Шпион в Академии Звезд - Элиан Вайс

стула на ее плечо. Пальцы сжали ткань форменной куртки прямо там, где под ней скрывался оставленный мной темно-лиловый синяк. Ариана вздрогнула и инстинктивно подалась вперед, пытаясь сбросить мою руку, но я держал крепко.

Я поднял взгляд. На другом конце атриума, на обзорном балконе второго яруса, стоял Арес.

Он смотрел на нас. Его лицо, как всегда, ничего не выражало, но глаза были похожи на две черные дыры, готовые поглотить всю эту проклятую станцию. Я знал Вейда как облупленного. Я чувствовал, как внутри него сейчас ломаются ребра жесткости.

Глядя прямо в глаза Аресу, я медленно, почти нежно провел большим пальцем по шее Арианы и слегка, буквально на миллиметр, отодвинул высокий воротник ее рубашки. Ровно настолько, чтобы обнажить краешек багрового засоса, который я оставил прошлой ночью. Метка хищника.

Ариана зашипела, резко вырываясь из захвата и вскакивая на ноги. Ее стул с грохотом отлетел назад.

— Не прикасайся ко мне, Вульф! — ее голос сорвался, привлекая внимание еще большего числа кадетов.

— Как скажешь, Стил, — я поднял руки в примирительном жесте, но моя ухмылка была откровенно издевательской. — Увидимся позже. Я знаю, ты будешь меня ждать.

Я развернулся и ушел, физически ощущая, как спину прожигают два взгляда: один пылающий, другой — мертвенно-холодный.

Спустя два часа тренировочный ангар рукопашного боя сектора «Гамма» превратился в закрытую арену. Мы часто проводили здесь спарринги с Аресом, поддерживая форму. Обычно это был холодный расчет, тактика и идеальная техника.

Но сегодня воздух здесь пах кровью еще до того, как был нанесен первый удар.

Мы стояли на матах татами, обнаженные по пояс, стянув руки тренировочными бинтами. Никаких зрителей. Только мы вдвоем под режущим светом галогеновых ламп.

— Ты сегодня дерганый, Вейд, — бросил я, разминая шею до глухого хруста. — Плохо спал?

Арес молчал. Его тело было напряжено, как взведенная пружина боевой катапульты. Ни одного лишнего движения. Он сделал первый шаг в мою сторону, и я понял: это не спарринг. Это попытка убийства.

Он бросился вперед с пугающей скоростью. Его кулак врезался в мой блок с такой силой, что левая рука чуть не онемела. Я едва успел уйти с линии атаки и нанести ответный удар в корпус клинчем. Арес даже не поморщился, хотя мой хук сломал бы ребро любому другому.

— Ты перешел черту, Кайан, — процедил Арес сквозь зубы, совершая быструю подсечку.

Я перепрыгнул ее и жестко пробил ему двойку в голову. Один удар прошел вскользь, рассекая бровь Ареса. На татами упали первые капли теплой, красной крови.

— Черту? — я зло рассмеялся, парируя его апперкот глухим блоком. — Она моя, Арес! Я взял то, что хотел. И, поверь мне, она стонала так громко, что я до сих пор слышу это в ушах.

Эти слова стали тем детонатором, который взорвал бомбу. Глаза Ареса почернели окончательно. В следующий миг он вцепился в меня с первобытной яростью. Мы рухнули на маты, сплетаясь в клубок из напряженных мышц, пота и ненависти.

Это была не техника лучшей Академии галактики. Это была драка портовых псов. Он ударил меня локтем в скулу, я почувствовал вкус собственной крови. В ответ я перекинул его через себя, впечатывая спиной в жесткое покрытие, и нанес прямой сокрушительный удар в челюсть.

— Ты думаешь, что получил ее? — прорычал Арес, блокируя мой следующий удар и выворачивая мне запястье так, что сустав тревожно хрустнул. — Ты просто глупый ублюдок, Вульф, который мыслит членом. Она играет с тобой!

— Да пошел ты! Ты просто бесишься, что я оказался первым!

Мы снова вцепились друг в друга. Тяжелое дыхание, глухие удары плоти о плоть. Трещали не только наши кости — трещала сама основа нашего многолетнего партнерства. Мы были готовы задушить друг друга, разорвать голыми руками из-за девчонки, которую знали всего несколько дней.

Внезапно взвыла сирена, и над нами вспыхнули красные аварийные проблесковые маячки. Двери ангара с шипением разъехались, внутрь ворвалась секьюрити-команда с парализаторами на изготовку.

— Кадеты Вульф и Вейд! Прекратить бой немедленно, или мы применим стазис-излучатели! — голос дежурного офицера громыхал по ангару.

Мы замерли. Тяжело дыша, я отпустил воротник Ареса, а он разжал пальцы на моем горле. Мы поднялись на ноги. Оба тяжело избитые, в ссадинах и кровоподтеках, с глазами, полными нерастраченной животной агрессии.

Арес сплюнул кровь на белый мат. Его взгляд, брошенный на меня, был пронизан абсолютным, холодным обещанием.

— Это еще не конец, Кайан. Ты ничего не понял, — бросил он ледяным тоном, отвернулся и пошел к душевым, не обращая внимания на охрану.

Я остался стоять в центре круга, вытирая