Буря тайн и печали - Мелисса Рёрих

Главный страж вернул Луке документы, а Теону протянул пять браслетов.

— У вас время до заката, — предупредил мужчина. — Если к этому часу вы не вернетесь сюда, браслеты выпустят токсин, который обездвижит и лишит вас чувств за пять секунд. Затем вас доставят для вынесения приговора. Вопросы есть?

— Нет, — ответил Теон, надевая браслет.

Под воздействием магии металл впился в кожу, став похожим на массивную татуировку вокруг запястья с бронзовой линией посередине. Он передал один Луке, два Акселю, а затем взял Тессу за руку.

После того ужина два дня назад у нее было видение. Он знал это. Она лежала, свернувшись на кровати, с закрытыми глазами, но не спала. Он знал, как меняется ее дыхание во сне: тихий мягкий вздох перед тем, как она погружается в сон, и как она всегда подкладывает ладонь под щеку в первые минуты глубокого сна. Более того, он понял, что это было видение, потому что видел, как она из него выходила. Распахнутые глаза, резкий вдох, волна паники по связи, прежде чем ей удалось восстановить свои щиты.

Эти гребанные ментальные щиты.

Он не знал, как она научилась ими управлять, но ненавидел это. Некоторых фейри обучают ментальной защите в зависимости от их роли в королевстве, но лишь для защиты от очарования. Источникам тоже это преподают, но чтобы полностью блокировать всю чертову связь?

Тесса нетерпеливо постукивала ногой, оглядывая терминал портала. Этим утром она была не в духе. Не помогало и то, что ему пришлось разбудить ее до рассвета. Но им нужно было воспользоваться порталом, чтобы попасть в Оринтию. Столица королевства Фалейны была единственным местом, где имелся портал на остров Экаян, защищенным самыми строгими мерами безопасности во всем Девраме.

— Ты в порядке, красавица? — спросил он.

— Нет, не в порядке. Еще один гребанный браслет, — проворчала она, когда он надел его на ее руку.

— Он не блокирует твою магии, — заметил он.

Сила вспыхнула, нити света обвились вокруг ее предплечий, словно золотые браслеты. Совсем как на том ужине. С каждой неделей ее контроль растет. Ей еще предстояло пройти долгий путь, чтобы овладеть силой, но он не мог отрицать тот факт, что неделя в Фавене значительно ускорила ее обучение.

— Здания архивов защищены чарами, — сказал Теон. — Если твоя сила может навредить книгам или текстам, она будет подавлена.

— Иными словами, сила будет подавлена у всех, — ответила она.

— Скорее всего, — согласился он.

Тесса кивнула, вложив свою руку в его. Он понимал, что она просто ищет поддержки через связь, чтобы унять тревогу, но он пользовался любым предлогом прикоснуться к ней в эти дни. Хотя встреча с Фелисити в их комнате явно довела ее до предела, он догадывался, что в Фавене она выяснила нечто такое, изменившие все. Они несколько раз занимались сексом, но теперь это была чисто физическая разрядка. Она так тщательно запирала эмоции, что он не знал, есть ли что-то еще. Он понимал, что все уже не так, как было до поездки в Фавен. Тогда они были на грани чего-то большего. Он чувствовал это, и знал, что она тоже, несмотря на упорные отрицания. Ее слова Фелисити за ужином намекали на ревность, но ее стычка с его отцом была чистой воды демонстрацией силы. Теон видел это.

И его отец позволил ей победить.

Или, возможно, подумал, что сам не победит.

Но такого не может быть. Он Лорд Ариуса. Тесса сильна, да, но их родословная веками тщательно отбиралась ради могущества силы. Когда он сможет черпать из нее силу и объединять ее со своей, они станут определенно сильнее его отца.

Но что, если она одна могущественнее всех их вместе взятых?

Ее отец — бог, а мать, можно сказать, тоже.

Страж из Наследия пропустил их, и Теон шагнул в портал рядом с Тессой. Они оказались в атриуме приемного терминала, и он повернулся к Кэт. Она бывала здесь несколько раз. Хотя это и шло вразрез с его натурой, он позволил ей решить, где они проведут ограниченное время, что им здесь выделили.

— Запросите архивы древней истории, — сказала Кэт, переплетя пальцы с Акселем.

— Древняя история? — удивился Теон.

Зачем им копаться в истории, если ее отец даже не упоминается в их текстах?

— Под этим зданием находятся катакомбы с текстами, содержащими теории о исторических событиях. Именно там я однажды читала теорию о Странниках между Мирами, — ответила она.

— Ты серьезно собираешься подвергать ее слова сомнению сейчас? — спросил Аксель таким тоном, будто требовал от Теона поскорее покончить с формальностями.

Аксель был не в духе всю неделю, беспокоясь о том, чем все это обернется для Кэт. А со стороны Теона было глупо продолжать то, что они там затеяли. Даже если его отец не добьется своего, и она не станет его новым Источником, шансы, что ей назначат место в королевстве, позволяющее остаться с Акселем, были ничтожны. Более того, Акселю придется взять пару, и чем раньше, тем лучше. Но брат ясно дал понять: его мнение по этому вопросу никого не интересует.

Ученый, одетый в те же шалфейно-зеленые с бронзой цвета, что носили все в королевстве Фалейн, сопроводил их к запрошенному зданию архива. Вскоре они спускались на лифте в катакомбы. Теон был более чем слегка разочарован, что не может по-настоящему насладиться этим визитом. Не может изучить архивы или побродить по разным уровням. Эта поездка была исключительно деловой.

— Ваши браслеты также служат маячками, — предупредил ученый, когда двери лифта раскрылись. — Если вы зайдете туда, куда не следует, токсин будет выпущен.

— Я присмотрю за ними, — тихо произнесла Кэт, склонив голову не поднимая глаз.

— Уж постарайся, — бросил ученый.

— Ты его знаешь? — спросил Аксель, пока она вела их по коридору.

— Я знаю многих местных ученых, — приглушенно ответила она.

— Шаг за шагом, Тесса, — напомнил Лука, отвлекая внимание Теона от брата и возвращая его к девушке.

— Ты не сказал, что мы будем под землей! — с упреком прошипела Тесса, глядя на Теона.

— Я не знал, — ответил он. — Я никогда не был в катакомбах, только на верхних уровнях.

Она слегка побледнела, взгляд метался по пространству, становясь все более диким.

— Это лишь до заката, Тесса, — он обхватил ее подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Ты проходила через испытания и посерьезнее, и выжила.

— Верно, — пробормотала она. — В шрамах, ссадинах и сломленной душой, но зато выжила.

— У каждого бойца есть