Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

— Сколько у нас перспектив на данный момент? — резко спрашивает он.

Все встают, чтобы отдать ему воинское приветствие. Все, кроме меня, которая так и осталась сидеть в своем кресле, положив планшет на ноги.

— Вас покалечило солнце? — он встает передо мной.

Я вскакиваю на ноги и отдаю воинское приветствие, а в голове проносятся воспоминания о нашей с ним последней ночи, о его обидных словах и дерьмовом отношении.

Я делаю вдох.

— Доброе утро, сэр. Тест только начинается, и мы еще не выбрали людей.

Он не отвечает, продолжает смотреть на Анжелу, которая делает шаг вперед.

— А вы? — спрашивает он.

— Лейтенант Анжела Кляйн, сэр. Я отношусь к отряду капитана Братта Льюиса.

Он снимает очки, оглядывает ее с ног до головы, а Анжела краснеет и кокетливо улыбается ему. Кровь приливает к голове, и, движимая ревностью, которая, как я знаю, приносит одни неприятности, я представляю ее на полу с моим сапогом на шее, когда я вырываю у нее грудные имплантаты.

— Продолжайте проверку, — приказывает полковник. Я останусь на некоторое время, чтобы посмотреть, что работает, а что нет».

Гарри дает свисток, и новый юноша отправляется в путь, а Кристофер, скрестив руки, наблюдает за ним.

Этот мужчина очень сексуальный и замечательный, — вздыхает Анжела.

Я с этим не спорю, — добавляет Лайла.

— Тише! — ругает нас Гарри.

Они все бросают на него убийственный взгляд.

— Как он будет трахаться? — настаивает Лайла.

— Замечательно, — отвечает Луиза, не отрывая от него глаз.

У всех открываются рты.

Я слышала это в коридорах, — оправдывается она.

— Не сомневайтесь, он из тех, кто заставляет вас стонать».

Раздается крик, с железной решетки падает тело второго стажера, и Скотт с помощью носилок приходит на помощь.

— Следующий! — кричит Кристофер.

Испытания продолжаются, и все обращают внимание на то, кто останется.

— Я должна с ним поговорить, — встает Анжела, глядя на полковника, — он мне слишком нравится.

Но ты увидела его только сегодня утром, — добавляет Александра.

— Любовь с первого взгляда. — Она подмигивает нам и уходит с ним.

Все смотрят на нее, ожидая, что вспыльчивость Кристофера вернет ее на место, как это всегда бывает с Ириной, но происходит обратное. Он позволяет ей говорить с ним; более того, он сопереживает, чего никогда не увидишь.

Ревность грызет меня изнутри, а ярость забивает уши. «Засранец», — бормочу я про себя в гневе; Кляйн выбирает для него нескольких солдат, а мы все отходим на второй план, поскольку они вдвоем выполняют большую часть работы.

Анжела что-то говорит ему на ухо — она примерно такого же роста, как и он, так что ему не приходится наклоняться, чтобы ответить ей, — потом улыбается, и они уходят вместе, никому ничего не объясняя.

Я не смотрю, в какую сторону они идут и что делают, я смотрю прямо перед собой, пытаясь сдержать приступ гнева, который грозит взорвать мою голову.

Луиза гладит меня по спине, подбадривая.

— Следующий! — кричу я.

Из сорока человек проходят только двенадцать, им говорят, что они переходят на второй этап, объясняют, что нужно делать дальше, и все уходят.

— Мой лейтенант, вы нужны капитану Паркеру. Вы тоже, лейтенант Джонсон.

Гнев не утихает, мне кажется, что у меня бомба, которая взорвется в самое ближайшее время. Это один из тех моментов, когда тебе кажется, что все, что угодно, станет детонатором, который разнесет тебя на тысячу осколков. Александра присоединяется ко мне на пути, и я благодарна ей за то, что она молчит о моем настроении.

Доброе утро, капитан, — приветствуем мы Паркера, входя в его кабинет.

— Нам сообщили, что Леандро Бернабе примет одного из «Черных ястребов» в отеле. Мы не установили периметр, чтобы захватить и вооружить его, за несколько часов это нецелесообразно, поэтому по приказу полковника мы позволим им встретиться. Один из его сотрудников установил в кабинете камеры и микрофоны.

— Вы хотите, чтобы мы шпионили за ним во время визита?

— Да, за кабинетом и общими помещениями следит центр управления Лингвини, шпионите оттуда и записывайте все, что говорится. Скоро юбилей, и мы должны знать, с чем нам придется столкнуться.

— Как прикажете, сэр.

— Приближается человек, так что выдвигайтесь.

Центр управления Патрика находится на том же этаже, где кабинеты полковника и всех капитанов.

Я прохожу мимо кабинки Лоренс, которая предпочитает не поднимать головы, чтобы не приветствовать меня. С тех пор как я все прояснила со Скоттом, она постоянно избегает меня.

Патрик приветствует нас, целуя в губы свою жену, и приглашает на общую планерку. Это место напоминает три офиса с экранами на всех стенах и самым современным оборудованием для мониторинга.

Я надеваю наушники, забыв о том, что произошло утром. Монитор включается, и Леандро приветствует своих гостей, «Черных ястребов», людей, которые работают на Антони.

— FEMF наступает нам на пятки, — начинают говорить они. Они захватили несколько наших людей, и нам нужно защитить это».

Он показывает две флешки.

Это крупные фармацевтические компании, которые создают для нас формулы под давлением, и вот методы, с помощью которых мы заставляем их работать на Маскерано, — поясняют они. В данный момент они не в безопасности с нами, но они в безопасности с вами, поскольку вас не преследуют».

Леандро кивает: он обязан мафии столькими услугами, что они не могут отказать ему ни в чем.

— Те партии женщин, которые они вам подарили, мы хотим забрать себе, — продолжает Черный Ястреб. Сколько вы за них хотите?

Я выставлю их на аукцион, и пусть их заберет тот, кто предложит наибольшую цену, — отвечает Леандро. Русской мафии они тоже нужны для проституции, и я верю, что они не будут давить на меня за услугу, которую я вам оказываю».

Сенатор встает, чтобы положить диски в сейф, который он хранит за картиной.

— Я буду держать их у себя до дня мероприятия.

Ястреб кивает, и они оба покидают кабинет.

Нам нужно попасть на эту вечеринку, — говорит Патрик. Нам нужно узнать, кто покупает этих женщин, поскольку, по слухам, это довольно большая группа, а еще нам нужно украсть флешки».

Я отступаю назад, давая ему возможность сделать свою работу, пока его жена начинает говорить с ним об их дочери.

Я оглядываю помещение, бросая взгляд на все экраны. Отсюда Патрик наблюдает за всем командованием, и камеры охватывают каждый уголок: офисы, тренировочные площадки, столовые, временные тюрьмы, взлетно-посадочные полосы?

— Вы в курсе всего, что здесь происходит. Я останавливаюсь у главной панели — гигантского экрана, на котором каждые десять секунд меняется последовательность.

— Большую часть времени, — отвечает он со