Танго с ненавистным капитаном - Мария Павловна Лунёва

глазах, то мужчины опускали взгляд на землю. Усмехнулась. Да, все здесь всё знали. И чем занимаются сынки местных начальников, собираясь на дальних платформах, тоже.

Сколько среди этой толпы матерей обиженных девушек? Сколько знают, как пользовали их дочерей?

А сколько отцов, которые и отомстить не могут, потому что тем самым обрекут семьи?

— А чего молчим? — резвился Кирр. — Смелее!

Поймав мой взгляд, Маэр, сидящий на водительском месте, подмигнул. Чуть поднажал, и связанный Тифо, вытянув руки, побежал быстрее.

Я скривилась.

— И что с ним делать? Убить? — Кирр снова выстрелил в воздух — Или просто отстрелим ему то, что жить остальным мешает, и пусть ползает и дальше?

Я ожидала, что все и дальше будут молчать, но ошиблась.

— Убить! — вдруг прокричала одна из девушек.

Она была младше меня, имени не помнила, но жила через две улицы от нас.

— Убейте его! — повторила она куда смелее. Стоящая рядом мать схватила её за плечи, но не отдернула, а присоединилась к дочери.

— Убей его, сынок, — её голос звучал громче. — Мы не можем, так хоть ты сделай.

— Убей, — послышалась с другой стороны.

Вышла ещё девушка. За ней ещё. Теперь их было трое.

Ещё одна соседка, через два дома постарше меня, держа на руках малыша, вдруг так же сделала шаг вперед.

— Убей, — её голос звучал звонко.

Шмыгнув носом, я поняла, что плачу.

А сколько стоят и молчат? А скольких не он, а его дружки?

Меня мелко затрясло.

— Камелия? — Маэр смотрел лишь на меня.

А я не знала, что говорить. Убить так легко? Нет. Покалечить? Да, папенька с местных же денег сдерет и вылечит.

Ухмыльнулась. А может, и нет.

— Нет, не убивайте, сделайте так, чтобы всю жизнь идиотом прожил. Чтоб только слюни пускать и мог, — я не выдержала и обняла себя за плечи и заметила чуть в стороне молодых мужчин. Троих узнала сразу. Были они тогда на площадке.

Были и смеялись, а до этого так же затаскивали в зоргар девчонок, не спрашивая, а хотят ли.

— И их тоже, Маэр. И этих, — я чётко указала на уродов.

Они затравленно засуетились, да поздно.

Из зоргара выскочил Кирр, а от крыльца дома Белла в их направлении двинулся Ари.

Да, я знала, на что их обрекаю. И мне было не жалко. Пусть живут. Только вот в состоянии овоща, от страха в кровати под себя ходят.

— А ведь им даже никто не пытается помешать, — негромко заметила Белла. — Одобряют расправу.

— Угу, — мне стало даже весело. Хотя я осознавала — это нездорово.

Несопротивляющихся дружков Тифо тащили в нашу сторону. За шкварник, в каждой руке по одному уроду.

Никто из местных не понимал, чего они такие присмиревшие.

Хроны. Тут о таких и не слышали.

Зоргар остановился, и Тифо рухнул на колени.

Тихо открылась дверь. Маэр выбрался наружу, размялся и, подойдя к этой мрази, упёрся ботинком ему в плечо.

— Не надо трогать хороших девочек, — его губы скривились. — Видишь, как бывает. А за жену я имею право сделать с тобой что угодно. Вот совсем всё.

Он толкнул ногой, и Тифо со стоном упал на спину, завыв от боли.

— Рот закрой! — Маэр достал свой бластер. — Нет, убить не убью. Зачем? Есть куда более интересные идеи, но не думаю, что тебе понравится.

Вскинув руку, он навёл на него.

— Ты знаешь, что нужно сейчас сказать? — лицо моего орша исказила злая усмешка.

— Я заплачу, — долетело до меня тихое. — Я тебе за неё заплачу.

Гнев и обида охватили душу.

Выдохнув, ощутила, как Белла сжала моё запястье.

— Совершенно неправильный ответ. Что он должен сказать? — спросил Маэр громко.

Я взглянула на толпу. Соседи, коллеги папы по работе. Казалось, сюда всё поселение сбежалось.

Кирр и Ари свалили дружков этого урода у зоргара.

— Пусть извинится... — взревела толпа. — Пусть признается в том, что делал...

Я наблюдала за женщинами.

Мысль пришла — сейчас папаши этих подонков приедут.

— Маэр, он папочку наверняка ждёт, — выкрикнула я.

— А-а-а, да... папочка, — муж кивнул. — А лежит тот папочка на третьем причале космопорта. Живой, конечно, но инвалидность мы ему прописали. А не надо было растить мразь такую. Не надо.

Маэр выстрелил. Сгусток плазмы ударил между ног Тифо. Не задел, но ожог там получился не слабый.

Тифо завизжал.

— Да ладно, там и отстреливать-то нечего. Ну, даже стыдно мужику такими размерами светить. Хотя, о чём я. Не мужик ты больше, — Маэр засмеялся и снова залп.

Улицу огласил вопль, да такой, будто животное ревело.

— Так что ты должен был сказать? — бластер моего орша поднялся выше.

Но его уже никто не слышал.

Тифо орал от боли, зажимая свою пипетку между ног.

— Кирр, приведи-ка его в порядок.

Маэр отошёл от этого подонка и направился к остальным. Те, сидя на металлической платформе, наблюдали за его приближением с диким ужасом.

— А вы скажете, что надо? — муж погрозил им бластером.

— Извините, — провизжал один из них. — Мы виноваты. Виноваты!

— В чём? — Маэр улыбнулся.

— Мы... — он сглотнул и зыркнул на толпу.

За спинами людей остановились два высоких, тяжёлых таркента, и вышло местное начальство.

— Маэр... — мой голос дрогнул.

— Я вижу, — он кивнул. — Так так, в чём вы виноваты? — Мой орш присел и прижал дружку Тифо бластер к паху. — Мы тебя слушаем.

— Мы... девушек. Мы их...

— Вы их что? — он приподнял бровь. — Скажешь, и отделаешься легче друзей. Ну, хотя бы жить не овощем будешь.

Тифо тихо выл, Кирр стоял над ним, прижимая его ботинком к платформе.

— Мы их насиловали. На спор. Какая сама даст, а какую как... — он кивнул на меня.

Я вздрогнула.

— А я знаю, что вы сделали с моей женой, — Маэр оскалился. — И я не желаю об этом молчать.

Поднявшись, он резко вскинул руку и выпустил залп в сторону идущих к нам папашек. Те замерли на месте. Но мужу этого было мало, он чуть повернулся и растрелял таркенты. Несколько зарядов попали внутрь через открытые окна, и тяжёлый транспорт мгновенно вспыхнул.

— Ну и сколько девушек здесь пострадали от вас? — рявкнул он громко. — Сколько?

— Много, — дружок Тифо, чьего имени я и не знала, опустил взгляд и вдруг, подняв руки, закрыл лицо.

— А папочка знает, как вы развлекались?

Эту мразь затрясло. Видимо, если и знали, то не все.

— Ками, — Маэр обернулся на меня. — Я обещал тебе. Теперь всё, родная. Теперь совсем всё.

Развернувшись, он прицельно выстрелил Тифо в низ живота. Тот забился в конвульсиях.

Ещё несколько залпов, и дружки повалились на бок.