Фиалка Захарана - Любовь Негодяева

Едва он закончил исцеление, моментально выбрался из кибитки и тронулся в путь.

- Вот это выдержка, - пробормотала подруга. – Когда ты не видишь, Камаль смотрит таким пылающим взором, словно желает облизать от пяточек до макушки как леденец.

- Не выдумывай, - мой голос подрагивал. – Он ни разу не сделал ни единого намека.

- Во-первых, ты не даешь надежды. Во-вторых, бедолага знает легенду. Значит, убежден, что выберешь одного из богатых шейхов, а не простого врачевателя.

- Если его дома не ждет невеста или гарем, сама предложу пожениться, - подмигнула юной мечтательнице.

Вечером достигли оазиса. Сопровождающие благородно снабдили попутчиц полотенцами и серыми балахонами из грубоватой ткани. После чего предоставили возможность освежиться в неглубоком озере.

С радостью помылись с Зафирой и немного поплавали. Одежду постирали и развесили на кустах. Паранджу пришлось снять, а другой не было. Оставшись без защиты, я старалась не поднимать глаз, чтобы караванщики не смогли рассмотреть уникальный цвет радужки.

Однако Алтын подозрительно настойчиво разглядывал меня за ужином. Излишнее внимание напрягало. Поэтому при первой же возможности поднялась и ускользнула в повозку.

Утром одежда высохла, и я почувствовала себя увереннее. В накидке жарко, но она спасает от чужих взоров, даря эфемерное ощущение спокойствия и уединения. Не думала, что когда-нибудь осознаю прелесть удушливых покрывал.

Спасенный из тюрьмы караванщик предупредил, что послезавтра вечером мы прибудем на земли Джамала ибн Рашида, и поинтересовался дальнейшими планами.

- Я приглашаю девушек в свой дом, - сказал Камаль. – Он разделен на женскую и мужскую половины. С одной стороны проживаем мы с братом Амирханом. С другой – сестренка. Азалия очень похожа на маму. Общительна, дружелюбна и искренне обрадуется вам. Гостеприимство у Аббасов в крови.

- С удовольствием принимаем предложение, - подруга моментально ухватилась за возможность хотя бы ненадолго обустроиться в безопасном месте.

- Разрешите поехать с вами? - спросил Акпер. – Меня могут разыскивать. Нужно на некоторое время исчезнуть. Планирую податься в проклятое государство.

- А где оно? – не сдержала любопытства.

- За Ашханом начинается древний лес и тянется до горной гряды. За ней владения драконов. Там есть и людские города, в которые уходили изгнанники, отщепенцы, влюбленные, поженившиеся наперекор родительскому слову.

Многие считают переселенцев нищим сбродом. Но на самом деле там проживают достойные представители общества, пострадавшие от захаранских традиций. Жители отрицательно относится к гаремам. Предпочитают равноправные браки. Местные женщины свободолюбивы и не чураются тяжелой работы. При этом выглядят вполне счастливыми.

Мы с Зафирой переглянулись. Если в гостях не сложится, можно отправиться под крылышко к ящерам.

На всем протяжении пути я пыталась избавить лекаря от сковывающей грудь серой ленты. К сожалению, безрезультатно. Мы предположили, что для снятия заклинания враг должен находиться рядом. Так было с Дарой и Аделиной, потом с правителями и заговорщиками. Боюсь, родственники Камаля окажутся не столь добры, как он думает.

Глава 11

В последние дни стояла невыносимая жара. Даже сумерки не дарили прохладу. Нас с Зафирой выручало то, что мужчины отдыхали на сброшенных на землю тюках, предоставив кибитку в полное распоряжение девушек. Это позволяло снимать перед сном паранджу, шаровары и тунику, заменяя балахоном.

Я ненавидела многослойную одежду восточных женщин, но признавала безусловную пользу. Помимо сокрытия от чужих глаз она спасала от палящего солнца, которое здесь называли Ярма. С моей бледной кожей можно было моментально обгореть. Небесная дева беспощадно жалила путников, посмевших оголиться. Даже закаленные караванщики заматывали головы платками, а на руки натягивали перчатки из прочной плетеной ткани. Из похожей шьют кимоно борцов на Земле.

Из-за духоты ночь прошла неспокойно. Мучили странные тревожные видения. Тело ныло. Жаловалось на жесткость и неудобство ложа. Устав вертеться, прикрыла лицо недавно сшитым никабом и выбралась наружу.

Занимался рассвет. Звезды гасли, забирая с собой черноту. Небосвод окрашивался в фиолетовые, сиреневые и розовые тона. Природная гармония завораживала, призывая замереть от восторга.

Спустя несколько минут на горизонте появились оранжевые сполохи. Чем выше поднималось светило, тем краснее становился песок. По барханам поползли длинные тени, создавая кровавые переливы. Пейзаж казался совершенно сюрреалистичным.

Местами то тут, то там виднелись проплешины с растительностью. Флора не радовала богатством. Встречались островки тонких травинок, похожих на иглы дикобраза; низкорослые кустики с узкими листочками; буро-зеленые ветвистые подобия кактусов; пучки кочующего рыжего мха; похожие на саксаулы раскидистые высокие деревья. Тоскливую картину разбавляли лишь колонии суккулентов.

Время шло, почва постепенно приобретала кирпичный оттенок. Пастельные переливы над головой посветлели, а затем вспыхнули золотом, ненавязчиво переходящим в бирюзу. Вокруг царила оглушительная тишина.

Вспомнились конфеты «Кара-Кум». Воображение нарисовало бредущий по дюнам караван верблюдов. Кажется, еще немного и услышу шелест песка под мозолистыми ногами и гортанные команды погонщика.

Хотелось покружиться и закричать. Что значит для человека свобода? Это возможность встречать рассвет, радоваться окружающему простору, распоряжаться собственной судьбой, переосмысливать общественные устои…

Одно слово из семи букв, а такое многогранное. Наверное, нужно побывать в тюрьме и гареме, чтобы в полной мере оценить и прочувствовать его важность. Здесь и сейчас даже допущенные ошибки воспринимались не постыдным недоразумением, а ступенью к получению новых знаний.

У меня за спиной словно выросли крылья, дарующие легкость и гармонию. Сжала кулон и включила красивую лирическую композицию. Приглушила звук и начала танцевать. Бывают моменты, когда творчество требует немедленного выхода за рамки обыденности и создания собственной реальности.

Мои плавные тягучие движения не подчинялись строгим, тщательно выверенным классическим канонам. Тело погрузилось в транс и растворилось в мелодии, следуя велению сердца. Это была его партия. Слов не требовалось. Для передачи чувств и эмоций моему повествованию достаточно скольжения ног, порхания рук, изумительной гибкости, искренней улыбки на губах и счастья в глазах.

Для артистки важна сценическая свобода. Она складывается из внешней и внутренней раскрепощенности. Птичка в клетке не щебечет так, как на воле. И едва душа скинула навязанные оковы, она напиталась теплом и озарилась светом. Мускулы налились энергией, наделяя физическую оболочку невероятной пластичностью.

Смогла бы я полностью раскрыть свой потенциал в зале приемов шейха Салима и показать нечто подобное? Однозначно нет. А здесь великое искусство демонстрировалось взошедшей Ярме, ласковому ветерку, редкой растительности и насекомым. Ой, судя по аплодисментам, еще и мужчинам, которых ненароком разбудила.

- Извините, - опустила глаза вниз и рванула в кибитку.

- Ты прекрасна, Лейла, - донесся вслед восхищенный голос Камаля.

- Невероятна, -