Измена не худышки. Отпусти меня, босс! - Авелина Атталь

Дома он вытащил из сумки сувенир-слоника из слоновой кости, маленького, с забавно загнутым хоботом.

— Держи, — сказал он. — На счастье.

Я улыбнулась, поблагодарила и поставила его на полку рядом с нашей свадебной фотографией. Я смотрела на слоника и думала: «Если бы ты знал, какое счастье приносит мне твоя любовница».

Ночью он захотел близости. Я не отказала. Лежала на спине, глядя в потолок, и чувствовала его руки на своём теле. Чужие руки. Я закрывала глаза и видела Романа. Его губы. Его глаза. Его голос, который шептал: «Ты красивая». И плакала в темноте, чтобы он не видел.

Я жила как раньше. Но внутри меня умирала.

В понедельник Оливию повысили. Я увидела объявление в корпоративном чате-она стала заместителем коммерческого директора. Её фотография светилась с экрана: идеальная причёска, безупречный макияж, ледяная улыбка. Та женщина, которая заставила меня снять бордовое платье. Которая унизила меня в первый же день. Которая разрушала компанию и получала за это повышение.

— Ну, конечно, — фыркнула Ира. — Она даже не скрывает, что рада. Посмотри на неё-сияет, как начищенный самовар. Добилась своего.

Я молчала. В груди разрасталась холодная пустота. Роман подписал приказ. Роман поставил её рядом с собой. Роман сделал её своей правой рукой.

В среду я пошла на кухню за чаем. Мне хотелось выпить горячего, чтобы согреть замёрзшую душу. Я шла по длинному пустому коридору, и каждый шаг отдавался эхом в тишине. Я почти дошла до кулера, когда увидела их.

Они стояли у окна, рядом с кулером. Роман и Оливия. Близко. Очень близко.

Она что-то говорила, наклонив голову, касаясь его руки. Он слушал, и его лицо было таким мягким, таким тёплым. Теплее, чем я видела когда-либо. Он улыбался ей. Улыбался так, как никогда не улыбался мне. В его глазах был огонь-тот самый огонь, который я видела, когда стояла перед ним в бордовом платье.

Она положила ладонь ему на плечо, наклонилась к уху, прошептала что-то, и он рассмеялся. Рассмеялся! Открыто, легко, как будто она была единственным человеком на свете, который мог его рассмешить.

Мир остановился.

Я стояла за углом, не в силах двинуться. Сердце билось так громко, что я боялась, они услышат. В горле застрял ком. В глазах защипало.

Они флиртовали. Он флиртовал с ней. С той, кто разрушала мою жизнь. С той, кто унижала меня. С той, кто отняла у меня последнюю надежду.

Я не выдержала. Развернулась и пошла обратно в кабинет. Шла быстро, почти бегом, чтобы не разрыдаться в коридоре. Добежала до своего кабинета, влетела в дверь, села за стол и уставилась в монитор. Ничего не видела.

Ира подняла на меня взгляд и сразу всё поняла.

— Лена, что случилось? Ты белая как бумага.

— Ничего, — выдавила я, чувствуя, как голос предательски дрожит. — Всё нормально.

— Ты плачешь? — она встала и подошла ко мне.

Я провела рукой по лицу-мокрые щёки.

— Я ничего не чувствую, — прошептала я. — Ничего. Только пустота. Он там... с ней. Флиртует. Целует её глазами. А я... я сижу здесь в своём дурацком балахоне и плачу. Я такая дура.

— Лена, — Ира присела на корточки рядом. — Ты не дура. Ты-самая сильная женщина, которую я знаю. Ты прошла через такое, что не каждая выдержит. И ты ещё не сломалась.

— Я сломалась, — прошептала я. — Внутри. Я уже сломалась.

Она взяла меня за руку.

— Посмотри на меня. Ты не сломалась. Ты просто устала. Но это пройдёт. Мы что-нибудь придумаем.

Я смотрела на неё и чувствовала, как внутри поднимается что-то тёмное, горячее-злость, обида, отчаяние. Всё, что я копила годами, начало вырываться наружу.

— Ира, — сказала я, и голос мой стал твёрже, — завтра я надену бордовое платье. Даже если меня уволят. Даже если она снова придёт и начнёт меня унижать. Я больше не буду прятаться. Я устала быть серой тенью. Я устала от всего этого.

Ира улыбнулась-тепло, слёзно.

— Наконец-то! — выдохнула она. — Лена, я ждала этого дня. Ты-потрясающая. Ты-королева. И завтра все это увидят. Давай обновим тебе гардероб!

Я сжала её руку.

— Спасибо. Я не знаю, что будет завтра. Может, меня уволят. Может, я уйду сама. Разве можно в такой ситуации тратить деньги?!..

— Ты же пока замужем. — намекнула Ира. — Муж поможет. Или ты решила развестись? — Без мести? — я горько усмехнулась. Я хотела отомстить, а потом разводиться. Но это были мечты… — В твоих руках сделать их реальностью! — Кому я нужна, кроме Руслана? — шмыгнула носом, — Но я больше не хочу быть невидимкой. Не хочу! Не хочу!

Мы обнялись, и я чувствовала, как внутри теплеет. Страх уходил, уступая место чему-то новому-ярости, жажде жизни, желанию быть собой.

Да, завтра я надену бордовое платье. Я снова буду красивой. Я снова буду живой. Пусть и с пятном на самом видном месте…

А, может, и вправду обновить гардероб? Совет Иры пришелся кстати. Платье сидело отлично. Что, если я весь гардероб обновлю? И кофт прикуплю, и джинсы помодней выберу, и блузки — не те, что Ира зовет прощай молодость, а нормальные, модные?..

И плевать, что скажет Оливия.

И плевать, что скажет Руслан.

И плевать, что Роман флиртует с ней.

Он потерял меня. И он ещё пожалеет об этом.

Я вытерла слёзы, выпрямилась и посмотрела в окно.

Завтра новый день. И я начну его с себя. С той, которую я так долго прятала.

* * *

Вечером я сидела на кухне, поджав ноги под себя, и смотрела в телефон. Окно было открыто, и в комнату врывался прохладный ветер, но я не замечала его. Внутри меня горел огонь. Я видела, как Роман флиртует с Оливией у кулера. Видела, как она касалась его плеча. Как он улыбался ей. Как его глаза, которые ещё несколько дней назад горели только для меня, теперь смотрели на неё.

Это разрывало меня на части. Но одновременно с этим что-то внутри меня окаменело. Твёрдое, острое, несгибаемое. Я больше не могла быть жертвой. Я больше не могла позволять им топтать моё достоинство.

Телефон завибрировал. Ира написала!

Ира: Ну что, подруга? Как план? Завтра идём на прорыв?

Я улыбнулась, и эта улыбка была колючей, как стекло.

«Идём. Я решила. Бордовое платье. То самое. Я надену его завтра».

Ира: Оливия с ума сойдёт!

«Пусть сходит. Я больше не боюсь её. И Романа тоже. Пусть смотрит, если хочет. Я закрываю глаза на его флирт с ней».

Ира: Вот