Чужестранка - Ксения Васёва

- Прекрати! Если я виновата, это не значит, что со мной можно разговаривать...

Мы выпустили зубки. Как мило. Я резко сцапал её за талию и притянул к себе. Втянул запах, по которому сходил с ума... в последний раз.

- Можно, радость моя, можно. Ты предала меня и выставила идиотом. Наверное, рассчитывала на слёзы и "давай останемся друзьями"?.. Не останемся. Надеюсь, у тебя и твоего мужа хватит ума не появляться больше во дворце?.. Всё, Хелен. Ты сделала свой выбор.

Оттолкнув её, я направился к выходу из сада. Лишь у ограды повернул голову. Хелен сидела у моего дерева, закрыв лицо руками, и ревела. По-настоящему ревела, плакать для вида она не умела. Сердце сжалось, что самому впору зарыдать. Но "возвращаться - плохая примета", как однажды пропела мачеха. Я запомнил.

К слову, легка на помине.

Мы с Эстель никогда не раскланивались. У нас вообще были максимально странные отношения.

- Молодец, - хмыкнула она, стреляя подведёнными кошачьими глазами, - растёшь. И оборвал, и отпустил.

Меня что, похвалили?..

- Пойдём, - мачеха пристроилась рядом, подцепив меня под локоть, - Диана утешит. У неё под беременность обострение доброты и сострадания.

Ну мать. Как я мог забыть про подружек?! Наверняка ведь ошивались рядом и слушали. Две ведьмы, жена отца Эстель, и жена Макса, моего названного брата, Диана, познакомились на конкурсе невест и вместе с Хелен образовали неразлучную троицу. Условно, конечно, неразлучную, но для дворца и такая честная дружба - нонсенс.

- Ты осуждаешь меня?

- Я?.. - изумилась мачеха: - С чего вдруг?.. Мы с Дианой настаивали, чтобы Хелен дождалась тебя и объяснилась по-человечески, но она испугалась. Ты же знаешь её, тот ещё норный зверёк.

- И что она хотела сейчас?

Мачеха со вздохом убрала с лица светлые до платины волосы и ответила:

- Совесть успокаивает. Загнала себя в тупик и мучается. Ничего, перемелется. Но Тео, чем дальше, тем больше я удивляюсь тебе. Очень благородно по отношению к поступку Хелен.

- Полагаешь, стоило отрубить её мужу голову, заспиртовать и поставить в её покоях?!

Взгляд Эстель приобрёл крайнюю задумчивость.

- Это определённо плагиат, не повторяйся.

Да уж. Я точно оказался неповторимым - второго такого "прощателя" нужно поискать. Только, тьма подери, не легче!

- Как отец, как Ари? - спросил невпопад. Хватит с меня Хелен на сегодня. Даже хорошо, что Эстель отвлекла - оборачивался бы до последнего.

Мачеха мгновенно разулыбалась, зато моё настроение поползло вниз. Отец и Ари - её семья. Семья, которую она любила, за которую готова была убивать - и это покрывало многие недостатки Эстель.

Но семья отца не была моей семьёй.

- Отец как обычно гневается, а Ари с утра ждёт, что ты зайдёшь в гости. У неё готовы новости и стихи специально для тебя. Не разочаруй малышку, братец!

- Разочаровывать - моё профессиональное умение, - мрачно выдал я. Зачем, называется?! Эстель же просто пошутила.

- Глупости, - отрезала мачеха, - ты сам возводишь стену. Иногда можно попросить и получить помощь, а не закрываться от мира. Перед отъездом ты сказал, что я плесень, и меня невозможно вывести из дворца - так давай я побуду плесенью, разрушающей твоё убежище?..

Смутился. Эстель пыталась помирить меня с отцом полгода назад - и со злости я наговорил ей всяких "приятностей". Говорил ей, а мыслями был с другими.

- Я сожалею, извини. Ты вовсе не плесень.

- Ой, как будто я расстроилась! - отмахнулась она: - С удовольствием вывелась бы, если бы не семья. Три наглых рыжих. Куда от вас деться?..

- А кто третий? - удивился я. Мачеха покрутила пальцем у виска, не успев ответить. Мы пришли. У входа в кабинет стоял, картинно облокотившись на стену, отец.

...Естественно, мы не нашли обший язык. Ничего нового. Но в разгар спора в воздухе замерцал Фил - и не заметив отца, громко пророкотал:

- Полундра, Тео! Не поверишь, куда мы встряли!

Глава 5. Что водится на чердаках?..

Агата

Я сбежала от лорда, стоило только ветру ударить в окно и надуть шторы. Шанс! Когда Тео скрылся за дверью, не разумывая, забралась на водосточную трубу и спустилась вниз. Шумная центральная улица позволила легко смешаться с толпой - никакой опытный следопыт не разберётся, куда делась беглянка. Перед глазами замелькали ярмарочные палатки, зелёные сады, лазурное небо в оконных витражах. Всё мимо! Удивлённые взгляды прохожих, недовольные возгласы конников - мир превратился в мешанину из красок и запахов. Наверное, впервые я позволила интуиции и своему носу вывести меня к дому - и через пару кварталов уже сидела на скамейке перед общежитием архивариусов.

Зачем?!

Я нервно рассмеялась. Сейчас, в прохладной тени клёна, мой побег отдавал крайним идиотизмом. Тео вытащил меня из камеры, защитил от Поля - я вполне могла довериться ему. Пальцы потянулись к обручу на голове... которого, конечно, не было. Скорее всего, я потеряла его в камере, или ушлый страж прихватил в качестве компенсации.

Мой обруч. Моя память о родине и отце.

Это ложь, Агата. Ты никому и никогда больше не сможешь доверять.

Жалеть о побеге было уже поздно. Значит, настало время сжигать мосты. Я утешала себя тем, что ничего страшного не произошло, что через год-два я обязательно вернусь в Силвейн. Не думаю, что наглая эр-хатонка надолго задержится в голове лорда. В провинции мне будет даже легче! Цены ниже, миграционные службы - только в столицах доменов, а работа всегда найдётся. Нужно разве что шумовых зелий купить, и какое-нибудь оружие. Всё-таки одинокая девушка - тот ещё магнит для неприятностей.

План побега был расписан до мелочей - я разрабатывала его не один год. На чердаке, под матрасом, лежали деньги - ровно на билет до соседнего домена и моё месячное содержание. На всякий случай, по столичным меркам - цен в провинции я не знала. В ящике стола хранилось расписание поездов, актуальное на этот год. Ближайший нужный экспресс уходил за час до полуночи.

Едва ли