Рынок чувств: отыграть назад - Кэт Лорен

– Пока не ясно. Но сумма звучит серьезная.

– Видимо, они не в курсе, кто мой брат такой. Иначе бы не поступили так.

Тишина разлилась по комнате. Я слышал только тяжелое дыхание Лехи и свой собственный стук сердца.

Я наклонился к брату, схватил его за подбородок, поднял лицо. Его глаза были мутные, почти стеклянные, но где-то там глубоко мелькнула искра – не раскаяния, а привычной хитрости. Он думал, что выкрутится и на этот раз, но нет! Я не предоставлю ему больше такой возможности.

– Слушай меня, – сказал я тихо, почти шепотом. – С сегодняшнего дня твоя жизнь превращается в увлекательный аттракцион. И поверь мне, ты охренеешь от этого.

Он мотнул головой – то ли кивнул, то ли просто пытался вырваться из моей хватки.

Я оттолкнул его обратно.

– Отвезите его ко мне домой.

Убирая документы со стола, почувствовал тяжелый взгляд Дэна.

– Ему нужно в клинику, Андрей. Мы и без того потеряли слишком много времени. Ты боишься скандалов вокруг нашей семьи, но так мы потеряем его. Ты это понимаешь?

Я тяжело вздохнул.

– Боюсь, у нас нет выбора, Дэн.

Глава 9

Мария

Аудитория опустела, последние однокурсники вышли, обсуждая предстоящий коллоквиум. Я собрала тетрадь, ручку и аккуратно сложила все в рюкзак. Лаура сидела рядом, зевая и растягиваясь, будто за пару часов лекции вымоталась больше, чем после марафона.

– Ну что, пойдем кофе возьмем? – предложила она.

Мы вышли в коридор и свернули в маленький буфет на втором этаже. Сели у свободного столика у окна. Лаура сняла солнцезащитные очки, обнажая синяки под глазами, потерла переносицу и посмотрела на меня с хитрым прищуром.

– Ну давай, рассказывай.

– Что рассказывать? – Я сделала вид, что не понимаю.

– Не начинай, Мари, – Лаура рассмеялась. – Ты обещала мне рассказать при личной встрече о вашем уикенде с Артемом.

Подруга, несмотря на усталость и недосып, выглядела заинтригованной. Конечно, я завалилась к ней домой без предупреждения в пятницу вечером со словами «Не отвечай на звонки моего мобильного и держи его полностью заряженным. И где у вас здесь черный ход?»

Все потому, что не хотела, чтобы псы моего почти бывшего мужа следили за мной. Именно поэтому я завела себе второй телефон, чтобы его никто не мог отследить или прослушивать мои звонки, когда я общалась с Артемом.

– Ты так улыбаешься, прям сияешь. Так что колись. Как все прошло?

Я не удержалась и тоже улыбнулась.

– Он отвез меня за город. Там конный клуб, – начала свой рассказ. – Я впервые села на лошадь. Это… удивительное чувство. Сначала было страшно, казалось, что сейчас свалюсь, но потом…

– А он? – уточнила Лаура.

– Артем был рядом все время. Настолько внимательный, будто боялся, что я упаду и разобьюсь. Смешной, но милый.

Я поймала себя на том, что рассказываю с теплом об этом парне и о наших совместных выходных. Не помню ни одного раза, когда с подобными теплыми эмоциями говорила о своем браке с Андреем. С Артемом все было совершенно по-другому. Я была другой…

– Мы гуляли, разговаривали. Он столько знает… Тема читал, кажется, все на свете. Знаешь, он даже показал мне многовековой дуб, который местные называют тем самым дубом, которым вдохновился Толстой, когда писал «Войну и мир».

Лаура закатила глаза.

– Господи боже мой! Не думала, что он такой зануда.

Я хохотнула и слегка толкнула подругу в плечо.

– Прекрати. Он был милым.

– Не думала, что сейчас принято завлекать девушек в постель демонстрацией какого-то дурацкого дерева!

– Вообще-то… – начала я и тут же замолчала, стыдливо отводя взгляд.

– Что-о? У вас разве ничего не было?! Вы уехали на все выходные!

Я отрицательно покачала головой, чувствуя снова ощущение некой вины. Ведь парень столько сделал для меня в эти дни и ранее, а я не удостоила его даже поцелуем.

Резко тряхнув головой, отогнала эти мысли. Психолог говорила, что мои вспышки РПП связаны также напрямую с тем, что я постоянно испытываю чувство вины, хотя это не так. Мой воспаленный мозг часто заставляет меня думать, что это во мне что-то не так. Мне нужно перестать заниматься самоедством и не думать о чувствах других, что я могла бы ранить.

– Он что, библиотекарь? – саркастически спросила Лаура, делая глоток кофе из автомата. Подруга скривилась в отвращении. – Фу, какая гадость!

– Артем сказал, что увлекается криптой, инвестициями. Но не так, чтобы хвастаться, а спокойно, как будто это просто часть его жизни. А еще… рассказал о своем детстве, как однажды они с братом залезли на крышу гаража и провалились внутрь. Я смеялась, до слез.

Лаура делала вид, что слушала с интересом, но не перебивала.

– Звучит, как будто он действительно хороший парень, – сказала она. – Умный, заботливый. Не то, что твой…

Она запнулась, но я естественно поняла, о ком речь.

– Андрей, – тихо произнесла я сама.

– Он выходил на связь?

Я отвела взгляд.

– Нет. Молчит. И документы не прислал на развод.

Наступила короткая пауза. Лаура отхлебнула еще кофе и посмотрела прямо на меня.

– Маш, а ты уверена, что хочешь этого развода?

Я замерла. Внутри все сжалось.

– Ты же сама говорила, что с ним конец. Что вернуться невозможно, – продолжала она. – Но вот смотри: Артем рядом, и он старается ради тебя. Но ты готова? Готова отпустить Андрея и связать себя с другим человеком?

Я покрутила в руках пластиковую крышку стакана и тяжело вздохнула.

– Не знаю, Лаур. Честно. С Артемом легко. Он хороший, он будто полная противоположность Андрею. Мой муж всегда был резким, взрывным… А Артем – спокойный, внимательный, интеллигентный. Но… – я опустила взгляд. – Но я не могу забыть. Не могу забыть, как сильно любила Андрея. Это была моя первая любовь. Она слишком глубоко сидит во мне, понимаешь?

Лаура кивнула.

– Понимаю. Но ты ведь не обязана сразу решать. Просто дай себе время.

– Время… – я повторила и посмотрела в окно.

Внизу спешили студенты, кто-то смеялся, кто-то ругался. Жизнь шла. А моя жизнь, казалось, застыла между прошлым и будущим.

Артем тянул меня вперед. Любовь к Андрею держала меня в прошлом. А я все еще не знала, куда хочу идти сама.

***

После пар я долго не могла решить – написать Артему или нет. Сидела в комнате, уставившись на учебник по фармакологии, но мысли упрямо возвращались к его голосу, к его улыбке, к тому, как он тогда держал поводья лошади рядом со мной. Внутри поднималось теплое чувство, но за ним сразу шел