Наследство для дракона, или Принцесса-попаданка - Надежда Игоревна Соколова

Алисе точно ничего не было страшно. Да она и не боялась, никого и ничего. Она была на редкость самостоятельной, и Себастьян восхищался её умением вертеть мир вокруг себя, как будто это был её личный карнавальный шар. Он не мог не отметить, что каждый её жест, каждое слово излучали неподдельную уверенность.

Но при этом своей женой Себастьян хотел видеть тихую скромную девственницу. Алиса идеально подошла бы на роль любовницы. Правда, попробуй ей самой об этом скажи. Взорвется – пошлет, распсихуется. Еще и от постели отлучит.

И потому Себастьян пользовался случаем и молчал.

- Послезавтра все закончится, - сообщила ему Алиса после очередных постельных игр. - Ближе к вечеру, думаю. Магия запрета исчезнет. Ты сможешь вернуться во дворец.

Себастьян почувствовал легкий укол разочарования. Так быстро? Нет, он вернется, конечно. Но хотелось бы немного подольше.

[1] «Истинная для императора оборотней». Берта Свон.

Глава 14

Алиса:

- Очередной иномирный напиток? – Себастьян покосился на лимонад.

Я хмыкнула.

- Именно. Вместе с мороженым обычно идет на ура. Эй! У тебя кофе есть! Черный и без сахара!

Бесполезно. Этот невоспитанный ящер вылакал весь мой лимонад! В три глотка! Еще и шарик мороженого свистнул! Фисташкового! И вот спрашивается: где у него совесть?! Мог же себе заказать! Но нет, таскает у меня, как так и надо!

- Сутки, - я ухватила второй шарик и начала его разделывать ложкой. По кухне поплыл запах ванили. – Мне осталось терпеть твою невоспитанность сутки.

- Кто бы говорил о невоспитанности, - фыркнул Себастьян. – Тебя точно этикету не учили.

- Да ладно? – прищурилась я. Умный, значит? Ну хорошо. - Скажите, ваше высочество, в каком именно своде правил упоминается разрешение таскать еду с чужой тарелки?

- Язва, - раздраженно выдал Себастьян.

- Повторяешься. Было уже недавно. Самому трудно себе заказать?

- А если мне нравится тебя бесить?

Ах, вот оно что. Этот гад просто решил поиграть на моих нервах.

- Бедная твоя будущая жена, - выдала я в отместку. – С тобой сможет ужиться только слепоглухая.

- А с тобой?! – вызверился Себастьян. – Ты хочешь сказать, кто-то сможет ужиться с тобой?! Да ты ж любого в могилу сведешь уже через неделю! Ты ж всегда и во всем должна быть права! Самая-самая! Умная, красивая, стервозная! Тебя же даже родителям представить страшно! Не поймут!

Он орал, я молча слушала. Понятия не имею, что на него нашло, на психа такого. Наверное, жизнь в четырех стенах сказывалась.

Я тоже хотела поскорей выбраться отсюда. Но мне было делом привычки проживать эти дни под одной крышей с незнакомым существом. А Себастьяну сносило крышу, и довольно серьезно.

В общем, я дала ему проораться. И потом приказала замку перенести меня в свою комнату. Там я закрылась и просидела до самой ночи. Обойдемся оба сегодня без секса. Мы взрослые уже, переживем. А завтра придут родители, заберут меня отсюда. И до свидания, драконистый принц. Охмуряй своих скромных и тихих. Только подальше от меня.

А я уж точно без тебя обойдусь, в своей квартире на Земле. Найду себе нового кавалера, закручу с ним любовь. И нафиг забуду все, что здесь было.

Себастьян:

Себастьян тренировался на улице, чтобы сбросить накопившееся раздражение.

Площадка перед замком была пустынной, только у подножия высоких стен изредка шуршали листья, следуя легкому ветерку.

Себастьян выбрал длинную палку, лежащую у стены, и, сжав её крепче в руках, занял боевую стойку. Плечи расправились, голова поднялась, как у настоящего воина. Палка, хоть и не меч, служила ему вспомогательным инструментом, воссоздавая ощущения настоящей битвы. Себастьян открыл глаза и начал с простых движений — лёгких захватов и поворотов, словно проверяя, насколько хорошо он может контролировать своё тело.

С каждым движением он представлял себе невидимого врага, и каждое упражнение обострило его концентрацию. Он резко замахнулся, представляя, как противник уверенно уклоняется от его удара. Замысловатая комбинация работала на всю его раздражительность: сначала удар вниз, затем боковой, далее — вращение в ловком шаге. Палка свистела в воздухе, будто напоминала символ свободы, которой ему так не хватало.

Присев, он продолжил с ударами по воображаемому сопернику. Каждое приседание добавляло нагрузки на ноги и вытягивало из него накопленное напряжение. Он быстро перемещался, ноги переходили в уверенные шаги, создавая круги на пыльной земле, оставляя следы, словно он следовал за своим воображаемым противником, который уклонялся или нырял в стороны.

Себастьян быстро утомился, но не останавливался. Он был сосредоточен, его взгляд не поддавался слабостям, которые могли бы отвлечь его от урока, который он сейчас пытался пройти. Он размахивал палкой с всё более стремительными движениями, каждая атака впитывала в себя раздражительность и недовольство.

Он не знал, как долго проходила тренировка. Но, наконец, остановившись, он тяжело дышал, пот струился по спине, а сердце колотилось от нагрузки.

Пора. Пора возвращаться в замок. И плевать, что сегодня придется спать одному. Завтра божественная магия исчезнет. И он, Себастьян, сможет вернуться к себе во дворец.

Там в его распоряжении будут многочисленные развлечения, включая женщин разных рас, так и норовивших запрыгнуть в его постель.

А эта… дура… пусть и дальше развлекается в других мирах. Как можно дальше от него. Пусть меняет мужчин, напивается, бегает по мирам от своего ненаглядного папочки.

Это только ее дело.

Ему, Себастьяну, все равно.

Глава 15

Алиса:

Родители пришли утром. Впрочем, как обычно. Они всегда вытаскивали меня из другого мира с утра пораньше. При этом на Земле могло быть какое угодно время суток.

Вот и теперь родители появились в моей спальне после того, как я привела себя в порядок и переоделась. Наверняка магический жучок поставили, чтобы не зайти не вовремя.

Мне было уже все равно. Переболело.

Словно прошел ураган, оставив за собой лишь обрывки эмоций. Мама обняла меня, прижала к себе с такой естественной теплотой, что я не смогла удержаться от лёгкой улыбки. Но это чувство вскоре затмилось новым жестом — мама прошла по мне ментальным сканером, от макушки до пят.

— Никаких чувств к объекту, — скорбно поджала она губы.

Я только хмыкнула про себя. Наивные. Да их и не будет, тех чувств. Я сама сделала все возможное, чтобы они не возникли.

Отец нахмурился, но промолчал, не стал мне ничего выговаривать.

Открыл портал.

И все втроем мы переместились на