Сладострастие. Книга 1 - Ева Муньос

Она поймет, ведь не секрет, что наш полковник — диктатор, который едва дает нам время передохнуть. Как он с тобой обращался, он все еще в режиме сукиного сына или проявил сострадание, потому что ты моя девушка?

Я поперхнулась водой. Как мне ответить на такой вопрос? Я говорю: «Ну, он трахается как зверь» или «Я перестала его недолюбливать, дорогуша. На самом деле я в него влюблена".

— Ты все еще не в восторге от него, — отваживается он на мое молчание.

Я пытаюсь справиться, — говорю я.

— Дорогая, ты должна стараться наладить с ним отношения. — Он встает и протягивает мне руку, чтобы я сделала то же самое. Он мне как брат, и теперь, когда он здесь обосновался, тебе придется больше общаться с ним и Сабриной. Постарайся подружиться с ними обоими.

Сливки грозят вырваться из моего желудка в виде рвоты. Я никогда не смогу подружиться с этим человеком, при всех тех чувствах, которые я к нему испытываю; на самом деле, было бы лучше, если бы он находился в нескольких футах от меня, может быть, на космической базе или еще где-нибудь.

— Этого не случится, хорошо? Он твой друг, а не мой, и мне все равно.

Он муж твоей невестки. — Он оплачивает счет и снова берет меня за руку, чтобы покинуть заведение.

Парковщик дает ему ключи от машины, а затем открывает мне пассажирскую дверь.

Тем более что мне не нужно с ней дружить, — продолжаю я, когда мы оказываемся внутри. Твоя сестра меня ненавидит, и я надеюсь и рассчитываю сталкиваться с ней как можно реже.

— Так не должно быть, Рейчел, ты должна ладить с ней или хотя бы пытаться.

— Ты поладишь. Не беспокойся обо мне и моей вражде с Сабриной.

Он откидывается на подголовник кожаного сиденья.

— Дорогая, мне и так хватает забот с бракоразводным процессом, который подал Кристофер. — Он потирает висок. Чтобы убедить его отступить, потребуется время и силы, так что не стоит тратить их на свое упрямство, у меня от него голова болит. Кроме того, в этой ссоре есть и твоя вина.

— Ах, хорошо. Теперь я виновата в том, что я такая, какая есть, и поэтому он меня ненавидит.

— Я не об этом. — Он заводит машину. Ты знала, что у полковника есть любовница, и не сказала об этом.

Я отворачиваю лицо, глядя в окно. «Как я могла ему сказать, если эта любовница — я?

Я знаю, что Ирина — твоя подруга, но Сабрина — твоя невестка, поэтому ты должна больше думать о ней.

— Ирина не его любовница.

— Не защищай ее, я знаю твою подругу и знаю, какой шлюхой она может быть. И я не хочу показаться строгим, но предупреди ее, чтобы она держалась подальше от Кристофера, я не позволю бросить мою сестру из-за нее.

— Ты ставишь голову Сабрины на кон. Если они не любят друг друга, почему ты хочешь, чтобы между ними что-то было?

— Она любит его, и в глубине души он тоже. Он был тем, кого она выбрала, и я не позволю ему оставить ее в покое. Он тот, кто ей нужен, и он тот, кого она получит, ясно?

Мы подъезжаем к штаб-квартире, он паркуется, и мы вместе выходим из «Мерседеса». Я предпочла промолчать перед лицом его требований о том, что он хочет заставить своего друга быть с его сестрой. Не знаю, что за хрень взбрела в голову Льюисам, когда они захотели удовлетворить абсурдные прихоти Сабрины.

Мне нужно тренироваться со своим батальоном до конца дня, — говорит он, — сомневаюсь, что у меня будет время на ужин. Полагаю, Кристофер и генерал будут встречаться с капитанами, чтобы спланировать дальнейшие действия.

Я киваю.

— Я буду в гостиной, если понадоблюсь.

— Я разыщу тебя, если у меня будет время.

— Капитан! — Я искал вас, полковник хочет поговорить с вами, он спрашивал о вас, когда вы прибыли.

Я оборачиваюсь, говорит та самая рыжая, которую я видела вчера в его кабинете.

— Полковник не любит, когда его заставляют ждать.

Она уходит, за ним следует ирландка. Я спешу надеть парадную форму и стараюсь не столкнуться с полковником, это глупо, но я действительно не хочу видеть его в ближайшие сто лет.

Я открываю дверь своей спальни и первым делом сталкиваюсь с Луизой.

— Сюрприз!

— В котором часу ты приехала? — спрашиваю я, потянув ее за руку, чтобы мы могли сесть на кровать.

— Рано утром. Я была бы рада, если бы ты поехала со мной, Санторини — это рай на земле.

Она достает свой мобильный телефон, показывая мне фотографии из поездки.

Как поживают твои свекры?

Я их обожаю, они очень хорошо обо мне заботятся, как и моя невестка. — Не могу поверить, что до знаменательного дня остались считанные недели.

— Я рада, Лу. — Я обнимаю ее. Ты заслуживаешь этого и многого другого.

— Как здесь дела? — Она садится рядом со мной. Я знаю, что Братт здесь.

— Да. Я стараюсь передать то же волнение, что и она. Я только что обедала с ним, он такой же любящий и заботливый, как и раньше.

Ага! И все это спокойствие ты пытаешься показать, потому что не хочешь, чтобы он заметил, что ты вот-вот умрешь от стресса?

Я падаю на спину на кровать, ненавидя то, что он подвергает меня психоанализу, когда ему вздумается. Она ложится рядом со мной, и ее волосы контрастируют с моими на белых простынях.

Я влюблена в Кристофера, — признаюсь я. Можешь себе представить, как все было непросто.

— Я предвидела, что это произойдет.

— Все равно я ничего не сделаю. — Братт здесь, и я хочу вложить всю душу в наши отношения.

— Ты уверена? Я не слышу, чтобы ты была уверена.

— Уверена. У меня сейчас есть более важные заботы.

— Например, вернуть свою машину. Гарри уже сказал мне, что ее пытались угнать.

Я кратко излагаю свою версию событий, стараясь сохранить ее в том виде, в каком она была изложена моим родителям, Лайле, Бренде, Гарри и Братту. Мне даже в голову не приходит рассказать правду о фактах, это означало бы обречь себя на то, что кто-то из них поспешит все выплеснуть, вынудив меня окончательно уйти в изгнание.

После разговора каждый из нас вернулся к работе: она — в свой кабинет, я — на совещание. Капитанов на нем нет, поскольку все они находятся на важной видеоконференции с министром Алексом Морганом,