Во власти чувств - Эмилия Вон

– Как бы ты ни пыталась скрываться, мы оба знаем, что ты чувствуешь то же, что и я. Даже если ты пока не готова это признать. Ты можешь лгать мне и отцу, но не пытайся лгать самой себе.

– Как ты можешь так говорить? Как ты можешь любить меня? Я пыталась тебя убить! – Адриана вновь отстранилась, когда я попытался приблизиться.

Черт.

Мне надоело бегать за ней, поэтому на этот раз я просто не дал ей очередного шанса на побег. Встав напротив, я положил руки на полки по обе стороны от нее, тем самым заключив Адриану в клетку.

– Да, а я воспользовался шансом и похитил тебя.

– Но это не было похищением! И я не чувствовала себя в плену!

– А я не чувствую себя мертвым. – Я приблизился к ней вплотную, и моя грудь соприкоснулась с ее.

– Алессио, не надо…

Слезы капали на атласную ткань платья, оставляя мокрые пятна.

– Это правда, принцесса. – Мой большой палец смахнул слезу с ее подбородка и провел дорожку до пухлых губ, вкус которых я отчаянно хотел вновь попробовать. – Мне плевать на то, что было. Мы начнем все заново. Ты и я, – мои губы приблизились, нависая над ее сомкнутыми губами.

Адриана замерла, слушая каждое мое слово, не смея двинуться. Она знала, что попала в ловушку и обратного пути нет.

– Как я и говорил, ты свет в моей тьме, и я ни за что не позволю ей снова поглотить меня. Я не отпущу тебя. Считай это эгоизмом, мне плевать. Я готов бороться за нас. С тобой или с твоим отцом – не имеет значения. Я сделаю это. Потому что ты моя.

Я сделал последний шаг в ее сторону и прижался к ее губам в жестком поцелуе, не дав возможности больше сопротивляться. Она предприняла последнюю попытку оттолкнуть меня, уперлась руками в грудь, но этого было недостаточно. Даже если кто-нибудь попытался бы сдвинуть меня бульдозером, я бы не сошел с места.

Я толкнул нас к полке за ее спиной и сильнее прижался к Адриане. Язык скользил сначала по ее нижней губе, потом по верхней, дожидаясь разрешения, как она любила. Я мог бы ворваться в ее рот без труда, но мне нужно было, чтобы она сама согласилась на это. Я жаждал ее беспроигрышного поражения.

Ей потребовалось мгновение, чтобы сдаться окончательно и впустить меня. Когда наши языки наконец соединились в танце, громкий и продолжительный стон сорвался с ее губ.

Как же мне этого не хватало.

Я целовал ее, поглощая и впитывая каждый звук, что она издавала. Наслаждался ее неповторимым вкусом, при этом не пропуская ни одной слезы, что предательски продолжали скатываться по щекам. Я намерен навсегда стереть их. Я заберу всю ее боль.

Руки Адрианы сжали лацканы пиджака и притянули меня к себе, хотя я не был уверен, что между нами осталось пространство даже для иглы. Но кто я такой, чтобы спорить?

В своих руках, под собой я ощущал каждый изгиб ее тела. Мы продолжали целоваться, задыхались, но не отстранялись. Я кусал ее, она – меня. Я облизывал место укуса, она делала то же самое. Мы дышали друг другом, словно до этого не дышали вообще. Мы были как две половинки одного целого. Неделимые части, которые не могли существовать одна без другой.

Поцелуй становился диким и неконтролируемым и лишь сильнее распалял меня.

– Я так скучал по тебе. По этому. По нам с тобой, – прошептал я между поцелуями.

Пиджак полетел на пол. Руки Адрианы блуждали по моему телу, проникли под рубашку и коснулись кожи, отчего стонать начал уже я. Теплые ладони поглаживали мой живот, пальцы водили по кубикам пресса, поднимались к груди, обходя тот участок, где пуля оставила свой след. Но когда ее пальцы случайно нашли пластырь, Адриана резко остановилась, замерев и опустив голову. Ее рука задрожала, как и плечи.

Черт.

– Я в порядке, – успокаивал я ее, гладя по щеке и приподнимая подбородок.

– Нет, ничего не в порядке. Это моя вина…

– Адриана, не надо. Я жив, с тобой. Мы оба. Мы можем начать все сначала.

– Но…

Я не дал ей возможности возразить. Мои губы нашли ее. Прильнув к ним, я вновь наслаждался вкусом карамели в сочетании с солеными слезами. Я провел языком по нижней губе, собирая каждую слезинку, и углубил поцелуй.

– Нас могут поймать. Отец убьет тебя на этот раз.

Руки скользили по ее открытой спине, опускались ниже и легли на потрясающую задницу, спрятанную под шелковой тканью.

– Хорошо. Тогда я умру счастливым, зная, что ты была моей.

Ладонь легла на оголенное бедро, пальцы поползли выше. Адриана запрокинула голову, открывая доступ к изящной шее. Я задержался на пояснице, где несколько минут назад лежала рука того ублюдка.

– Тебе понравилось танцевать с этим багетом? – Мой язык провел дорожку по ее шее, направился к мочке уха, затем вновь спустился ниже, к ключице и груди, оставляя за собой мокрый след.

– Его зовут Пьер, – только и смогла произнести Адриана, пока я обводил пальцами внутреннюю сторону ее бедер.

Она крепко схватила меня за волосы. Приятное жжение усиливало желание, и я терял контроль.

– Я похож на того, кому есть дело до его имени? – Я спустил бретельку платья и укусил изгиб между ее шеей и плечом.

Адриана резко втянула воздух в легкие и сильнее дернула меня за волосы. Твою мать.

– Если он или кто-либо еще посмеет до тебя дотронуться, я отрежу ему пальцы и заставлю проглотить их.

Спина Адрианы изгибалась, бедра терлись о меня. Я чувствовал ее возбуждение, даже не подобравшись близко к ее центру.

– Тебе это нравится, не так ли? Выводить меня из себя? Делать из меня монстра? – Я сжал ее грудь и обвел большим пальцем чувствительный бугорок поверх платья. Она что-то пробормотала, но это прозвучало как очередной стон. – Ты хочешь, чтобы я наказал тебя? О, я сделаю это. И начну с того, что докажу, что я прав. Пока ты и все эти ублюдки не поймете, что ты только моя. Моя. Ты меня поняла, принцесса?

– Да.

Адриана подалась вперед и властно овладела моими губами. Она кусала и тянула мою нижнюю губу так, как пару минут назад делал я. Поцелуй был грязным и жестким, не похожим ни на один предыдущий. Ее губы перешли на шею и горло, маска царапала кожу, дополнительно стимулируя ощущения.

Моя рука проскользнула между ее ног. Я уже любил это чертово платье – оно обеспечивало