Развод. Счастье на Мальдивах - Виктория Райн

Назвав ему номер квартиры, бросилась к домофону, его долгая трель могла разбудить спящую дочь. Глянув мимоходом на себя в зеркало, едва не передумала, открывать Виктору двери. Волосы скручены в небрежный пучок и практически торчат во все стороны. Макияж отсутствует, а на мне любимая пижама с авокадо.

— Чёрт, — выдохнула, чуть не падая на бегу и хватая с кровати шелковый халат.

Накинув его на плечи и распустив ужасный пучок, поспешила к выходу из квартиры. Деликатный стук, а не звонок в дверь заставил вздрогнуть, но я стремительно открыла её, впуская мужчину в квартиру.

— Привет, — поздоровался он и протянул мне букет.

— Как ты здесь оказался? — всё ещё не веря своим глазам, задала ему вопрос не поздоровавшись.

— Не мог же я позволить тебе улизнуть от меня.

— Мама? — раздался сонный голос дочери совсем рядом.

— Солнышко, почему ты не в постели?

— Попить захотелось. А кто этот дядя?

— Меня зовут Витя, — сам представился мужчина. — Смотри, какого друга я тебе привёз. Он прилетел к тебе с далёких Мальдивских островов.

— А это где? — принимая подарок, который был выше и больше её самой, спросила Эва.

— Если твоя мама согласится, мы обязательно туда съездим ещё раз.

— Солнышко, пойдём в кроватку. Уже очень поздно, тебе нужно спать, — я настолько растерялась, что не знала, куда пристроить стоящего в пороге мужчину и как объяснить его появление дочери.

— Спасибо за подарок, дядя Витя. Ты ещё приходи, только днём. Мы с тобой чаю попьём, — зевнула малышка и, еле неся подмышкой медведя, пошла в свою комнату.

Эва у меня на редкость общительная девочка, но Матвея приняла с меньшим энтузиазмом, чем Виктора. Бывшего мужа она на распитие чая не приглашала.

— Ты проходи на кухню, я сейчас приду, — махнув ему в нужном направлении, пошла вслед за дочкой.

Опомнилась, что в руках букет и его необходимо куда-то пристроить, вернулась в коридор и положила на диванчик у двери. Обратно пойду, достану там вазу и поставлю его в воду. Сомневаюсь, конечно, что она выдержит такую махину, ведь раньше подаренные мне цветы были намного скромнее.

Подоткнув с боков одеяльце и поцеловав в маленькую щёчку дочь, притворила дверь в её спальню. На кухне ждал тот, кто проделал длинный путь ко мне и моему сердцу.

— Я успел соскучиться, — проговорил Витя шёпотом и встал мне навстречу.

Так хотелось кинуться на шею к идеальному мужчине, вдохнуть присущий только ему аромат парфюма, но я остановила себя.

— Поговорим? Ведь ты для этого пришёл, — собрав всю волю в кулак, спросила гостя.

— Оль, неужели ты думаешь, что я бросил бы отдых на курорте мечты и приехал сюда только ради секса с тобой? Хотя, чего скрывать, я взрослый мужчина и действительно хочу тебя.

— Зачем? Неужели у богатого и красивого мужчины нет более перспективных женщин? — поняв, что я не спешу к нему в объятия, Витя сел на ранее занимаемый им стул.

— Есть, но мне нужна именно ты, — легко и непринуждённо пожал плечами он.

— Поиграть в любовь, а потом уйти закат и оставить меня с разбитым сердцем?

— Нет. Хочу долго и счастливо, а потом, в старости умереть в один день.

— Я не шучу! — чуть громче, чем рассчитывала, ответила ему.

— Я тоже. Впервые в жизни почувствовал к женщине не только похоть, как получил отворот поворот. Но я не привык пасовать перед трудностями. Даже если ты скажешь, что симпатия не взаимна, я буду добиваться ответных чувств. Жить под окнами и каждый день петь серенады. Только учти, голос у меня так себе.

— Почему ты такой, твердолобый?

— Привыкай, тебе ещё со мной жить, — подмигнул он в ответ на заданный вопрос. — А меня в этом доме чаем напоят? Малышка приглашала, а ты пригвоздила суровым взглядом к стулу и даже горло смочить нечем.

Едва не треснув себя по лбу, начала доставать из шкафов конфеты, печенье и поставила на плиту чайник.

«Гостеприимность на высшем уровне, — мысленно простонала я. — Как можно быть такой растяпой и не проявить элементарную вежливость?»

— Оль, давай просто будем счастливыми? К чему все эти выяснения отношений, если мы их по сути ещё и не начали? — Виктор подкрался со спины и обнял за плечи.

Вздрогнула от его прикосновения. По коже тут же расползлись мурашки, а сердце пустилось, вскачь капитулируя перед обаятельным и настойчивым мужчиной. Находиться в кольце его рук было настолько правильно, словно в один миг странствующий путник вернулся домой.

— Думаешь у нас получиться? — голос предательски дрогнул, выдавая испытываемые мной чувства.

— Не попробуем, не узнаем.

Глава 14

Ольга

Повернула голову, решив заглянуть в его глаза, и пропала. В них было обещание и голод, который мужчина испытывает к единственной женщине. Горячие руки сжимали бережно, но не позволяли сбежать от него в очередной раз. Губы сами распахнулись в приглашающем жесте, а он не преминул этим воспользоваться.

Первое лёгкое касание, словно даёт возможность передумать, а после налетает ураганом, сносящим все преграды на своём пути. Алчный, поглощающий разум и выпивающий душу поцелуй заставил развернуться в кольце его рук, и прильнуть к горячему телу.

Каждое прикосновение словно разряд тока, заставляет кровь по венам струиться в два раза быстрее. Дыхание срывается и застревает в горле от переполняющих эмоций. Миг и я уже сижу на столешнице, а Виктор плотно прижимается между моих разведённых ног.

Пояс от халата легко поддаётся и распахнувшись, открывает смешную пижаму, что на мне, но становится настолько горячо, что уже совершенно плевать. Откидываюсь немного назад, опираясь руками на столешницу, и шелковая ткань скользит вниз.

Выгибаюсь навстречу губам, которые ринулись исследовать новую территорию и вовсю путешествуют по плечу. Ухватив зубами лямку, медленно стаскивает её, оголяя верхнюю часть груди, но места для манёвра маловато. Подаюсь вперёд и помогаю снять с себя уже изрядно раздражающую верхнюю часть пижамы.

Виктор резко втягивает воздух и практически набрасывается на собравшиеся в горошинки соски. Захватывает один в рот, второй нежно перекатывает между пальцами. Пока контролируемый, но уже довольно громкий стон срывается с моих губ.

— Где спальня? — вдруг отпустив из плена грудь, спрашивает Витя.

— Там, — киваю на стену за кухней и оказываюсь подхваченной под попу.

Виктор несёт меня словно обезьянку, повисшую на дереве, и не перестаёт покрывать поцелуями шею, место за ушком и чуть прикусывает ключицу. Аккуратно открывает дверь и, занеся в комнату, усаживает на кровать. Вернувшись к