Попаданка особого назначения - Ирэн Васильева

Но я почти не слышала короля. Внешний мир стремительно блекнул и терял свои краски, уступая место звуку, который вибрировал у меня прямо под черепной коробкой. Этот голос... он больше не был шёпотом. Древний, невероятно мощный, первобытный и старый, как сама эта земля, он властно пульсировал в сознании:«...не бойся, маленькая Всадница...»

У меня судорожно перехватило дыхание, а пальцы намертво свело на луке седла.

— Янин... — из горла вырвался лишь испуганный, хриплый сип.

— Что случилось? Неля, ответь мне!

— Они..., они говорят со мной. Прямо сейчас.

Позади нас, сквозь грохот копыт, донеслось яростное, паническое проклятие магистра Альвара.

— Что именно они говорят, Неля?! — король сильнее прижал меня к своей груди, пытаясь заглянуть в лицо.

Я тяжело сглотнула подступивший к горлу ледяной ком:

— Говорят..., чтобы я не боялась.

Боевые кони продолжали нестись вперёд во весь опор, взрывая копытами ночной тракт, но я окончательно перестала замечать мелькающие деревья и свист ветра. В моей голове, проламывая все ментальные барьеры, один за другим начали зажигаться чужие, незнакомые голоса. Сначала их были десятки, затем сотни, а спустя секунду — тысячи!

Словно кто-то пинком распахнул массивные двери в гигантский, пустой зал, заполненный крылатыми чудовищами, и все они одновременно начали кричать, звать и шептать наперебой:«...вернулась...»«...наконец-то...»«...истинная наследница...»«...мы так долго ждали...»

У меня бешено закружилась голова, к горлу подступила тошнота. Слишком много. Слишком громко, до невыносимой, раскалывающей виски боли! Это было по-настоящему страшно.

— Неля! Держись! — сквозь плотную пелену чужих мыслей я почувствовала, как сильные, надёжные руки Янина намертво перехватили мою талию. Ещё мгновение — и я бы просто мешком соскользнула с мчащегося галопом жеребца прямо под копыта остального отряда. — Смотри на меня! Слышишь? Смотри мне в глаза!

Я с трудом приподняла веки, натыкаясь на его встревоженный, сфокусированный взгляд.

— Дыши, Неля. Сделай вдох.

— Их слишком много..., они все орут одновременно..., я не справляюсь..., — из моих глаз сами собой брызнули слёзы.

— Я знаю, маленькая моя, знаю. Держись за меня.

— Да ничего вы не знаете! — мой голос предательски дрогнул и сорвался на беззащитный плач.

Впервые с той самой секунды, как я весело провалилась в открытый люк на Земле, мне стало по-настоящему, до зубовного скрежета страшно. Не смешно, не забавно, не иронично. А жутко. Сказочные штампы обернулись суровым кошмаром.

— Они ищут меня..., они все летят сюда ради меня...

Широкая ладонь короля в кожаной перчатке осторожно, но крепко легла мне на затылок, бережно прижимая мою голову к своему плечу:

— Я здесь. И я клянусь тебе, Неля: я никому и никогда не позволю причинить тебе вред.

Я честно хотела ответить ему что-нибудь колкое и язвительное. Что-нибудь в духе прежней, безбашенной Нели Соколовой, которая за словом в карман не лезет. Но физически не смогла выдавить ни звука.

Потому что именно в этот миг среди бушующего океана из тысяч ментальных голосов вдруг сокрушительной лавиной прозвучал один-единственный. Он был в сотни раз сильнее, чище и властнее всех остальных. Он звучал так близко, словно его огромный обладатель невидимой тенью летел прямо над нашей кавалькадой.«...найди меня...»

У меня напрочь перекрыло кислород, сердце замерло. А в следующую секунду перед моими глазами ослепительной, болезненной вспышкой взорвались чужие, древние воспоминания.

Огромное, переливающееся лунным светом серебряное крыло, рассекающее грозовые тучи... Белоснежные, покрытые вечным льдом горные пики... Пронзительный, свистящий полет сквозь морозные облака... И золотой драконий глаз. Невероятно огромный, мудрый, древний вертикальный зрачок, который сквозь толщу веков и миров смотрел прямо в мою душу.«...найди меня, моя Всадница...»

Звуковая волна окончательно затопила сознание, и реальный мир вокруг меня с тихим хлопком исчез, погружая всё во тьму.

Глава 7

Сначала вокруг была лишь глухая, осязаемая темнота. Затем по телу разлился пронизывающий до костей холод, который внезапно сменился мягким, серебристым свечением.

Я медленно открыла глаза и тут же поняла три вещи: я больше не в ночном лесу, я совершенно точно не на королевской лошади и я вообще не в реальном мире.

Под ногами, куда ни глянь, простиралась бесконечная, гладкая серебряная равнина. Здесь не было деревьев, не росла трава, отсутствовали горы и даже намека на привычное небо над головой не наблюдалось. Вокруг царил лишь свет — странный, вибрирующий, живой. Словно вся эта карманная вселенная была соткана из концентрированного лунного сияния.

— Ну конечно, — я сокрушенно и тяжело вздохнула, уперев руки в бока. — Стоило один раз в жизни провалиться в открытый люк и попасть в другой мир, как по стандартной программе ромфанта сразу же начались загадочные ментальные видения. Где мой психотерапевт?

— Ты удивительно спокойно и прагматично воспринимаешь происходящее, маленькая Всадница, — глубокий, бархатный голос прозвучал прямо у меня за спиной. От его рокочущих вибраций серебряная земля под моими босоножками ощутимо задрожала.

Я медленно, затаив дыхание, обернулась. И застыла как вкопанная, забыв, как дышать.

Огромный серебряный дракон смотрел на меня сверху вниз огромными, сияющими золотом глазами с вертикальными зрачками. Нет, слово «огромный» здесь вообще не подходило. Он был гигантским! Одна только его чешуйчатая голова по размерам легко поспорила бы с приличным двухэтажным домом. Безупречная серебряная чешуя переливалась жидким перламутровым светом, а массивные крылья, сложенные за спиной, терялись где-то в бесконечной дали этого пространства.

Но сильнее всего поражал его возраст. Он ощущался кожей, без всяких слов — древняя, монументальная мудрость. Словно передо мной на лапах стояло существо, которое лично присутствовало при сотворении этого мира и помнило сборку первых звезд.

— Охренеть... — только и смогла выдавить я, запрокинув голову так, что заболела шея.

Дракон медленно, величественно моргнул — Обычно люди, впервые узрев мой истинный лик, говорят совершенно иные слова. Чаще всего они молят о пощаде или падают ниц.

— Я просто с детства стараюсь быть оригинальной и выделяться из толпы, — буркнула я, поправляя рюкзак, который каким-то чудом перенесся в подсознание вместе со мной.

Кажется, крылатый гигант усмехнулся. Во всяком случае, уголки его массивной пасти, усаженной кинжальными зубами, едва заметно дрогнули. — Значит, чувство юмора в твоем разуме сохранилось в полном объеме. Это обнадеживает.

— А оно должно было куда-то испариться?

— После прямой ментальной встречи со мной многие смертные от страха напрочь забывают даже собственное имя, — резонно заметил он.

— Тогда вам чертовски повезло, почтенный, потому что я — это не «многие».

Несколько секунд дракон молча и невероятно внимательно рассматривал меня, словно сканировал душу до самых потаенных уголков. По залу разлилось мерное, теплое драконье дыхание. Наконец он ровно произнес — Неля