Наложница повелителя демонов - Елена Белильщикова

Цзин замерла от неожиданности, от этого трогательного признания в любви прямо во время секса. И сердце сжалось от нежности. Никогда не думала, что можно вот так сочетать и жаркую страсть, и пылкие чувства. Но она понимала Шенли. Цзин ощущала то же самое.

– Я тоже люблю тебя, Шенли, – шепнула Цзин немного застенчиво и потерлась щекой о щеку Шенли.

Она ахнула, раздвигая ноги еще сильнее, шире. Демонстрируя ему всю себя. Всю силу своего желания.

– Пожалуйста, Шенли, я хочу тебя! – ее стон был отчаянным и пылким.

Цзин подалась навстречу ему, толкаясь бедрами, двигаясь горячо и страстно. Желая отдать ему всю себя. Без остатка. И заполучить Шенли себе. В полную свою собственность.

Они были так разгорячены, так хотели друг друга, что Шенли почти легко, в несколько движений, проник в Цзин по самое основание. Только застонал от того, как туго, как сладко она обхватила собой его горячий, уже пульсирующий от напряжения член. Он отпустил ее руки, придерживая за бедра. Так, чтобы двигаться плавно и медленно, постепенно набирая темп. Не задыхаться с первых минут от страсти и бешеного ритма, а смотреть друг другу в глаза.

– Я хотел, чтобы это было так! – признался Шенли со сбитым дыханием. – Не ради божественной силы, не ради высшей цели… Только ради нашей любви.

Он провел ладонями по бедрам Цзин, подталкивая ее обхватить его ногами. Притянуть еще ближе. Тело к телу, кожа к коже, сердце к сердцу, когда у обоих они стучали так часто от переполняющих эмоций.

Эти признания в любви легким и невесомым шепотом повисли вокруг. И Цзин тонула в них… Тонула в ослепляющей нежности. Тонула в страсти, с которой Шенли двигался в ней.

«Это же наш первый раз…» – мелькнуло у нее в голове.

Цзин задохнулась от восторга. Или от очередного толчка? Когда Шенли проник в нее глубоко. Так глубоко, что она почувствовала его своей частью.

– Я давно захотела тебя… не ради божественной силы. А просто потому, что влюбилась в тебя, Шенли. Но боялась признаться тебе в этом. Все знают, что ты не слишком любишь демонов, – выдохнула с трудом Цзин сквозь новые волны страсти.

Цзин закрыла глаза, отдаваясь удовольствию, которое все нарастало. Толчок, движение, плавное и нежное, еще толчок… Она чувствовала, что шаг за шагом она все ближе к оргазму. Как и Шенли в ней.

– Главное, что я люблю тебя, – прошептал он нежно и прикрыл глаза со стоном.

Было слишком сложно выдерживать такое возбуждение, такое удовольствие. Наконец-то быть с Цзин так близко, без рамок, ограничений и запретов, не выставляя себе правил и границ, за которые нельзя заходить. А ведь его потянуло к ней с первой встречи. Но Шенли так боялся подпустить Цзин слишком близко, стать лишь марионеткой в ее руках. Теперь же этого страха не было. Они остались свободны, погружены друг в друга. В каждом движении наших тел. Он запустил пальцы в волосы Цзин, не в силах удержаться от того, чтобы целовать ее в губы. Прямо так, незадолго до оргазма, ловя эти поцелуи урывками вместе с сорванным дыханием. Чувствуя, что они вот-вот сгорят вместе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 207 - ДОПОЛНЕНО

Цзин и Шенли так давно мечтали о том, чтобы быть вместе. Чтобы не останавливаться перед сокровенным моментом оргазма, дрожа от удовольствия. И сейчас наслаждались каждым поцелуем, каждым касанием, погружаясь друг в друга. Их губы сливались в поцелуях. А тела терлись друг о друга, возбуждая все больше. Цзин не могла сдержать низкие, хриплые стоны. Так же, как и Шенли. Они сливались не только телами, но и душами… Они заслужили это. Они так давно об этом мечтали.

– Я люблю тебя, Шенли, пожалуйста, не останавливайся… – молила Цзин, жмурилась, сцеловывая нежный шепот с губ Шенли.

Она чувствовала, как его движения становятся все более резкими и горячими. Как он растягивает ее, наполняет внутри до краев. Так, что Цзин чувствует, что о большем она и не мечтала никогда.

Когда оргазм накрыл ее с головой, своей темной горячей волной, Цзин закричала, не сдерживаясь. Она впилась ногтями в спину Шенли, оставляя там свои отметины, следы. И сразу же почувствовала, как он содрогнулся в ответ. От собственного мощного оргазма. Это произошло одновременно.

Этот оргазм был такой ярким, что Шенли даже не сразу пришел в себя. Только и успел, что прошептать имя Цзин, а потом улететь в какую-то пропасть, темноту. Он упал на шелка рядом, вслепую притягивая к себе свою возлюбленную.

– Я люблю тебя… – прошептал Шенли, едва вернул возможность говорить. – Ты больше не будешь на меня злиться, любимая? Обещаю, ты никогда не будешь чувствовать себя моей пленницей! Разве что… в самом сладком плену? – Шенли лукаво тронул кончик ее носа пальцем.

Цзин забавно сморщила нос. Мысль о плене ее не вдохновляла! Даже о самом сладком. О чем она не преминула заявить Шенли капризным голосом:

– Не переживай, император. Я отыграюсь на тебе за каждую минуту моего плена! Берегись… злиться я не буду, обещаю. Но тебе придется сложно. Я умею мучить не менее сладко и жестоко, вот увидишь.

Цзин, конечно, не призналась. Но в глубине души ей хотелось бы, чтобы Шенли позвал ее не только в сладкий плен, а замуж! И подарил золотые браслеты, которые навеки свяжут их перед небом и людьми. Но она была девушка гордая и навязываться ему не собиралась. Такое предложение должно идти от сердца… а значит, Цзин подождет. Влюбит Шенли в себя еще сильнее!

Сегодня ученики Шаотяня вместе со своим шифу Даомином отправились в лес за травами. В монастыре каждый день пили чаи из лекарственных сборов, которые помогали держать тело в форме. Собирали все это самостоятельно в окрестностях. Так что и сегодня все взяли корзины и теперь лазали по кустам и зарослям, нащипывая нужные листья и стебельки.

Через несколько часов работы Даомин дал команду на отдых. Запасов набрали немало, теперь нужно было нести их в монастырь, по необходимости промывать и просушивать на солнце. Но прежде решили отдохнуть на просторной поляне. С собой они взяли лепешки и сухофрукты, которыми можно перекусить в дороге. Вот и принялись за нехитрую трапезу.

– Шифу, – обратился к наставнику один из учеников, – вчера мы ходили в деревню за новой посудой взамен разбившейся. И слышали, что демоница Цзин