачка терлась о руки Шенли. Своего хозяина.

- Сожги меня поскорее, не мучай! Пожалуйста... - Конечно, Шенли не смог устоять перед ее мольбами. Еще и такими необычными. Он и мечтать не смел, что она - демоница, державшая его в плену, однажды назовет его своим господином. Но так и было. Дело было не в том, что ее отдал Шенли Ксиан, на магической цепочке. Нет. А правда была в том, что она... влюбилась в Шенли. И сама хотела не расставаться с ним никогда. Ну, разве что на длину этой самой цепочки, которую он будет держать в руке.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 206

– Тогда я всегда буду рядом с тобой, – серьезно произнес Шенли, глядя в лицо Цзин, светящееся от желания сейчас. – Чтобы больше не позволить тебе никакой опасности. Я люблю тебя, Цзин.

Он накрыл ее тело своим, разводя ей бедра сильнее. Чтобы провести головкой своего члена, влажного, горячего, каменно твердого, между призывно раскинутых ног. Больше не было игр и приказов. Только желание. Когда Шенли вошел в Цзин, застонав от того, какой горячей и влажной, жаждущей она была внутри.

Шенли перехватил ее ладони, переплетая пальцы. Ему хотелось быть максимально близко. И заняться с ней не сексом,