Истинная на одну ночь - Майя Эйлер

— Классное же платье, чего ты?

— Не хочу, чтобы воспоминания оставались.

— Кри-ис! Ну мы же сюда за воспоминаниями и приехали! Как ты можешь так говорить? Ладно, ладно, — она увидела мой взгляд и нахмурилась, подняла руки ладонями вверх. — Ну, Кристи-ина, расскажи мне тогда. Ты свои воспоминания похоронишь, а я вот буду хранить, вдруг захочешь потом вспомнить?

— Не захочу. Ты уже уволилась? Доки о неразглашении подписала?

— Да, всё уже с утра сделала, — надулась Маруся. — Но как ты можешь отказывать, а?

— Думаешь, я должна тебе рассказать о том, как провела эту ночь?

— Да!

— Отлично провела, — я поморщилась, но больше из-за того, что вспоминать хотелось. Как и вернуться в тот отель, чтобы продолжить знакомство.

— И?

— И не собираюсь возвращаться, вспоминать и прочие вещи, о которых ты сейчас твердишь! — больше себе, чем Маруське, сказала. — Всё! Ты собралась? — посмотрела на её чемодан.

— Почти, — она вздохнула и вновь решила поиграть в тетрис, размещая вещи компактнее.

Я оделась быстро, проверила, точно ли собрала все свои вещи и стала поторапливать Маруську. Она всё тянула время. Ясно, что ей здесь понравилось и уезжать не хотелось, но мы могли опоздать на самолёт, а мне этого совсем не нужно. Да и подруженька моя тоже не обрадуется, когда сгорят билеты и придётся покупать новые, тратя кровно заработанные средства.

— Всё, я всё, — тоскливо всхлипнула Маруся, резким движением застегнула молнию на куртке, едва не закусив ткань шарфа.

— Если очень хочешь, то можем летом сюда вернуться, — предложила ей то, о чём сама уже думала.

— Вернуться? — Маруська вдруг дёрнула головой, приподнимая подбородок, словно отмахиваясь от моих слов. — Крис, я не думаю, что для меня имеет смысл сюда возвращаться. Не думаю, что мне суждено стать той самой. Так что…

— А мы на другую базу устроимся, — обняла её за плечи, потянула к выходу. — Покруче!

— Если только так! — она наконец-то засмеялась.

В глубине души я боялась, что встречусь с Максом или Ильёй, увижу их ещё раз. И не смогу правильно отреагировать — разревусь или брошу кому-нибудь из них на шею. Так нельзя, встретились, провели ночь, разбежались, на большее я никогда не рассчитывала, поэтому даже мимолётная встреча может сделать больно.

Не хочу.

— Крис, ты куда так торопишься? — взвизгнула Маруся, когда я практически волоком потащила её к автобусной остановке, откуда отправлялся маршрут до аэропорта.

— А если автобус без нас уедет?

— Не уедет, — она попыталась идти медленнее, но увидела синий бок нашего транспортного средства и сама заторопилась, уже подтягивая меня за собой. — Блин, он уезжает!

Мы почти бежали, даже наткнулись на кого-то. Маруська упала, я чуть не отлетела в сторону, схватившись за яркий капюшон детской куртки. У девочки слетела шапка, и по плечам рассыпались рыжие кудряшки.

— Мама!

Я охнула, когда девочка рванула от меня. Поняла, что передо мной юная волчица, сил немерено, удерживать не стала, да и не смогла бы.

Девочка кинулась к упавшей рядом с Маруськой женщине, помогла ей подняться, и я поняла, что мама у волчицы — человек. При этом красивая и совсем молодая. Да, повезло ей встретить здесь свою судьбу.

— Простите, не заметили вас, — я махнула рукой в сторону автобуса: — Торопимся.

— Ничего страшного…

— И мы тоже! — перебила её дочь.

— Варя, мы никуда не поедем, — тихо и строго ответила ей мать и смущённо мне улыбнулась, словно прося прощение за шумного ребёнка.

— Но, ма-ма…

— Ты же знаешь, нам никак нельзя. Простите, что врезались в вас, здесь оказалось слишком скользко…

— Это вы простите, — поднимая Маруську, пропыхтела я. Подруга хотела сказать что-то крепкое, но я толкнула её в бок. — Мы должны были смотреть, куда бежим… Ох, автобус!

Глава 8

Родной город не порадовал погодой, хотя по сравнению с севером, здесь было теплее. А так — грязь и снежная каша, в которой увязали ноги. Сумку пришлось буквально тащить на руках, прижимая к себе, иначе до дома довезла бы мокрый клубок вещей.

— Я уже хочу на свою кровать, — пропыхтела Маруська.

— Я тоже, — перелёт оказался тяжёлым.

И лететь, думая о тех, кто остался в прошлом, было трудно. Пару раз я едва смогла сдержаться и не разреветься. Словно чем сильнее я отдалялась, тем больнее становилось на сердце. Душа рвалась на части, стремилась обратно, и я почти мечтала о том, чтобы ворваться к пилотам и потребовать развернуть самолёт. Чтобы вновь быть с теми, кто запал в душу.

Но это неправильно.

Нельзя так чувствовать.

Каждую минуту я вспоминала о том, как они касались меня. Закрывала глаза и представляла, что Макс и Илья рядом, протяни руку — и будет счастье. Чувствовала их дыхание на коже, вспоминала поцелуи. Безудержный секс, конечно, хорошо и запоминается легко, но мне казалось, что я упустила нечто большее. Понимала, что это мои фантазии, но погружалась в них всё сильнее. Глубже.

Тонула в собственной похоти и страхе, что такое никогда не повторится.

Я слабая. Я должна была остаться и поговорить с ними, расставить всё по местам, но малодушно сбежала от себя и ответственности. Поступила как любая девчонка, на которую давят обстоятельства — нашла оправдание своим действиям.

Так что мне некого винить, только я отвечаю за свои поступки. Ушла? Значит, так было нужно, значит, моё решение и будет определять дальнейшую жизнь. Они меня не искали? Что ж, и это не просто так. Я могу фантазировать и предполагать, но их отношение ко мне — это реальность, с которой я не могу бороться.

Да, была нежность, но не приняла ли я страсть за нечто большее?

Могла бы, это ведь не так уж и сложно. А я глупая…

Безликие стены общаги словно вдохнули вторую жизнь в истосковавшуюся душу. Это мой дом — настоящий! Здесь всегда помогут, всегда подскажут, что делать, поддержат. Но даже здесь я не буду никому рассказывать о своём приключении. Не потому, что считаю его чем-то постыдным, а из-за того, что это очень личное, глубокое, и его лучше сохранить в сердце, иногда бережно протирая тряпочкой.

Вошли с Маруськой в комнату и тут же упали на свои кровати, прямо в одежде, не раздеваясь, потому что устали как собаки.

— Нет сил встать, — протянула Маруська.

— И не говори, — простонала в ответ, но всё же поднялась.

Хотя бы вещи нужно разложить, что-то отправить