Фон-барон для Льдинки - Анна Аникина

- Наш Ромео собрался в подплав.

Тори смотрела непонимающе.

- В подводники. На подводные лодки. А Склодовский начинал на подводной лодке штурманом, - тихо прокомментировал Алекс для Тори.

- Под водой? - Тори крепче обняла Алекса. Подумала, что, может, оно и лучше, что Алекс не станет военным моряком. По крайней мере он точно не будет плавать на большой глубине.

У Ники, оказывается, были такие же опасения. И ими она делилась с Людмилой Викторовной Склодовской.

- Никуш, ты зачем Никитку дёргаешь?

- Но мне страшно! Под воду! А если авария? А если ещё что-то случится? - Ника действительно очень переживала. Её Никита и правда был очень целеустремлённым. Но история флота знает немало трагедии. Как это пережить?

- Не о том думаешь, девочка, - Людмила Викторовна мягко погладила Нику по руке, - Ты вот думаешь, Игорь идёт в медицину. Но ведь его тоже могут назначить на подлодку. Доктора и под водой нужны. Ты думай о том, как Никита будет возвращаться. Куда. С каким настроением. Им это важно. Что дома ждут. Понимаешь? Это называется тыл. Крепкий флотский тыл.

Комиссаров тем временем слушал адмирала.

- Что значит, выбрать между ней и подлодкой? Пусть будет и она, и лодка. Моряк без берега - это недоразумение. Вон, посмотри на мою супругу. Думаешь, она не боялась, когда я в автономку уходил? А лодки тогда были ты же знаешь, какие! Каждый из нас на своём месте выполняет свою работу. Её работа - ждать. Твоя - беречь страну. А значит, свою семью. Понял, Никита, как тебя по отчеству? - Андреевич.

- Понял меня, Никита Андреевич?

- Понял, Владимир Максимович.

Глава 115

Уже засыпая в поезде, уносящем её обратно в Москву, Тори размышляла о том, что для них с Алексом эти семьсот с лишним километров между двумя столицами с каждым разом становятся всё короче. Другие их ровесники встречаются каждый день, гуляют вместе, а потом расстаются возле подъезда.

Они с Алексом живут иначе. Словно в пространстве между городами. Когда эмоции концентрированнее и ярче, когда время сжимается в точку.

День рождения получился очень необычным. Столько движения, людей, событий и эмоций! Цветы и подарки как у кинозвезды.Приятно было, что приехала Катя с семьёй. И что Сонечка всё это придумала.

- Ещё сережек не хватает и колечка, - прокомментировала Соняша подарок Алекса.

Тори покраснела. Подарок был явно дорогим. Но основная его ценность была, конечно, не в стоимости. Голубые камешки аквамарина грели запястье.

Она завидовала Нике Ларионовой. Тому, как та говорит об их с Никитой общем будущем. Словно он уже окончил училище подводного плавания и она ждёт его из дальнего похода. И тому, что никто из взрослых не контролирует каждое их движение. Видимо, сдались.

Они с Алексом пока старательно соблюдали приличия. Но иногда полыхало внутри так, что хотелось просто сорваться к нему. И пусть будет, что будет.

Впереди были недели подготовки к олимпиадам. Хорошо, что у неё есть тётя Лёля. Дома они тоже занимаются. И она строго следит за режимом сна и питания. Иначе Тори бы все ночи проводила, разговаривая с Алексом. Мешала бы и ему, и себе. И почти ничего бы не ела. Лёля мягко уговаривала нормально питаться. В школе контролировала, чтобы Тори обедала. Подсовывала то яблоко, то чай с бутербродом.

Отношения в команде практически нормализовалось. Все очень старались не подвести одноклассников и себя. Нового шанса уже не будет. Тренировки не пропускали. Хотя споры насчёт решений конечно, бывали. Финальный тур включал и личный турнир капитанов. Никифорова потряхивало.

- Что, Стасик, боишься, что на воронежских девочек попадёшь и не сможешь дожать? - пошутил Матвей.

- Моть, ну зачем? - зашипела на него Тори.

- Не боюсь я их, - кипятился Никифоров, - И вообще, не факт, что по жребию они