Это мы не проходили - Мугуа Хуан

Гу Яньван кратко изложил правила: — В этом году наш турнир претерпел изменения: он делится на командный и личный зачёты. В командном зачёте — баллы за скорость ответа. В личном — участники на месте пишут олимпиадные задания, по пять задач в варианте. Не нервничайте, внимательно читайте условия. В этом году все три школы подготовились, и нам нужно быть максимально собранными.

В то же время.

Второй и третий автобусы въехали следом за Инхуа.

Утреннее солнце светило на автобусы, заставляя их сиять. Множество учеников Линцзяна собралось у ворот поглазеть.

— Это была Инхуа? А этот автобус, наверное, из Сунъе…

— Ни фига себе, как они нагло въехали.

— Ещё из автобуса не вышли, а я уже чувствую жаркую убийственную ауру. Особенно от Инхуа.

— Ежегодное побоище. В прошлом году было жестоко, а в этом — ещё круче.

У ворот Линцзяна остановилось несколько автобусов.

Прибыли также Сунъе и Синцзянь.

Закончив речь, Гу Яньван взглянул на часы — пора было идти на арену: — Тогда выдвигаемся к спортзалу.

Сюй Шэн кое-как запомнил правила первой половины — командной игры и второй половины — личного зачёта. Ещё не войдя в спортзал, он ощутил напряжённую предтурнирную атмосферу, царящую в школе. Повсюду висели баннеры и плакаты поддержки. На двух ближайших к спортзалу деревьях было написано: «Шао Чжань — двойное чемпионство».

— В командной игре сиди рядом со мной, — сказал Шао Чжань. — Всего десять задач. Как постучу по столу — сразу жми на кнопку.

В командном зачёте проблем не ожидалось.

Шао Чжань подскажет, Сюй Шэн ответит.

Сюй Шэн отозвался. Кроме выхода для объявления выговора, он ещё не выходил на такую «большую сцену». Было, конечно, страшно — особенно учитывая, что на нём лежала честь Линцзянской Шестой.

Сюй Шэн ослабил воротник.

В голове крутилось: «Лучше забрать документы — и жить спокойно».

На что он подписался?

Его ли это место?

Перед входом было слишком много народу. Участники выстроились в очередь у чёрного входа.

Перед входом рука Шао Чжаня на секунду легла на голову Сюй Шэня. После этого короткого прикосновения раздался его обычно холодный голос: — Не нервничай.

В спортзале стоял гул голосов.

Под горячие, почти срывающие крышу аплодисменты на сцену вышли участники из Линцзянской Шестой.

И вот турнир четырёх школ наконец начался.

Примечания к главе:

[1] 外挂 (wàiguà) — «внешний модуль». В игровом сленге — чит-программа. Шао Чжань для Сюй Шэна — «внешний аккаунт», потому что решает за него задачи.

Глава 62

— А сейчас мы видим, что участники из Линцзянской Шестой вышли на арену! Давайте поприветствуем их бурными аплодисментами! — В спортзале не только возвели сцену, но и неподалёку от неё оборудовали комментаторские места. — … Всем привет, я ваш комментатор Старый Е из Линцзянской Шестой.

Поскольку зрители сидели далеко и не видели деталей, а процесс решения задач был долгим, чтобы поддерживать интерес публики, каждый год на турнир приглашали двух учителей для комментариев в реальном времени.

Старый Е был учителем математики выпускных классов, одним из лучших преподавателей Линцзянской Шестой. Рядом с ним сидел директор Ян из экспериментальной школы Инхуа.

Директор Ян слегка кивнул: — Здравствуйте, я Старый Ян из Инхуа.

Зрители зашли заранее и уже заполнили места на первом и втором этажах. На втором ярусе толпа учеников облепила перила. При виде «Шао Чжаня» они хором завопили: — Аааа, бог учёбы!

— Бог учёбы, ты сегодня такой красивый! Бог учёбы, давай!

— Бог учёбы — двойное чемпионство!

— Оставьте чемпионство в Линцзяне!

Линцзян вышел первым, к тому же в этом году турнир проходил на их поле — эмоции зрителей достигли пика.

Сюй Шэн хоть и нервничал, но, возможно, из-за того жеста Шао Чжаня или его слов, нервозность достигла такой точки, что стало уже не так страшно. Он не только не боялся, но даже попытался поднять градус для Шао Чжаня.

Сюй Шэн лениво плёлся последним, засунув одну руку в карман. Вопреки обычному образу «Шао Чжаня» — холодного и неприступного, он неторопливо вышел из полумрака прохода. Казалось, не свет падал на него, а тени и блики двигались за ним. Когда он полностью показался на виду публики, крики усилились. Вот тогда он поднял голову.

Потом, прищурившись, посмотрел на зрительские места, поднял руку, выпрямил пальцы и изобразил пистолетный выстрел в их сторону. Максимально дерзко. Юношеская самоуверенность и бесшабашность били через край.

— А-а-а-а! — голоса зрителей окончательно перекрыли комментатора.

— Нифига себе, а я и не знал, что бог учёбы такой дерзкий!

— Девочки, меня больше нет, я подстрелена.

— …

Шао Чжань: — …

Шао Чжань тихо спросил его: — А ты не боишься, что потом не расхлебаешь?

— Боюсь, — Сюй Шэн опустил руку. — Бояться — боюсь, но нельзя проигрывать в образе.

Сюй Шэн усмехнулся и добавил: — К тому же, мне кажется, ты прав. Чего бояться? Ведь ты у меня есть.

Одного бога учёбы уже было достаточно, а уж когда вместе с богом учёбы вышел и школьный хулиган — это было нечто.

Даже если участие школьного хулигана в турнире вовсю обсуждали на форуме, увидеть это своими глазами было всё равно впечатляюще. В конце шеренги, среди учеников в форме, ярко выделялась чёрная футболка.

Школьный хулиган с каменным лицом — никто не верил в его способности, но нельзя было отрицать: этот парень умел создавать атмосферу.

Он одним своим присутствием поднял дух всей команды Линцзянской Шестой.

Комментатор Старый Е: — Кхм. Ученики Линцзяна, потише, соблюдайте порядок… — его голос взлетел вверх: — А теперь на арену выходят участники экспериментальной школы Инхуа!

Дождавшись своей школы, Старый Ян подхватил: — Экспериментальная школа Инхуа, с девизом «учиться с любовью к родине». Олимпиадники Инхуа не боятся трудностей, штурмуют вершины. Давайте посмотрим на их сегодняшнее выступление.

С этими словами участники Инхуа выстроились в колонну по шесть человек и вышли из прохода.

Первым шёл очень высокий ученик, возвышавшийся над остальными.

Когда выходила Инхуа, зрители тоже отреагировали бурно. Ученики Инхуа — двое за троих — горланили: «Старший брат Дуань, старший брат Дуань непобедим!» Прошлогоднее поражение заставило их в этом году отнестись к турниру особенно серьёзно, они ждали реванша.

— Наш старший брат Дуань — бог!

— Дуань