Обещай любить меня - Беллами Розвелл

Лично я вложил их в несколько предприятий моего приятеля, с которым я познакомился в Фениксе. Моя доля выросла более чем втрое за первые два года, и я собирался зарабатывать как минимум шестизначные суммы на различных партнерствах, которые я создал по пути.

Они не все были легальными по меркам большинства людей, но технически это не были грязные деньги. Я наткнулся на клуб, когда впервые отправился в Калифорнию, чтобы погостить у Бо, примерно через два года после того, как я покинул Кроссроудс. Декстер, президент клуба, спас меня от грязной драки в баре, которая у меня была после того, как я чуть не связался с подружкой какого-то придурка. Не то чтобы я знал, что она его подружка, так как девушка была той, кто приставала ко мне. Независимо от этого, этот здоровенный старый ублюдок выбил бы из меня дерьмо, если бы он не вмешался.

Я бегал с Президентом (прим. глава Мото-клуба), как его все называли, и его клубом Апостолы (прим. в ориг. The Disciples) в течение нескольких лет, хотя я ясно дал понять, что не ищу постоянного дома. Я считался клубным кочевником, благодарным ему за то, что он достаточно любил меня, чтобы позволить мне следовать за ним без пожизненных обязательств, которые клуб требовал от своих членов. Может быть, это было потому, что у него было полно забот с сыновьями, которые были следующими в очереди на руководство клубом.

Моим основным источником дохода была различная работа, которую я выполнял для Апостолов и нескольких других партнеров.

После первого года я отказался вмешиваться в крупные дела клуба, особенно в незаконные сделки, и строго придерживался купли-продажи предметов роскоши, автомобилей и других товаров. Последние полтора года я провел в Фениксе, охотясь за эксклюзивной картиной, заказанной для девушки высокопоставленного члена. Выплата была больше, чем я мог ожидать, и обеспечила меня на следующие несколько лет, но по пути обратно в Аризону я должен был просто проехать через Кроссроудс.

Хотя, именно тогда я получил звонок от Монти. Я не мог игнорировать отчаяние в голосе моего брата. Я знал его, и знал, что звонок мне после того, как я отказался когда-либо вернуться, чтобы навестить, забрал у него все силы, и, конечно, его гордость едва могла это пережить.

Как я мог отказать ему и оставить его и мою младшую сестру на произвол судьбы?

Одной из причин, по которым я уехал отсюда, было желание защитить их. Чтобы они не стали такими же долбаными изгнанниками, как я. Я не мог просто уйти, не попробовав. Даже если это стоило бы мне всего.

Последние десять лет прошли, и я редко вспоминал об этом богом забытом месте. Несмотря на то, во что верит большинство людей, я не сразу покинул Кроссроудс после того, что произошло между Бейли и мной. В ту ночь, которую мы провели вместе, я позволил этой прекрасной девушке соблазнить меня, лишить ее девственности. В тот момент, когда она спросила, я подумал, что сплю или умер и, по какому-то ужасному недоразумению, попал на небеса. Сначала я отказал ей, притворившись, что оскорблен предложением, но на самом деле я ничего не хотел больше, чем сделать ее своей.

С того дня, как я ее встретил, я знал, что Бейли Кинг была особенной. В мире не было никого умнее, добрее и смехотворно наивнее, чем этот прекрасный светловолосый ангел с голубыми глазами. Но с того момента, как мы встретились взглядами, я знал, что она никогда не будет моей. Такая невинность, как у нее, никогда не должна быть запятнана. Она была чистой и ангельской, а я был таким же испорченным, как и они.

Годами я держался от нее подальше, что было нелегко, учитывая, что я был лучшим другом ее старшего брата, но я старался держаться как можно дальше от нее. Она была младше нас, всего на два года, но для Бейли, которую всю жизнь защищало консервативное христианское воспитание, это было похоже, на целую пропасть между нами. Мои игривые поддразнивания выводили ее из себя, и, признаюсь, это было, забавно, мягко говоря.

Джейс раньше сыпал на меня херней о том, как я истязаю бедную девушку, которая, как он утверждал, была влюблена в меня, но я отказывался в это верить. Хотя было до неловкости, очевидно, что она была без ума от меня.

Я знал, что однажды она перерастет это. Такие девушки, как Бейли Кинг, влюблялись сильно и часто. Я был убежден, что ее, так называемая, влюбленность скоро станет чем-то из прошлого, о котором она будет вспоминать, вспоминая глупости своей юности. Я был ее грязным секретом. Бунтующий плохой мальчик, ее родители и все в городе говорили ей держаться от меня подальше ради ее же блага, что только делало меня еще более привлекательным.

Хотя я был слишком эгоистичен, чтобы позволить девушке спасти себя. Я принял то, что она так свободно предлагала, даже если в глубине души я знал, что буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Не потому, что я этого не хотел. Потому что, поверьте мне, нет ничего, чего я жаждал бы больше, чем ощущение ее губ на моих, ее тела подо мной, когда я пробовал каждый дюйм ее декадентской сладости. Однако, когда все было сказано и сделано, и я, наконец, пришел в себя, было слишком поздно. Я объявил ее своей собственностью, разрушил ее для кого-либо другого, и я знал, что это будет моим смертным приговором.

Вскоре после этого я понял, что облажался, но ничего не оставалось делать. Я сказал ей, что это была ошибка, что я никогда не должен был ею пользоваться, и попросил ее, скорее потребовал, чтобы она ушла. Глаза ее наполнились слезами, она выбежала из моей комнаты, дерьмовой дыры, в которой я жил за главным домом моих родителей, в необычно теплую летнюю ночь. Я погнался за ней, только чтобы убедиться, что она вернется на вечеринку или домой в целости и сохранности, но я не успел пройти мимо входной двери, прежде чем Джеймсон Кинг преградил мне путь.

Мой лучший друг обнаружил, что я сделал, и сказать, что он был в королевской ярости, было бы преуменьшением. Джейс выглядел злее, чем я когда-либо его видел, но именно