Развод. Цена твоей измены - Ира Дейл

Я почти успеваю увернуться, но длинные ногти все равно прочерчивают по щеке. Жгучая боль появляется моментально. Втягиваю воздух сквозь стиснутые зубы. Хватаюсь за щеку. Исподлобья смотрю на женщину, которая не сводит с меня ястребиного взгляда.

На лице свекрови появляется довольное выражение, после чего она сокращает расстояние, разделяющее нас. У меня толком сориентироваться не получается, как свекровь вцепляется пальцами-иглами в мои плечи. Встряхивает, заставляя посмотреть прямо на нее.

— Послушай меня, дорогая, — Ольга Борисовна на последнем слове кривится. — Я была против того, чтобы Герочка женился на сиротке. Но он меня не послушал, даже ребеночка тебе заделал, которого ты так хотела. И раз уж мой сын ради тебя поступил вопреки воле матери, то хотя бы соблюдай правила приличия, — выплевывает. — Хочет Герочка попробовать других женщин, терпи. Он молодой, ему нужно нагуляться. Ты ведь, — вздергивает бровь, — точно не сможешь справиться с его темпераментом, — в голосе женщины звучит ничем не прикрытая гордость. — Герочка нагуляется и вернется в семейный очаг, где ты обязана будешь его встретить с распростертыми объятиями, — сужает глаза. — Иначе вернешься в ту дыру, из которой вылезла. И я постараюсь сделать все, чтобы у тебя в этой жизни не осталось. Ничего! — бросает взгляд на дверь, за которой смотрит мультики моя дочка. — Ты поняла меня?

Глава 15

Осталось два дня. Два коротких дня.

Не знаю, почему я зацепилась за срок, названный Ингой. Видимо, девушка дала мне надежду, которой мне так не хватало. Поэтому мозг и сосредоточился на ее словах. Но это не значит, что я должна сложить лапки и ждать у моря погоды.

Нужно самостоятельно попробовать найти выход из ада, которые мне устроили муж с его мамой.

Щека до сих пор ноет…

Вот только ни на одно резюме, которые я вчера отправила, мне так и не ответили. Но сдаваться рано. Я обязательно найду вакансию, которую смогу «закрыть». Главное, искать.

А еще важно сходить к адвокату. Нужно понять, что меня ждет при разводе с мужем. Вряд ли, конечно, что-то хорошее. Скорее всего, Герман потреплет мне немало нервов. Но я надеюсь, что Алесенька все-таки останется со мной. Остальное меня мало волнует.

Получить развод и дочку — вот две вещи, которые нужно вынести из этого брака.

Будет непросто. Но я справлюсь. Справлюсь же?

Открываю глаза. Натыкаюсь взглядом на свое отражение в зеркале, висящим в белоснежной ванной. Моментально сосредотачиваюсь на трех полосах на щеке. Благо свекровь не расцарапала кожу до крови. Но внутренние гематомы все-таки остались: тонике, фиолетовые, кое-где светлее, кое-где темнее.

Глаза тут же увлажняются. Чем я заслужила такое обращение?

Вроде бы всегда старалась быть хорошей женой. Любила Германа, обожала Алесеньку, уважительно относилась к Ольге Борисовне. Но, видимо, где-то допустила ошибку. Скорее всего, в тот день, когда сказала «да» и поставила свою подпись в ЗАГСе.

Судорожно вздыхаю. Часто моргаю.

Нужно взять себя в руки. Я не могу вечно прятаться в ванной. Тем более, пора готовить завтрак дочке, ведь Алеся скоро проснется.

Но стоит подумать, что меня будет ждать не одна стычка со свекровью, становится дурно.

Вчера я не стала больше спорить с Ольгой Борисовной. Поняла, что сделаю себе «медвежью услугу», если начну отстаивать свои права. Женщина все равно меня не услышит. Станет только пристальнее следить.

Под ее присмотром и так будет непросто осуществить свои планы. Не нужно еще больше провоцировать женщину.

Поэтому на «Ты меня поняла?» Ольги Борисовны я просто кивнула, развернулась и, прикрыв щеку волосами, пошла в дочке.

Мне нужно было накормить Алесю, немного поиграть с ней, а потом уложить спать.

Благо свекровь мне не мешала. Она ушла в гостевую комнату и включила там телевизор. Вот только все равно периодически выглядывала, проверяя нас Алесенькой. Я даже услышала, как она позвонила Герману и докладывала о моем поведении.

Я лишь крепко сжала зубы, шумно выдохнула, но ничего не сказала. Пришлось, словно мантру, повторять себе, что я скоро избавлюсь от этой семейки.

Нужно подождать только два дня. Всего лишь два дня.

Ночью меня ждала небольшая передышка — Герман так и не вернулся домой.

Но как только выйду из ванной, не сомневаюсь, что придется вступить в очередную схватку не только со свекровью, но и с мужем. Ведь совсем недавно Герман вернулся — видимо, чтобы переодеться.

Я ускользнула в ванную до того, как он пришел в спальню за вещами. Но это не значит, что смогу избегать его вечно.

Хорошо, что часть моей одежды висела на сушилке рядом со стиральной машинкой. Поэтому я смогла принять душ, переоделась в джинсы и клетчатую футболку бежевого цвета, после чего выслушала волосы, завязала их в высокий хвост. Думала о том, чтобы замазать тональником полосы на щеке, но решила их не трогать. Пусть Герман видит, что со мной сделала его мать. И конечно, возможность помозолить глаза свекрови следами, которые она на мне оставила, я тоже не могу упустить.

Теперь нужно собраться с силами и выйти из ванной. Это оказывается непросто. Приходится снова прикрыть глаза, сделать пару глубоких вдохов и выдохов, прикусить язык.

Резко распахиваю веки, отталкиваюсь от столешницы, в которую встроена раковина, разворачиваюсь и размашистым шагом, пока не передумала, направляюсь к выходу.

Стоит мне аккуратно открыть дверь, как сразу слышу недовольный голос свекрови:

— Ты же только домой пришел и сразу уходишь?

— Мама, у меня работа, — по глухим словам Германа понимаю, что он сдерживается из последних сил.

Видимо, Ольга Борисовна выносит мозг сыну с момента, как тот пришел домой.

Невольно улыбаюсь, но уголки губ сразу же опускаются, как только я выхожу в коридор. Бросаю взгляд на приоткрытую дверь напротив, за которой как раз находится наша с мужем спальня. Цепляюсь взглядом за полоску света на полу, но мужа со свекровью не вижу.

Выдыхаю.

— У тебя всегда работа. На мать никогда нет времени, а я, между прочим, невечная, — канючит женщина.

— Не начинай! — грубо осекает ее Герман. Он, явно, не в духе. Обычно муж не разговаривает настолько жестко со своей матерью.

Желудок стягивается в тугой узел. Сердце начинает намного быстрее биться в груди. Хочется спрятаться обратно в ванной, чтобы не попасть под горячую руку мужа. Но подозреваю, что Герман дальше пойдет именно в комнатку, из которой я вышла, поэтому стискиваю зубы и на носочках иду в сторону кухни.

Вот только даже пару шагов не успеваю сделать, как слышу всхлип.

Закатываю глаза.

Начинается любимый