Вампирская академия. Холодная страсть - Нина Любина

А потом раздался звук отодвигаемого стула. Резкий, грубый.

— Хватит.

Голос Александра разрезал тишину, как нож. Он встал, и я увидела его лицо. Оно было белым от ярости. Глаза горели алым, как угли. Он сжимал кулаки так, что костяшки побелели.

Максимилиан медленно вытащил пальцы у меня изо рта и повернулся к нему. На его лице сияла самодовольная улыбка.

— Что такое, Александр? — спросил он сладко. — Мешаем? Или завидуешь?

— Отойди от нее, — процедил Александр сквозь зубы.

— Зачем? Она отлично справляется. Правда, Селена? Ты же у нас послушная девочка. Любишь подчиняться вампирам. — Он облизнул губы. — У тебя это хорошо получается. Я заинтригован.

Александр сделал шаг вперед. Я видела, как дрожат его плечи от напряжения.

— Закрой рот.

Максимилиан, кажется, действительно удивился. Он лениво откинулся на спинку стула и спросил:

— Ты это мне? Из-за нее? Тебя не учили, что игрушками нужно делиться с друзьями, иначе друзей всех растеряешь.

— Люди — не игрушки, — процедил он.

От его тона по моей спине пробежал холодок. Речь уже словно шла не про меня. Мы не были так близки, чтобы публично и с такой яростью ругаться с кем-то из-за меня. Я думала, что в лучшем случае Александр возбудится, а после пар прибежит ко мне снимать напряжение. Но что-то пошло не так.

Максимилиан поднялся со стула, расправил плечи. Они стояли друг напротив друга: два хищника, готовых сцепиться.

— Ты будешь защищать ее? С какой стати? Она тебе кто? А я твой друг, — в его голосе послышалась детская обида.

Александр молчал. Но его молчание было красноречивее любых слов.

Максимилиан усмехнулся и перевел взгляд на меня. В его глазах плясало злорадство.

— Селена, дорогая, просвети нас. Вы чем-то пристойным вчера в саду занимались или просто любовались луной? А, Селена? Что ж, Александр так напрягается, когда ты делаешь сегодня то же самое?

В аудитории воцарилась мертвая тишина. Максимилиан публично назвал меня распутной. На первой же паре в этой академии. Я слышала, как стучит моя кровь в ушах. Александр стоял, впившись взглядом в Максимилиана, и я видела, как в его глазах полыхает пламя.

— Это не твое дело, — выдавил он.

— Значит, занимались, — констатировал Максимилиан с усмешкой. — Ну надо же. А нам тут рассказывают про этикет, про баланс. А сами, — он развел руками, изображая праведное негодование, — Александр, брат, ты нарушаешь правила. Трахать первокурсниц в первый же день — неэтично. Или для тебя правила не писаны, потому что ты у нас особенный?

Я нахмурилась, что значило это обращение «особенный»? С Александром что-то не так? Но обдумать мне это не дали.

Александр двинулся. Быстро, как молния. Я даже моргнуть не успела, а парни уже сцепились. Максимилиан отлетел к партам, с грохотом сметая стулья. Александр нависал над ним, сжимая его горло.

— Еще одно слово, — прорычал он. — И я вырву твой поганый язык.

Максимилиан не сопротивлялся. Он только улыбался, глядя на него снизу вверх, и в его глазах плясало безумное веселье.

— Так и знал, что ты на нее как-то странно смотришь. Не к добру это было.

Но следующего удара не было.

— Хватит! — голос мистера Эшворда прозвучал как хлыст. Он возник между ними из ниоткуда, настолько быстро двигался. Одним движением он отшвырнул Александра в сторону и помог Максимилиану подняться.

— Урок еще не окончен, — сказал он ледяным тоном. — И это не место для выяснения личных отношений. Садитесь оба. Или продолжите в кабинете ректора.

Александр стоял, тяжело дыша, и смотрел на Максимилиана с такой ненавистью, что, казалось, воздух вокруг них должен был заледенеть. Но он послушался. Он вернулся на свое место, даже не взглянув на меня.

Максимилиан отряхнул рубашку и, бросив на меня быстрый, непонятный взгляд, тоже сел. На этот раз он не приближался. Только сидел, откинувшись на спинку стула, и криво улыбался своим мыслям.

Мистер Эшворд обвел взглядом аудиторию и остановился на мне.

— Неплохо, Селена, — сказал он ровно. — Но до положительной оценки далеко.

Я в удивлении округлила глаза. Преподаватель пояснил:

— Ты играла с ним, а должна подчиняться. Ты должна выполнять его просьбы, а не перетягивать инициативу на себя. По крайней мере, пока тебя об этом не попросят.

Теперь я злилась по-настоящему, поэтому пришлось опустить глаза. Вампиры не просто хотели себе послушных рабов, они хотели, чтобы мы себя ими чувствовали. Чтобы знали свое место.

Но я не собиралась так легко сдаваться. Если смогу сохранить свой боевой настрой до конца обучения, то вынесу из него гораздо больше преимуществ, чем остальные люди. Ведь прислуга не думает о своих нуждах. А я буду думать. Только от преподавателей свой характер придется прятать. Они не должны понимать, что я — игрок, а не пешка.

Глава 7. Лиза — запасной план

Звонок прозвенел неожиданно резко, будто обрушился с потолка. Я вздрогнула. Аудитория ожила, загудела, вампиры потянулись к выходу, люди торопливо собирали вещи, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Я ждала, когда уже наконец смогу оказаться подальше от Максимилиана. Хоть преподаватель и «похвалил меня», не назвав тряпкой (а это я считала похвалой, хотя он так очевидно и не думал), но я все же устала. Потратила много энергии на то, чтобы морально отбиться от всех. Обычно после эмоционального отыгрыша, мне нужно отдышаться. Ведь я так долго держала лицо. Но произошло больше, чем я ожидала.

К тому же на меня до сих пор все косились. Никто не смог переплюнуть мое представление. Почти все рыдали после своей очереди, а я до сих пор делала вид, что мне все равно, что малознакомый парень засунул пальцы в мой рот с явным намерением высмеять меня.

Но еще больше я хотела поговорить с Александром. Он все это время пялился на меня, больше не скрываясь. А от кого? Все уже все видели. Смысла больше не было. Я надеялась повернуть эти ситуацию в свою сторону. Нужно попытаться наладить с ним эмоциональный контакт, раз уж все так складывалось.

Но к моему недовольству, как только прозвенел звонок, Александр вылетел из аудитории. Я поджала губы недовольно. Что ж, не хочет сейчас поболтать, то я все равно найду его позже. Пусть пока томится.

Я собирала вещи, когда в мое поле зрения влез противный вампир. Пришлось на него посмотреть, чтобы он понимал, что его тут никто не боится. И он отступил. Хмыкнул и ушел, ничего не сказав.