Госпожа Лидия - Малиновая Карамель

из меня вытекала его сперма, вперемешку с моими выделениями. Огромный плюс эрсхонских мужчин от землян, их семя не высыхает неприятной плёнкой, что стягивала кожу, а оставалось тем же спустя время.

Приятного всё равно мало, когда из тебя вытекает бело-розовая жидкость, образуя под задницей мокрую лужицу, но я могла перетерпеть неудобства, ради утоления своего интереса.

– Госпожа, – наконец заговорил эрсхонец, – по вашей просьбе я выбрал инструмент для своего первого наказания.

Стоило ему договорить, как он достал из-за спины странный предмет. Это напоминало зелёное желе в виде полого тубуса, внутри которого было много ворсинок. Они тоже были разными по своему размеру: в глубине более короткие и чем ближе к краю, тем длиннее они становились.

– Что это? – сдалась я, повертев в руках этот предмет.

Он был прохладным и приятным наощупь, и пах чем-то древесным, кедровым, но понять, как его использовать для наказания я не смогла.

– Это насадка на член. Её используют для мастурбации. Когда внутрь помещается эрегированный фаллос, механизм, контролирующий внутренности, подчиняется голосовым командам госпожи.

– То есть по моей команде эти ворсинки будут что-то делать? – дошло до меня.

– Вращаться, госпожа. – Барчи был рад видеть мою обескураженность и растерянность. – У него десять режимов. Вам просто надо назвать число и уровень от медленного до максимального, чтобы они пришли в действие. Вы можете попробовать прямо сейчас.

– Как?

– Нажмите на эту кнопку. – он показал на едва заметную круглую кнопочку на вершине тубуса. – И назовите себя.

Не веря, что это сработает, я всё же следовала его инструкциям. Нажав на кнопку, что изменила свой цвет на жёлтый, я громко и чётко произнесла:

– Лидия.

– Владелец идентифицирован. – красивый женский голос, раздался сразу после того, как я замолчала. – Рада приветствовать вас, госпожа Лидия. Девайс готов к работе.

Я была немного в шоке от того, что у местных есть говорящие мастурбаторы. На земле были аналоги, но не такие разговорчивые и без голосового контроля. Надо признать, эрсхонцы ушли в этом плане далеко вперёд.

– Что теперь? – ощущая неуверенность, я обратилась за помощью к тому, кто разбирался в этом вопросе.

Мне даже стало немного совестно, что я мало уделяла времени этому вопросу. Всё же живя на Эрсхо, где на каждом шагу магазины с товарами для взрослых, стрип-клубы и местный вариант борделей. Там не работают настоящие женщины, но есть новейшие андроиды разных рас, которые не отличить от живого существа. Мужчины платят владельцу борделя и заходят в комнату, куда приводят выбранного андроида.

Как по мне, это лучше того, что на Земле. Хоть мы и эволюционировали, но до сих пор многие женщины остаются зависимы от мужчин и часто попадают в долговое рабство, которое отрабатывают своим телом.

Хозяйка приюта, где я росла, часто проводила с девочками беседы на счёт того, что нас могут похитить и сделать проститутками, ведь мы считались незащищённым слоем общества, сиротами, чью потерю никто не заметит и не поднимет шумиху вокруг его персоны. Насколько я знаю, мальчикам тоже читали лекции, но там была угроза, что их продадут на органы, а не изнасилуют и лишат свободы, затолкав в бордель.

Потому мне больше нравилось на Эрсхо. Тут проще относились к сексу, к выбору людей как им жить и с кем. За дверьми особняка могло происходить всё что угодно, но по обоюдному согласию.

Я весьма положительно относилась к этому, считая, что каждый волен действовать по своему усмотрению, выбирать, как и кого любить. Любовь – непостоянная субстанция. Она может быть болезненной или может сделать тебя самым счастливым в мире, вознести или уничтожить. Кто-то видит любовь в том, чтобы быть рядом, следовать безмолвной тенью за любимым человеком. Другие хотят взять на себя все заботы, уберечь от любых бед любимого, заперев в золотой клетке.

Нельзя сказать, что они неправильно любят, ведь нет точных критериев любви.

Это лишь подтверждают мои мужья. Они все родились на Эрсхо, двое даже воспитывались в одной семье, но при этом, когда дело касалось любви, они действовали совсем по-разному.

Бахум напоминал лесной пожар. Его страсть быстро вспыхивали и распространялась, стоило нам с ним оказаться рядом. Но в отличие от огня, он не хотел уничтожить меня, обратить в пыль, наоборот, он стремился заразить меня огнём жизни, заставить выйти из привычных стен и увидеть мир за его пределами.

Эрим отличался от своего брата. Он был более основателен и спокоен, напоминая озеро у водопадов, где мы провели вчерашний день. На него лился поток ответственности, забот, заставляя его быть сильным лидером, тем на кого можно положиться в сложную минуту. Его любовь выражалась в молчаливой заботе. Ему не требовалось громких слов или жестов, он просто брал и делал то, что меня обрадует, сделает мой быт легче, лучше, не требуя ничего взамен.

У меня любовь тоже была иной. Я не привыкла показывать своих чувств на людях, всегда была сама по себе, даже когда жила в приюте или гостила у Верховной или Нисы. Но я готова на всё на свете, чтобы уберечь моих родных от бед. Если бы мне нужно было убить, я бы убила, если нужно было навсегда уйти от них, чтобы они жили счастливо, я с болью в разбитом сердце сделала бы это. Не потому, что я слаба, не готова драться за свои чувства. Нет. Просто ради тех, кто стал частью моей жизни, занял место в сердце, я готова была на всё, как бы больно не было мне самой.

Моя любовь была, на мой взгляд, почти самоубийством. Ведь стоило мне полюбить, как запустился смертельный механизм. В тот миг, когда кого-то из любимых не станет, умрёт и часть меня.

– Госпожа? – за своими размышлениями, я прослушала объяснения Барчи, как правильно использовать девайс, что он выбрал для своего наказания.

Голубые глаза внимательно отслеживали мельчайшие изменения в моём взгляде, позе. Он был насторожен, готовился ко всему.

Я напугала его своим молчанием и мне было совестно, ведь именно я вспомнила про его наказание и предложила самостоятельно выбрать орудие для этого. Вероятно, он подумал, что принёс не то и я этим недовольна.

– Барчи, – мне пришлось положить руку ему на плечо и сильно сжать, впиваясь ногтями в тёплую кожу, чтобы он воспринял всерьёз сказанное мной, – я не злюсь на тебя. Просто задумалась как отличается Земля и Эрсхо,