Паслен - Кери Лейк

его коже виднелись отметины, похожие на серебристые племенные татуировки на руках и груди. Пару раз я видела намек на них у него под мантией, но понятия не имела, что их так много. Их металлическая поверхность слегка светилась в окружающей темноте и мерцала от того, что выглядело как электрические токи, пробегающие по ним.

Воздух зашипел у меня в груди. Мгновение я стояла, хватая ртом воздух, как рыба, выброшенная из моря.

Страх и благоговейный трепет боролись внутри меня, когда я взглянула на него. Стоя напротив меня, со вспышками молний за спиной, шторм, который все еще бушевал вокруг нас, ни разу не взъерошил перья его крыльев, он был великолепен. Хаотичен.

Диссонанс во плоти. И ужасающий, и невероятный одновременно.

Единственная мысль, крутившаяся в моей голове, была о том, где, черт возьми, ему удалось спрятать эти огромные вещи. Физика всего этого казалась невозможной.

Это было невозможно.

Все это.

Грудь поднималась и опускалась с тяжелыми вдохами, он смотрел на меня так же, как, я представляла, паук смотрит на пойманную бабочку. Голодный и слегка удивленный. Он обошел колокол, его крылья задели поверхность со звуком, который напомнил мне о том, как сталь скребет по стали, или о клинке, извлекаемом из металлических ножен. Странно приятный, но угрожающий звук, от которого у меня защекотало в животе.

-Кто ты такой? -Снова спросила я, прижимаясь к стене и пятясь по другую сторону звонка, подальше от него.

-Мы это обсуждали .

-Я не могу.... Этого не может быть на самом деле. Я сплю. Я должна спать .

Возможно, это был абсент, который, как он сказал мне, вызывает галлюцинации.

-Я мог бы сказать то же самое. Каковы шансы, что ты вернешься ко мне? Что ты найдешь меня здесь, в этом аду .

-Мистер Ван Круа... - Честно говоря, в тот момент мне казалось странным называть его мистером. Соблюдали ли крылатые существа такие формальности? -Я не та, за кого ты меня принимаешь. Я признаю, есть несколько действительно странных совпадений, но я не Люстина .

-Ты она и есть. И ты моя.

Он подошел ближе.

Я попятилась так далеко, как только могла, не перегибаясь через перила.

-Тем не менее, ты привел сюда других. Ты сделал ... невыразимые вещи с ними на этой колокольне .

-В твое отсутствие я жил как голодающий человек. Тот, кто устал от тщетности поисков твоей красоты в других. Они никогда не были тем, чего я хотел. То, чего я жаждал.

Я не могла отрицать, что от его слов у меня по спине пробежал холодок, я просто не знала, был ли причиной этого страх или возбуждение. Возможно, смесь того и другого, потому что все так запутано, как это было? Крылья, эти татуировки, его повязка на глазу .... Они возбуждали меня так, как я бы никогда не призналась в церкви. Очевидно, у меня были проблемы.

-Они ... видели тебя таким? Я имею в виду, другие девушки были не против к-к-крыльев и всего такого?

-Те, с кем я находил бессмысленное развлечение, никогда не видели моей истинной природы. Ты единственная .

Вспышка молнии ударила в его крылья, и крик вырвался из моей груди, когда перья вспыхнули, как живая проволока во время шторма.

Застыв на месте, я в ужасе наблюдала и ждала, что его тело схватит и дернется, как я представляла себе тело, пораженное электрическим током.

Вместо этого, как будто ничуть не смутившись, он продолжал приближаться ко мне, его взгляд был еще более голодным, чем раньше, если это было возможно.

-Это должно было убить тебя прямо сейчас .

Я указала дрожащим пальцем на крошечные электрические разряды, танцующие на его крыльях.

-Твое понимание того, что должно быть, не применимо к этому миру, Фаррин. Или ко мне, если уж на то пошло.

Я не могла пошевелиться. Ошеломленная шоком, я стояла неподвижно, пленница, пойманайя в ловушку внутри собственного тела. Искры все еще мерцали над его крыльями, где электричество отражалось от него, словно ища спасения.

Когда он потянулся ко мне, я приготовилась к тому, что болезненный поток захлестнет меня. Чтобы сжечь меня заживо изнутри наружу. Дикая энергия струилась под моей кожей, вибрируя в костях, но ощущение было далеко не болезненным. Напротив, это было напряженно.

Ошеломляюще.

Возбуждающе.

Веки отяжелели, я не смогла сдержать улыбку на своем лице, когда каждый нерв в моем теле ожил. Щекотка покалывала мою кожу и поднималась вверх по бедрам, где достигла кульминации в слишком запущенном месте, как будто ей приказали там. Прикусив губу, я издала стон и свела колени вместе так крепко, как только могла, в жалкой попытке противостоять покалывающему удовольствию и приливу жара, который пронзил прямо мое ядро.

Все, что он сделал, это схватил меня за руки и притянул к себе, но я с трудом удерживалась на ногах.

-Ты отдашь себя мне, Фаррин. И ты охотно будешь смотреть, как я пожираю каждый дюйм тебя, как будто это моя последняя гребаная трапеза .

-Почему ты это делаешь? Чего ты хочешь от меня?- Действительно, глупый вопрос, и я винила во всем алкоголь. Я точно знала, чего он хотел.

-Чтобы удержать тебя на этот раз .

Он опустил лицо к моей шее, заставляя меня запрокинуть голову назад.

Я никогда не чувствовала себя такой беспомощной за всю свою жизнь, и когда он провел губами по моей коже, от желания заплакать у меня заслезились глаза, от того, как его энергия змеилась по мне, проникая глубоко в мои кости. Ощущение игристого шампанского разлилось по моей плоти везде, где касались его губы, и я со свистом выдохнула через нос, когда он пососал край моего горла.

Это было невероятно. Странное и чудесное волнение, от которого у меня ослабли колени. Я была не более чем тряпичной куклой в его руках, которой он мог манипулировать как ему заблагорассудится.

Мой разум боролся за здравомыслие, но слишком много сигналов сработало внутри моего тела одновременно. Хаос. Я задавалась вопросом, было ли то же самое в эпицентре удара молнии.

-Ты принадлежишь мне. Ты всегда так делала.

-Я не игрушка .

О боже, какая жалкая реплика. Я не игрушка, я мысленно издевалась над собой. Умеешь быть крутой, Фаррин.

Тем временем мои трусики практически дрожали, пытаясь сдержать поток возбуждения, которого я предположительно не чувствовала. Это была не просто ситуация с предательским телом, но и целая куча запутанной психологии,