Разрушение георгина - К. Р. Джейн

По крайней мере, здесь будет легко слиться. В школе всегда ходили слухи о том, кто я и чем занимается моя семья. В таком городе было слишком много людей, чтобы выделиться.

Или я так думала…

Движение было ужасным, и меня немного тошнило от всех этих бесконечных остановок.

— Это всегда так? — выпалила я, начиная чувствовать себя немного позеленевшей. Как давно я не ела?

— Да, — лаконично ответил он, а затем протянул руку и схватил сумку, которую затем бросил в меня.

На самом деле я надеялась, что меня сейчас вырвет… и я собиралась убедиться, что полностью пропустила мешок для рвоты, и он оказался на его идеальных, блестящих туфлях.

Прямо перед тем, как меня собиралось вырвать, «Бентли» съехал на обочину. Выглянув в окно, я увидела массивную вращающуюся дверь, за которой стояли двое мужчин в серой форме. За вращающейся дверью я могла видеть какой-то декадентский вестибюль.

— Где мы? — спросила я Люциана, повернув голову и заметив, что он смотрит на меня с отвращением на лице.

Хорошо, я имею в виду, что я не сравнилась с его красотой, или с красотой Рафаэля, если уж на то пошло… но да ладно, я не была отвратительной. Он смотрел на меня так, будто наступил в дерьмо.

— Дома, — ответил он без каких-либо эмоций в голосе. — Смело выходи.

— Эм… ты выходишь?

— Нет, — ответил он, когда мне открыл дверь один из мужчин в форме и протянул руку, чтобы помочь мне выйти.

— У меня есть работа. Убирайся, — сказал он, его тон не позволял возражать.

— Извини, ты не можешь просто… — прежде чем я успел произнести свою фразу, меня практически выдернули из машины, а за мной захлопнулась дверь. Я посмотрела на человека, который только что вытащил меня из машины. Если бы мой брат был здесь, он бы потерял руку. У меня было искушение ударить его, но потом я услышала, как машина отъезжает.

Я недоверчиво смотрела, как «Бентли» уехал, Люциан даже не удостоил меня взглядом.

Проходившие мимо люди на тротуаре бросали на меня любопытные взгляды, а я многозначительно смотрела в землю. Мои сумки стояли на тротуаре рядом со мной, включая мою сумочку. Рада, что они решили, что мои тампоны и помада не представляют угрозы для моего большого плохого жениха.

Я дала себе минутку, чтобы устроить вечеринку жалости, а затем решила зайти внутрь.

Когда я подняла голову, швейцары снова были на своих постах. Разве они не собирались помочь с моими сумками? И как, черт возьми, я должна была выяснить, где живет Люциан?

— Эм, извините. Могу я вас немного побеспокоить? — спросила я, пытаясь сохранить вежливый тон.

Швейцары смотрели прямо перед собой, как будто они были охранниками Букингемского дворца.

— Ладно, — пробормотала я, просчитывая в голове их смерть… если я сделаю что-то подобное.

Я поставила свои меньшие чемоданы поверх больших, а затем попыталась неловко начать тянуть их к двери. Один из чемоданов сразу отвалился. Мне просто повезло, что он не раскрылся от удара.

Кусок волос упал мне на лицо, и я в отчаянии сдула его с дороги.

— Чепуха, — пробормотала я, снова ставя сверху упавший чемодан и начиная процесс заново.

Я добралась примерно до половины пути, прежде чем упал еще один.

Этот же сценарий повторился еще дважды, прежде чем я добралась до дверей.

Швейцары по-прежнему молчали, скучающие часовые.

Я уверена, что если кто-то и обращал на это внимание, то, скорее всего, было крайне комично наблюдать, как я протаскиваю этот багаж через эти вращающиеся двери.

Я знаю, что рассмеялась бы, если бы увидела себя. Однако, поскольку это происходило со мной, я решительно не смеялась.

К черту Люциана. К черту этот дурацкий город. К черту мою семью за то, что отправили меня сюда. Ох, и к черту Рафаэля. Особенно его.

В конце концов я прошла через двери, где передо мной раскинулся роскошный вестибюль. В нем были белые мраморные полы с золотыми крапинками и черные как смоль стены. Освещение было золотым и приглушенным, отчего все казалось дорогим и внушительным. Я заметила камеры на стенах, достаточные для того, чтобы контролировать каждый дюйм вестибюля. Я уверена, что была камера, записывающая то позорное путешествие, которое я только что испытала. Кто-то устраивал первоклассное развлечение где-то в офисе службы безопасности.

За черным подиумом сбоку от комнаты стоял человек, а в задней части вестибюля — не менее шести идеально отполированных золотых лифтов. Посреди комнаты были расставлены очень неудобные и дорогие на вид черные диваны, а посреди них стоял блестящий золотой кофейный столик. Все было строго и современно, и поэтому не в моем вкусе, но я должна была признать, что это выглядело красиво.

По крайней мере, Люциан не подбросил меня до наркопритона или чего-то в этом роде. И основываясь на том, что я видела о нем до сих пор, я бы не поставила его мимо него.

— Здравствуйте, — позвала я человека, стоящего за трибуной. Мужчина был одет в хорошо сшитый черный костюм с ослепительно белой классической рубашкой под ним. Он был старше, с проседью в каштановых волосах и состарившейся от времени кожей. Однако его светло-серые глаза были острыми, он внимательно изучал меня, как если бы я была потенциальной угрозой.

— Чао, синьора, — наконец ответил он, очевидно, решив, что я не причиню никакого вреда, итальянец. Я могла это предположить.

— Как вы думаете, вы могли бы мне помочь? Люциан Росси только что подбросил меня… Я должна остановиться в его квартире.

— Его квартира? — спросил он, явно сбитый с толку.

— Извините, я только что из Англии, если вы не догадались. Я имела в виду его дом? Или квартиру. Я понятия не имею, где он живет.

— О да. Мистер Росси велел мне отвести вас в его пентхаус, — сказал он, залезая под подиум и доставая ключ.

— Отлично, — ответила я с облегчением, вытирая пот со лба. Я имею в виду, что я была в хорошей форме, но не таскала с собой пять тысяч фунтов в хорошей форме, а именно столько, по ощущениям, весили мои чемоданы.

— Конечно, синьора, — легко ответил он, как будто не видел, как я чуть не умерла, таща свои сумки