Коктейль времен - Анастасия Козеева

Я закричала, не успев подумать, а потом мы все рванули прочь, путаясь в ветках и корнях. Лес слился в размытые пятна, пока мы мчались подальше от этого зверя.

— Я же говорил! — задыхаясь, орал Саша, с трудом удерживаясь на ногах. — Почему вы меня никогда не слушаете?

Но нам было не до выяснений отношений. Мамаша с каждой секундой была все ближе и ближе. Ветви хлестали по лицу, кусты цеплялись за одежду, но мы не замечали ни боли, ни царапин.

Ксю споткнулась о корень и едва не упала, но успела ухватиться за ближайший ствол. Ее лицо пылало, дыхание было сбивчивым и прерывистым, словно ее легкие вот-вот лопнут. Но она выпрямилась и, переведя дыхание, рванула вперед. Я чувствовала, как ноги подгибаются, каждый шаг отзывался тупой болью в ступнях и коленях, но страх гнал нас дальше, не давая замедлиться.

И только Марк бежал легко и непринужденно, как будто это была утренняя пробежка в парке. Его прическа развевалась на ветру, не теряя формы, и даже в таких условиях он умудрялся выглядеть так, словно снимается в рекламе спортивной одежды. Я простонала, смахивая пот со лба.

Позади раздавались звуки погони: хруст ломающихся веток и зловещее рычание. Огромная тигрица летела за нами, словно сама смерть. Каждый глухой удар лап казался приближением конца. Сердце колотилось так яростно, что я почти не слышала собственных мыслей, только животный страх. Я повторяла вновь и вновь: Беги! Беги!

Тигрица неслась прямо на нас, и казалось, что спасения нет. Мы мчались вперед, прыгая через поваленные деревья и врезаясь в густую листву.

— Сюда! — крикнул Марк, указывая на что-то впереди.

Мы сорвались с тропинки. Почва под ногами ушла вниз — мы сбежали по склону, чуть не падая на каждом шаге. Я пыталась сохранять равновесие, но земля под ногами была слишком рыхлой.

И тогда произошло нечто невероятное. Шум позади внезапно стих. Я осмелилась оглянуться и увидела: тигрица остановилась на краю склона. Ее громадная фигура неподвижно застыла в тени деревьев. Она смотрела на нас, но уже не с яростью, а с холодным расчетом. Ее хвост лениво дернулся, и она выдала короткое рычание, предупреждая: «Еще шаг — и вам несдобровать».

А потом она развернулась, и исчезла в зарослях. Мы замерли, жадно хватая ртом воздух, не веря своему счастью.

Я свалилась на землю. В глазах потемнело, кожа зудела от царапин и ушибов. Мы были в шаге от смерти. Когда я пришла в себя, ребята уже лежали рядом и тяжело дышали.

— Куда она ушла? Почему дальше не побежала? — первым нарушил тишину Саша.

— Не знаю, но считай, что это подарок на твой день рождения, — Марк ухмыльнулся и ударил брата кулаком в плечо.

— Она просто хотела защитить тигренка, — пробормотала я, хватаясь за левый бок.

— Да уж… защитить! — прохрипел Саша, едва переводя дыхание. — А нас чуть не сожрала…

Мы еще несколько минут лежали неподвижно, не в силах поверить, что все закончилось. Сердце до сих пор бешено стучало, пытаясь вырваться из груди, а руки дрожали.

Только мы начали приходить в себя, как внезапно что-то пролетело над головой Марка. Лиана качнулась, и перед ним, словно акробат, с диким визгом пронеслась обезьяна. За ней — еще одна. А потом десятки! Мы только успели переглянуться, а они уже спрыгнули. Обезьяны начали дергать нас за одежду и волосы, кто-то тащил меня за рукав, а другие, хохоча, показывали языки.

— Эй! — воскликнул Марк, отбиваясь от бездельников, будто от стаи назойливых воробьев. — Да что им надо?!

Самая крупная из обезьян взяла кожуру от банана и с ловкостью метнула ее мне в лицо.

— Ах ты… — прошипела я, отмахиваясь от липкой кожуры. — Нахалка!

Но этого оказалось мало: вся стая тут же подхватила ее пример. Они начали кидать в нас остатки фруктов, листьев и веток. Мы вскочили, пытаясь отбиться. Но отмахиваться от десятков проворных зверьков оказалось бесполезно. Нам предстояло еще одно испытание.

— Бежим! — крикнул Саша. — Эти твари не отстанут!

Я схватила Ксю за руку, и мы снова пустились наутек, едва не спотыкаясь на каждом шаге. Обезьяны визжали и неслись следом, прыгая с ветки на ветку. Их злобные крики гремели в ушах.

— Серьезно?! ЧТО ЭТО ЗА БЕЗУМИЕ?! — кричала я в отчаянии, петляя между пальмами. — Мы просто хотели искупаться в море!

Вдруг что-то ухватилось за мои плечи. Испугавшись, я начала извиваться и дергаться, пока обезьяна наконец не сорвалась и не рухнула на землю. Но перед падением она успела вырвать прядь моих волос. Боль пронзила меня, и я, стиснув зубы, подавила крик.

— Это просто уж-а-а-с! — выдохнула Ксю, перепрыгивая через корягу.

Я не понимала, что происходит. Мы думали, что отдохнем от бытовой суеты, искупаемся в море, но у нас не получилось. Мы сбежали от тигра, а теперь бежим от обезьян. Я истерически засмеялась, запнулась и с глухим стуком рухнула на землю. Падение вышибло воздух из легких. Я мысленно чертыхнулась, чувствуя, как острая боль пронзила ногу. Марк мгновенно оказался рядом, подхватил меня под руки и, заметив кровь на моей коленке, без лишних вопросов забросил меня себе на спину.

Визг и крики обезьян не стихали. Они не отставали. Лес закончился внезапно — впереди распахнулся обрыв, а внизу шумел водопад.

— Прыгаем! — крикнул Саша, не раздумывая. Он и Ксю сиганули вниз.

Марк поставил меня на землю и посмотрел мне в глаза.

— Готова? — спросил он.

Я кивнула.

Мы прыгнули вместе. Воздух вокруг нас закружился в ревущем потоке. Приземление оказалось жестким, вода ощущалась как бетон. Я отбила пятки. Меня пронзила дикая боль, вода хлынула в нос, зазвенело в ушах. На мгновение мне показалось, что я тону. Но я вынырнула, закашлялась и жадно втянула воздух.

— Ты как? — Марк подхватил меня, когда я беспомощно барахталась в воде.

— Ноги… не могу пошевелить, — прохрипела я, хватаясь за его плечи.

— Держись за меня! — приказал он, и я, не споря, залезла к нему на спину.

Саша и Ксю уже плыли к берегу. Мы с Марком продвигались медленнее, но я понимала, что он работает из последних сил. Обнимая парня сзади, я чувствовала горячее тело, каждый мускул. Биение его сердца отдавалось в моих ладонях. Я закрыла глаза от усталости, позволив себе на миг расслабиться.

Вскоре наш отряд путешественников оказался на берегу. Я с трудом села, потирая ноги, чтобы хоть как-то унять боль.

— Считай, искупались! —