Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

к себе. Ему стоило лишь поманить пальцем. Есть что-то неуловимо чарующее в его доминирующей властности. То, от чего подкашиваются ноги и гулко колотится сердце.

Будто, почувствовав мое состояние, Руслан подошел сзади. Его руки легли на мою талию, а нос уткнулся в волосы. Мужчина шумно втянул носом воздух, и руки на моей талии почти больно впились в кожу.

— Не будь упрямой, Настя, — шепчет мне в волосы. — Разве плохо стать моей женой? Ты будешь жить, как королева, — продолжает, очерчивая носом плавный узор в моих волосах, — и ребенок не будет ни в чем нуждаться. Просто делай, что тебе говорят, и все.

Правильно — это оттолкнуть его, так говорит здравый смысл. Но, вопреки всем доводам разума, тело послушно подалось назад, каждой клеточкой пытаясь коснуться мужчины.

Нужно быть сильной, Настя! Он раздавит тебя, сомнет и выбросит. Ты же знаешь, как это больно! Ты не могла все забыть!

— Тебе нужен фиктивный брак?

А как еще может быть у нас?!

Да, я не забыла, как рыдала по ночам, когда Руслан так и не позвонил мне. И хорошо помню, что пообещала себе забыть его навсегда. Мне не стать ему ровней, не заставить его быть нежным. Не справиться с его властной манерой все решать, не спрашивая моего мнения.

Почему тогда медлю? Я просто не могу отказать ему, потому, что безумно соскучилась по этим рукам и его запаху, который уже заполнил легкие.

Мужчина провел носом по волосам, опустился к шее. Предательские мурашки табуном проскакали по коже, я затаила дыхание.

— Дыши, Настя! — скомандовал хриплый голос мне в ухо. Я послушно выдохнула, а Руслан тихонько ухмыльнулся мне в волосы.

Он резким движением развернул меня к себе лицом. Не выпуская из объятий, наклонился к моему лицу, провел языком по губам. Его, почти животные, повадки, тоже всегда меня возбуждали. И, кажется, даже сильнее, чем я сама себе отдавала отчет. Захотелось попробовать его на вкус, провести языком по коже. Низ живота болезненно стянуло, и во рту скопилась слюна.

Внезапно, Руслан отпустил мою талию. Я едва сдержала протестующий стон. Хорошо, удалось вовремя взять себя в руки. Мужчина потянулся в карман пиджака, достал из него маленькую бархатную коробочку черного цвета. Не говоря ни слова, достал из нее кольцо. И, прежде, чем я успела сообразить, что к чему, надел его на мой безымянный палец.

Смотрю на переливающийся камень, который выглядит слишком большим для моей маленькой руки. Кажется, что он даже руку немного оттягивает. Это кольцо, как и этот мужчина, не про меня.

Поднимаю взгляд, всматриваюсь в серые льдинки. С надеждой, мечтая разглядеть в них хоть какой-то отблеск чувств ко мне. Точно так же, как делала это раньше. Будто, это может что-то изменить в непробиваемом человеке?!

Наш немой диалог разрывает плач ребенка. Димка проснулся и, не увидев маму рядом, должно быть, испугался.

— Пусти, — говорю. Руслан делает шаг назад, выпуская меня из капкана.

Иду в спальню, подхватываю ребенка на руки. Начинаю машинально укачивать его, малыш сразу успокаивается.

Не самое романтичное завершение вечера! Уверена, Руслан уже успел пожалеть о своем приходе. Словно в подтверждение моих слов, где-то в квартире хлопнула входная дверь. В груди неприятно ужалило разочарованием.

Конечно, он ушел! Как иначе?!

Укладываю ребенка обратно в кроватку. А потом иду на кухню.

Мужчины нет. Остались только две чашки нетронутого чая. И записка на столе.

«Роспись через три дня. Надень что-нибудь красивое», — читаю послание, написанное размашистым почерком.

Упрямый.

Улыбаюсь своим воспоминаниям.

Такой же, как два года назад.

Глава 11

Руслан.

Выхожу из Настиной квартиры и спускаюсь по лестнице во двор. Мне нужен прохладный воздух, чтобы прийти в себя. Жадно втягиваю кислород, успокаивая сбившееся дыхание.

Прошло два года. А все, как вчера было.

Будто, только вчера был тот день, когда впервые увидел невесту друга. Как гром среди ясного неба! Я отлично помню этот момент. Все инстинкты обострились и сошлись на маленькой хрупкой фигурке. Такой беспомощной, испуганной и такой желанной. Как же я ждал наших встреч, чтобы увидеть этот перепуганный взгляд! Сам не понимал, что сразу, по приезду, даже не приняв душ после самолета, еду к этому дому не потому, что хочу увидеть друга. А потому, что, как свихнувшийся маньяк, жил мгновениями, в которых Настя где-то рядом. Как полоумный кретин, желал эту малышку.

И сейчас все началось по новой. Зверь внутри меня снова учуял добычу и жаждет ее себе.

Мой личный наркотик. Собственный маяк и точка притяжения.

Словно, кто-то проклял меня.

Стоило ей оказаться рядом. Один испуганный взгляд, один стон, одно прикосновение… Не понимаю, как хватило сил сдержаться.

В теле напряжен каждый мускул, сердце грохочет набатом. Потираю рукой лоб, пальцы нервно дрожат. Мне нужно ее, навсегда. Утащить с собой и спрятать. Чтобы иметь ее до хриплых стонов. Каждый день, особенно по утрам, когда она сонная и теплая.

В какой момент я превратился в одержимого маньяка?

Маленькая девочка Настя… Такая покорная, что мозг уплывает, стоит в глаза заглянуть.

Серая мышка с коготками… Век не забуду ее ноготочки.

В кармане мобильный ожил входящим звонком. Вибрация телефона хлестанула по напряженным мышцам, заставив дернуться, как от электрического разряда.

— Алло, — достав телефон, прикладываю его к уху.

— Рус, есть проблема, — говорит мой юрист.

— В чем дело?

— Квартира твоей протеже принадлежит не только ей, — отчитывается. Ему было сказано решить проблему с ходоками и желающими пожить в хоромах моей невесты раз и навсегда. Вот он и копает. Старается, бабки свои отрабатывает.

— Дела…, — вырывается у меня.

— Там еще Матвеева Алина Дмитриевна числится совладельцем. Похоже, она и сдает комнату в аренду. Если так, то все законно, Рус.

Димкина мамаша?! Как же, помню ее. Никогда мне не нравилась. Но то дела давно минувших дней, а тут такая подстава собственной невестке. Ладно, Настя. Но над внуком чего так издеваться?

— Что можно сделать, Вить? — спрашиваю.

— Можно попытаться выкупить вторую половину квартиры, другого пути нет, — успокоил юрист.

— Значит, выкупим.

— Мне этим заняться?

Задумываюсь. Давно я не виделся с матерью Димона. Да и не сильно-то хочу. Но лучше, если сам к ней заявлюсь.

— Нет, я сам это решу, — отвечаю юристу.

— Как скажешь, Рус, — по его тону понятно, что ему недосуг заниматься бабскими разборками. — Тогда, до связи!

— Ага, — отзываясь вяло, сбрасываю вызов.

И чем же серая мышка Настя не угодила свекрови-то? Это же чистой воды подстава, подлость скверной старой жабы.

Что ж ты ей