Угонщица моего мужа - Татьяна Бэк

будешь? – вместо приветствия произносит Станислав, оттирая меня в сторону и нагло вторгаясь в мой номер. – Ого, а ты тут бухаешь, да ещё и в одно лицо. Нехорошо это! А для женщины и вовсе опасно.

Когда закрываю дверь и оборачиваюсь, этот наглец уже удобно расположился в кресле.

– Что вы здесь делаете и как меня нашли? – спрашиваю настолько ледяным тоном, что любой другой человек уже бы встал, извинился и свалил, растаяв в утреннем тумане.

Но толстокожему детективу на мой тон положить с высокой колокольни. Он нагло берёт бутылку с джином, открывает пробку, принюхивается, а затем делает такой глоток, словно половина содержимого канула в чёрную дыру.

– Послушайте, я устала и хочу отдохнуть! Ваше присутствие здесь неуместно! Прошу покинуть мой номер. Бутылку можете забрать с собой в качестве части оплаты за работу, которую, кстати, так и не выполнили.

К концу фразы едва не срываюсь на крик, чувствуя, что уже на пределе.

Мужчина смотрит на меня с явным интересом.

– Знаете, Инга, что мне в вас нравится? Другая бы на вашем месте орала и билась в истерике, рыдала и хлебала бухло, либо и вовсе притащила бы в номер табун накачанных стриптизёров. А вот вы поддерживаете со мной светскую беседу и даже ни разу не послали нахуй!

– Знаете, вообще-то, я в одном шаге от этого. Ведь так и не пояснили мне, как и почему вломились в мой номер… – произношу слабо, понимая, что силы вот-вот меня покинут.

Станислав вдруг передаёт мне стаканчик с кофе, а из кармана вытаскивает плитку чёрного шоколада.

– Неважно, как я вас нашёл! – спокойно произносит он, глядя с одобрением, как делаю осторожный глоток кофе и отламываю кусочек плитки. – Главное, – почему я здесь…

Мхатовская пауза становится уже слишком затяжной.

– Станислав, а идите вы, пожалуйста, нахуй, с вашими недосказанностями и намёками. Вы же отлично знаете, что сегодня случилось на годовщине. Поверьте, я нахожусь на грани!

– Ну вот наконец-то вижу, что вам не всё равно. Оказывается, у железной леди со стержнем и яйцами имеются ещё и эмоции. Инга, я почти на сто процентов уверен, что ваш муж вам не изменяет!

На секунду мне кажется, что ослышалась или частицу «не» дорисовала моя фантазия и желание поверить Андрею.

– Эта девочка Оля, которая так крутилась вокруг вашей семьи, она, скажем так, широко известна в узких кругах…

Мужчина вновь замолкает, явно наслаждаясь происходящим и продолжая прихлёбывать из горла мой джин.

– Станис-с-с-слав! – шепчу ядовитой коброй перед нападением.

Детектив тут же становится серьёзным и даже садится нормально, перестав раскидывать конечности во все стороны. Теперь передо мной профессионал, холодный, рассудительный и деловой.

– Итак… – продолжает он уже другим голосом. – Северова Ольга Петровна, известна как вебкам модель Оля Север, двадцать три года, дважды была замужем. Детей нет. Занимается тем, что за деньги демонстрирует свои прелести онлайн богатым иностранцам. Четыре привода в полицию, когда девчонку подозревали в том, что она подмешивала клофелин мужикам. Но, как понимаете, заявление на неё никто писать в итоге не стал, ибо выбирала исключительно добропорядочных, глубоко женатых граждан. Со слов знакомых Оленька хитра, беспринципна, любит деньги и власть. Как вам такой портрет этой гражданочки?

На секунду закрываю глаза и массирую виски. Да, Оля – та ещё жучка, но это было мне понятно и так. Тогда зачем мне этот рассказ?

– Ну, значит, мой муж лишился рассудка под чарами юной прелестницы. Его можно понять, – молоденькая, соблазнительная, хитрая девочка. Судя по всему, с колоссальным опытом по охмурению самцов, словивших кризис среднего возраста. Почему-то я была уверена, что нас с Андреем не коснётся появление подобной хищницы… Но ошиблась. Что же, мне остаётся пожелать только счастья.

Станислав смотрит на меня холодно, испытующе, а затем в его глазах мелькает раздражение.

– И вы не собираетесь бороться за своё счастье? За семью? Вы же любите мужа, это понятно!

И вот тут у меня просто срывает планку. Слишком много всего навалилось, а теперь ещё и этот циничный нагловатый мужик пытается залезть в мою душу, где и так всё изранено, кровоточит и стонет от боли.

– Идите к чёрту! – буквально выплёвываю слова, давясь ими. – Какое право вы имеете читать мне нотации? Что вы вообще знаете обо мне? О моих чувствах? Зачем  припёрлись и рассказываете мне какие-то бредовые, ненужные мне истории про молоденькую потаскушку Андрея? Неужели не видите, что мне и так плохо?! И сейчас я хочу лишь забиться в самый тёмный глухой угол и выть там, а не имитировать светскую беседу!

Руки трясутся, расплёскиваю кофе на себя и светлый ковёр, и вдруг начинаю рыдать. Но не от того, что мне плохо, а от осознания, что такое пятно крайне сложно вывести. Вот уж фокусы женской психики!

– Поплачьте, Инга, вам, девочкам, это полезно! Дайте выход эмоциям! – произносит детектив, вдруг оказываясь рядом и гладя меня по голове, словно ребёнка. – А потом мы с вами уже поговорим начистоту. Всё будет хорошо, обещаю.

Утыкаюсь в плечо, пахнущее сигаретами и терпким парфюмом, который ненавижу, но сейчас мне нужно именно оно! Слёзы катятся градом, всхлипы перемежаются с икотой, но с каждой каплей, вскриком и завыванием, достаю из себя боль.

Глава 16

Чуть позже

– Андрей, хватит названивать, я же сказала, что мне нужно время. Я не готова разговаривать. И прекрати присылать мне на работу такое количество цветов – не успеваю их раздаривать коллегам. Уже мужья моих сотрудниц начали ревновать своих жён, возвращающихся с работы с охапкой роз.

В моём голосе должна звучать холодность, но я успела соскучиться по Андрею. Всё это время муж буквально атаковал меня по телефону, пытался вычислить моё местоположение, но, благодаря Станиславу мне удавалось скрываться и избегать лишнего внимания.

Конечно, мне хотелось дать выход своим эмоциям, – орать, плакать, надавать пощёчин, но сперва я должна точно знать, что же произошло на самом деле.

– Инга, девочка моя… Пожалуйста, давай поговорим, умоляю тебя! – произносит муж таким голосом, что сердце замирает.

Столько боли, горечи, печали в каждом звуке. Мне так хочется в этот момент оказаться рядом, взглянуть в глаза супруга. Но я не могу. Пока не могу. Слишком больно от тех осколков, что ношу внутри себя. Осколков нашего идеального брака.

– Инга, клянусь, я… – продолжает Андрей, но я нажимаю кнопку на экране, завершая разговор.

А затем и вовсе отключаю мобильник. Какого чёрта я его