Нью-Йорк. Карта любви - Ками Блю

Дэнни мне все рассказал.

Нет, твои объяснения по этому вопросу меня не интересуют.

Прощай, Говард.

Остаток дня прошел в полном молчании. Ни звонков, ни сообщений. Я же прозябала, как амеба, в тупом ожидании. Даже пробовала поработать над путеводителем, но не смогла сосредоточиться. Все силы ушли на борьбу с унизительным желанием отправиться к Мэтью и осыпать его самыми грязными оскорблениями.

И вот ровно в одиннадцать часов вечера одиннадцатого января грядет моя личная версия апокалипсиса: на экране телефона появляется имя Шарлотты. Какова бы ни была причина ее вчерашнего молчания – вероятнее всего, чрезмерная жажда моей насильственной смерти, – Шарлотта себя переборола, и настал мой конец. Всхлипываю, Портер откликается мрачным мявом.

– Привет, Шарлотта, хочу тебя заверить, что могу подробно объяснить причину задержки, если ты позво…

– Грейс, у меня нет времени на пустую болтовню, – осаживает меня редакторша.

Приплыли.

– Мэтью прислал мне путеводитель вчера утром, – продолжает она, и у меня глаза лезут на лоб.

Да как он посмел послать его, ничего мне не сказав! Чувствую, как щеки загорелись от приступа дикой ярости. Исчезает, не соизволив даже послать мне недостающие фото, затем отправляет работу вместо меня! Вот же кусок дерь…

– В свете произошедшего нам необходимо обсудить твой аванс, Грейс. Я же не могу игнорировать нынешние обстоятельства, – продолжает Шарлотта, но слова о деньгах проходят мимо меня.

За что ты так со мной, Мэтт? О’кей, ты меня не любишь, но я и вообразить не могла, что…

– Мистер Фитц в восхищении. Фотографии Говарда изумительны, они превосходят всяческие ожидания, ждем не дождемся подписания нового контракта.

– Нового контракта? – лепечу я и в отчаянии падаю на диван, задыхаясь от гнева и разочарования.

– Естественно. Мы не можем упустить подобный талант, мистеру Фитцу довольно было беглого взгляда, чтобы предложить ему новую работу. Это будут весьма напряженные три месяца, придется объехать всю Южную Америку. Проект задуман с размахом, но мы уверены, что первый путеводитель ждет огромный успех, а следовательно, будут и другие, – сухо объясняет Шарлотта.

Другие путеводители. Новый контракт для Говарда. Три месяца в Южной Америке.

Вот почему этот гондон слинял. Чтобы по-тихому закончить книгу и отослать от своего имени, а потом в одиночку пожинать лавры и получить новую работу. Теперь ему выдадут новый аванс, а мне придется вернуть старый, выплатить неустойку и закончить жизнь под мостом. Когда-то меня уже предавал любимый, но то были цветочки. Дзынь! Слышите? Это мое сердце разбилось на миллион осколков оттого, что мужчина, который мне помогал, защищал меня, держал в объятиях, оказался подлым манипулятором.

– Понятно… Извини, Шарлотта, мне пора, – хрипло говорю я. Слезы текут по щекам.

– Хорошо. Жду тебя в понедельник ровно в девять утра, чтобы утрясти вопрос с авансом.

Только бы не разрыдаться прямо в трубку…

– Грейс, ты еще здесь?

– Да-да, – блею.

– Тогда будь любезна хотя бы отвечать, на твою пунктуальность я уже не надеюсь, – гаркает Шарлотта.

– Пока, до понедельника.

Отключаюсь и принимаюсь реветь всерьез. Он развел меня, как ребенка. Одурачил своими стишками, проникновенными взглядами, рассчитанными прикосновениями, а больше всего – умением слушать. Интересно, а он вообще существует? Этот заботливый и добрый внук, парень, с которым я танцевала, который лечил меня, сушил волосы, чтобы я не простудилась, готовил мне протеиновый завтрак, рассказывал ночью о своем прошлом? Тот, перед кем я раздевалась, чье тело целовала? Все это было по-настоящему или он играл роль, рассчитывая меня оболванить и украсть путеводитель? Тупая конченая мифоманка!

Влажный нос Портера, сочувственно мурлычущего у меня на коленях, не может остановить слезы и прогнать страх, что нет и не было никакого Мэтью Говарда, а есть только ненавистный Гондон, с которым я когда-то встретилась на лекции по литературе. Но он крупно ошибается, если думает, что я покорно позволю вытереть о себя ноги.

Глава 61

МЭТЬЮ

Четыре дня после дедлайна

Я только что побил рекорд самой быстрой сделки в истории. Риелтор довольно смотрит на меня и протягивает руку:

– Прекрасный выбор, мистер Говард.

Пожимаю руку, но улыбаться не хочется. Я тщательно взвесил все варианты и принял разумное решение, вот только боль от этого меньше не стала.

С сегодняшнего дня квартира моих бабушки и дедушки принадлежит не мне, а молодой паре, ждущей близнецов. Две недели на переезд – и я больше никогда не войду в эти стены, бывшие свидетелями всего лучшего, что было мне отпущено в жизни. Только обратился в агентство по недвижимости, и вот она – семья, искавшая именно такую квартиру.

– Понимаете, у нас скоро будут близнецы, жена рожает в середине февраля, потому и торопимся с покупкой, – делится со мной покупатель, мистер Тейлор. – Так что вашу квартиру мы берем без колебаний.

И вот мой банковский счет полон нулей, на сердце скребут кошки, а внутри такой глубокий вакуум, точно я в безвоздушном пространстве. Повторяю себе, что сделал все правильно. Моя мать должна лечиться, часть денег от продажи пойдет на аренду небольшой квартирки, чтобы она могла встать на ноги, продолжить терапию и продвинуться вверх в списке на трансплантацию. Поселившись у меня, она немного образумилась. Да, кризисы случаются, но пагубным пристрастиям она пока противостоит. По вечерам мы вдвоем пересматриваем старые фильмы. На днях она даже приготовила нам ямайское блюдо, впервые с тех пор, как я был совсем маленьким.

– Печеночные показатели улучшились, – сообщает больничный гепатолог. – Операция на варикозных венах прошла успешно. Миссис Говард, вы должны поблагодарить сына: он спас вам жизнь.

Выходим из кабинета. Ив ударяется в слезы.

– Ты чего? Все не так уж плохо.

– Я испортила тебе жизнь, Мэтти, а ты меня спасаешь. – Она всхлипывает. – Как только у нас, пропащих грешников, получилось родить такого сына? Ты… ты добрая душа, Мэтью, а я…

Слушать ее слова – все равно что зайти утром в душ. Вода постепенно нагревается и смывает остатки снов. Впервые за двадцать с чем-то лет я ее обнял. Она такая маленькая, худенькая, с короткой стрижкой, в скромной одежде и без макияжа. И вновь человек, а не тень самой себя.

– На сей раз я тебя не подведу, Мэтти.

– Очень надеюсь, – отвечаю ей, хотя разум напоминает о ее прежних обещаниях.

Терапии и группы поддержки может оказаться недостаточно, так что не стоит обольщаться. Одно точно: ее возвращение в мою жизнь помогло мне понять, что нельзя вечно прятаться в прошлом, искать убежище в детстве с бабушкой и дедушкой.