Суженый из параллельной Вселенной - Тина Кэт

class="p1">— Передал, — поспешила я выгородить старика. — Но, во-первых, под «позже» подразумевается пара-тройка часов, а не следующий день! А во-вторых, ты мог бы предупредить прежде, чем уехать.

Обида в моём голосе просто плескалась через край. Аид глубоко вздохнул, взъерошил свои синие волосы и заговорил вполне искренне:

— Прости. Но разве я обязан перед тобой отчитываться о каждом шаге? Ты же женщина — ты должна наслаждаться вниманием и огромным безлимитным кошельком. Зачем тебе знать, чем я занимаюсь по работе? — с усталостью продолжал вещать он.

И, честно говоря, делал он только хуже. Мне теперь даже отвечать не хочется, и видеть его — тоже. Есть непреодолимое желание треснуть его чем-нибудь тяжёлым, но я лишь плюю на это и с непроницаемым выражением лица разворачиваюсь, уходя из ванной.

— Варя, ты куда? Мы же не договорили!

— Ага, щас, разбежался! Не хочу я с тобой говорить, кошак облезлый, — бросаю я через плечо.

Залетаю в гардеробную и хватаю первую попавшуюся вещь из пакета. Это оказывается платье-карандаш на тонких бретельках сочного красного цвета. Быстро подбираю бельё, одеваюсь. Аид тем временем уже выходит из ванной. Краем глаза вижу, что на нём, кроме полотенца на бёдрах, ничего нет. Но я старательно игнорирую сей факт, хотя внутри всё предательски ёкает.

Достаю косметичку. Спасибо смекалке Симона — я про неё и не заикалась, а он принёс. Золото, а не человек!

— Мышка, может, ты всё-таки поговоришь со мной? — предпринимает он очередную попытку, подходя ближе.

— Уже поговорили. Я хочу завтракать. Не мешай мне «наслаждаться кошельком», — холодно отвечаю я, крася губы в алый бархат.

Волосы почти высохли — рассыплю их по плечам, и готово. Собираюсь развернуться к коробкам с обувью, чтобы завершить образ и эффектно уйти. Но Аиду неймётся:

— Да что я не так сказал?! Почему мне кажется, что ты обиделась ещё сильнее?

— Без понятия. Я просто хочу поесть, — бросаю я, не глядя на него.

— Давай поедим вместе, я скажу Симону принести еду сюда. Мне не нравится, когда ты злишься.

— Спасибо за предложение, но я хочу поесть в саду. А тебе отдохнуть следует, не утруждайте себя, — ядовито вежливо закончила я. — А насчёт того, что тебе что-то не нравится, могу только посочувствовать, — бросила я, параллельно застёгивая ремешок на туфлях.

Глава 11

Аид, тяжело дыша, резко подошёл ко мне вплотную. Я невольно вздрогнула от неожиданности, и это не укрылось от его взгляда. С шумным выдохом Аид… опустился передо мной на колени. Мои глаза округлились от шока. Этого я никак не ожидала от него — гордого Альфы.

— Прости, — прошептал он, беря мою руку в свои и прижимая её к своей щеке. — Я никогда и никого так сильно не любил. Да я вообще не любил никого, поэтому я не знаю, как нужно правильно. Просто говори всё, что тебя расстраивает или не нравится. Я выслушаю и буду учиться. Только не отворачивайся, не обижайся на меня...

Моё дыхание замерло, как мне кажется, вместе с сердцем. И только когда он закончил и прижался губами к тыльной стороне моей ладони, я судорожно вдохнула, а сердце пустилось в галоп.

— Мне важно знать, где ты и чем занят. Важно узнать о тебе как можно больше — и о прошлом, и о настоящем. Я не хочу гадать, где ты проводишь время и с кем. Не хочу думать о том, что вдруг с тобой что-то случится и ты не вернёшься… Я не хочу «наслаждаться деньгами», я хочу тебя — со всеми твоими проблемами и тем, что у тебя внутри. Хочу помогать, чем могу… — от чистого сердца говорила я, а по глазам катились слёзы.

Я бы, наверное, продолжала свою солёную тираду, если бы Аид не встал, притягивая меня к себе. Он нежно стёр слёзы с моих щёк и втянул меня в поцелуй — такой нежный и хрупкий, будто я была драгоценной вазой, которая может разлететься на осколки от малейшего давления.

Обхватив руками шею Аида, я сама прижалась к нему всем телом. Слабая попытка слиться с ним ещё плотнее вывела наш поцелуй на следующий уровень: его язык проник в мой рот, лаская и дразня. Я невольно начала возбуждаться. Хотелось верить, что раз мы созданы друг для друга, я поступаю правильно, отдаваясь моменту и чувствам, что вспыхнули ярче, чем синее пламя на свече.

— Аид... — выдохнула я его имя, когда он, немного отстранившись, прижался своим лбом к моему.

Он глубоко втянул воздух, его ноздри подрагивали, а взгляд снова стал звериным. Аид развернул меня в своих руках и начал подталкивать к подоконнику, параллельно покрывая мою шею поцелуями.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась я полушёпотом.

— Извиняюсь, — хрипло отозвался он.

— Я только оделась... — выдохнула я судорожно, когда Аид надавил на мою спину, заставляя прогнуться в пояснице и опереться на подоконник.

— Я не буду снимать платье, оно тебе очень идёт, — хрипло ответил он, проводя ладонью по моим ногам там, где заканчивался край ткани.

Он медленно начал поднимать его, оголяя мои ягодицы и открывая вид на красное кружевное бельё.

— Чёрт... это лучший вид, что я когда-либо видел, — прорычал он возбуждённым голосом.

С одной стороны я смущалась и радовалась этому комментарию, но с другой — меня расстраивал тот факт, что подобных «видов» у него наверняка было очень много. Аид тем временем не ждал, что я что-то скажу. Он раздвинул мои ноги, его ладони легли на мои бёдра, а сам он опустился передо мной на колени. «Это то, о чём я думаю?» — пронеслось в голове.

Аид отодвинул край моих уже давно влажных трусиков, и я невольно прогнулась ещё сильнее. Горячее дыхание обжигало чувствительную кожу — от этого контраста по телу пробежали мурашки. Когда его язык коснулся моей промежности, стон вылетел непроизвольно, заполняя пространство комнаты.

Аид работал уверенно, находя те самые точки, от которых по ногам проходил приятный, тягучий жар. Будто температура тела резко подскочила. И как же было стыдно от того, что я не могла и не хотела сдерживать стоны! Сейчас на моём теле была лишь одна рука Аида, он и пальцами не помогал — в этом не было нужды. Он умело пользовался языком.

Я посмотрела вниз через свои раздвинутые ноги: Аид, лаская меня, одновременно доводил себя до пика. Эта картина оказалась последней каплей. Протяжный стон удовольствия вырвался из груди, ноги задрожали и перестали держать. Если бы Аид не подхватил меня, я бы, наверное,