Прости за любовь. Причал - Кристина Лин

— Если я откажусь выходить за тебя замуж, меня возьмут на работу секретарем?

Все, о чем я могу думать сейчас, — это деньги и благополучие, которое они дают.

— Нет, — отрезает Руслан. — Тебя не возьмут, независимо от твоего решения.

Прижал к стенке, в своей излюбленной манере. Это не предложение. Это ультиматум.

Как же хочется гордо сказать «нет»! Я уже так устала от постоянной зависимости, от кого бы то ни было. Если не муж, то свекровь. Теперь вот Руслан… И последний вариант пугает больше всего.

Невероятным усилием воли я заставляю себя встать из-за стола.

— Я подумаю, — говорю чуть слышно.

Каждое движение, под пристальным ледяным взглядом, дается с трудом. Мне нужно уйти отсюда, сбежать. И спокойно обо всем подумать. Если утром я верила в то, что моя жизнь может наладиться, то теперь земля под ногами стала еще более вязкой.

— Стоять! — прилетает в спину властный приказ.

Ноги прилипли к полу, я не могу пошевелиться. С замиранием сердца прислушиваюсь к тихим шагам позади себя. Мужчина становится ко мне лицом. Подхватывает пальцами подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть ему прямо в глаза.

Сейчас между нами нет преграды в виде массивного стола. Он так близко, что пуговиц моей блузки касается лацкан его пиджака. В ноздри ударяет запах его парфюма. Тот самый, который когда-то сводил с ума, заставляя незаметно от мужчины носить его вещи, и представлять, что так я у нему еще ближе.

Серые льдинки обжигают холодом. Аура мужчины, слишком давящая, чтобы ее можно было выносить спокойно, окружила и взяла в капкан. Когда-то я забывала обо всем на свете, когда он, точно так же, как сейчас, смотрел на меня. Прошло два года, и ничего не изменилось. Мне по-прежнему хочется принадлежать ему на его условиях. Но теперь так не будет! Я несу ответственность не только за себя. Сын не простит мне этой слабости.

Взгляд мужчины холодом прошелся по моему лицу и замер на губах. Сердце пропустило удар, я забыла, как дышать. Большим пальцем он провел по моей нижней губе, и тысячи раскаленных осколков пронеслись под кожей табуном мурашек.

— Подумай, — шепчет мужчина чуть хрипло. Я помню этот тон и этот хищный блеск в глазах. Он тоже ничего не забыл. — И соглашайся, Насть.

Глава 8

Прокручиваю в голове наш разговор, вспоминая мельчайшие детали. Так, будто, от этого зависит моя жизнь.

Ему нужна жена…

Стоит произнести это вслух, и хочется смеяться. Руслан не из тех, кто женится. Этот мужчина не про семью. Он про достижения, власть и, Бог знает, что еще. Но представить Руслана, окруженного женой и детьми, не получается при всей моей фантазии. Уверена, что это не только мое личное восприятие, он, и сам, понимает, что семейная идиллия — не его вариант комфортного существования.

Но ему, вдруг, нужна жена…

Не удержавшись, я хохотнула в кулачок, а потом осеклась, словив на себе удивленный взгляд случайного прохожего.

Что же такого важного случилось?

Обстоятельства, как он сказал. Родственники не дают наследства без жены и ребенка?

Даже это смешно!

Нет, я больше не верю в то, что однажды Руслан может проникнуться чувствами. Да он и не говорил ничего о любви! Тут не про это. В восприятии мужчины брак — это сделка. И, если уж ему понадобился этот шаг, значит, по-другому никак.

Обратная дорога пролетела незаметно. И вот уже я подхожу к дому. Начинает капать мелкий дождь. Подставляю лицо под капли, которые приятно охлаждают кожу. Тело горит, несмотря на то, что я весь путь домой убеждала себя в том, что наша встреча с Русланом ничего не значит.

Это не будет иметь продолжения. Потому, что все это — какая-то странная глупость.

Закрываю глаза. Перед мысленным взором холодный взгляд серых глаз. Пугающе властный. Обжигающе ледяной. Такой, как и сам Руслан.

Он всегда был таким. Идеальным в своей безупречности. Не чета мне. Я ему не ровня.

Две разные вселенные. Как нам случилось снова пересечься?!

С самой первой встречи было понятно, что нам не по пути. Два года назад мы уже пробовали, и все закончилось печально. Уже тогда я знала, что ничего у нас не выйдет. А он и не планировал ничего серьезного, для мужчины все было обычной интрижкой. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять это.

Тогда почему меня трясет от одного лишь воспоминания?!

Хочется дать себе по щекам, чтобы прекратить это безумие. И становится еще хуже. Внутренний трепет затапливает с головой, ни вдохнуть, ни выбраться. Лишь невероятным усилием воли мне удается вернуться в реальности, в которой я, прежде всего, мама, которую заждались дома.

— Димка уснул, — встречает меня все та же няня, которая уже выручала меня однажды. — Хорошо, что вы так быстро вернулись, мне уже домой надо. Мама звонила, к нам бабушка приехала.

Снимаю туфли и облегченно выдыхаю. Вот уже два года не носила такую тесную обувь. Обычно выходила только на детскую площадку с ребенком и в магазин, а туда наряжаться без надобности.

— Беги, конечно, — говорю девочке, протягиваю ей купюру. Она старалась, заработала.

— Спасибо, — улыбаясь, она запихивает свой заработок в карман, и выходит из квартиры.

Захожу в комнату, где, лежа на диване, тихо спит Димка. Не по возрасту развитый ребенок, все понимает уже. Иногда мне кажется, что совсем скоро он и советы мне раздавать начнет. И не делает этого только потому, что пока говорить не научился. Сейчас малыш похож на ангелочка, прижимает к себе любимого мишку, смачно причмокивая во сне. Невозможно смотреть на него без улыбки.

В памяти снова всплывает Руслан, и наш разговор два года назад. Жалею я о том, что сохранила ребенка? Ни капли! Наверное, это единственное, в чем я абсолютно уверена.

Нужно ли было тогда уходить? Да, мой ребенок важнее самолюбия мужчины, пусть и такого, от которого замирает сердце.

Подхожу к небольшому туалетному столику. Тут не так много сокровищ, и я редко что-то ношу. Но есть вещи, которые мне памятно дороги. Такие, как обручальное кольцо, которое когда-то надел на палец покойный муж. И такие, как колье, которое мне когда-то подарил Руслан. Достаю его и надеваю на шею. Необычный кулон, явно, редкая вещица, у мужчины всегда был отличный вкус.

Смотрю на себя в зеркало. Колье красиво блестит на груди, в вырезе рубашки. Было время, когда я практически не снимала