Душа ведьмы. Начало - Анита Милаева

— Вы очень отчаянная девушка, княжна Собезская, — прокомментировал ее поведение новый партнер по танцам. — В ваших жилах течет не кровь, а огненная лава. Это и хорошо, и плохо. Если бы вы родились мужчиной, то смогли бы направить свою энергию в нужное русло. Ваша эксцентричность принесет вам много проблем. Думаю, и сами это знаете. Ведь вы еще и умная.

— Вы мне льстите, — ответила девушка.

— Послушайте, дитя, когда придет время, примите правильное решение, — это были прощальные слова партнера по танцам, которого звали князь Владимир Острожский. Алессандра отнеслась к его словам серьезно, и, кажется, даже поняла их истинный смысл.

Следующим ее партнером по танцу стал сенатор Бейский. Тот самый, который был противником девушки в бою на ристалище.

Княжна Собезская тяжело вздохнула, и снова отправилась танцевать очередной вальс.

— О, кто же это, — послышался скептический мужской голос, когда Алессандра всеми силами пыталась отказаться от очередного приглашения на танец. — Неужели передо мной славноизвестная княжна Собезская, которая своим мастерством блеснула перед всеми знатными вельможами?

Когда незнакомец подошел к ней, то мужчины, желающие пригласить ее на танец, тут же спасовали перед ним.

Княжна Собезская медленно повернулась на голос, пытаясь определить, кому он принадлежит. Судя по тону, этот человек был высокого сословия, слишком уж вальяжно говорил. Говор указывал, что он из здешних мест. Речь была четкой и поставленной, без диалектов и акцента.

Девушка окинула его холодным оценивающим взглядом. Дорогие одежды, отсутствие гербов, дорогие перстни на пальцах. Молод, эгоистичен и высокомерен. Нежные руки без мозолей подсказывали, что в сражениях он не участвовал. Гордо поднятый подбородок и снисходительный взгляд на окружающих, говорил о том, что это птица высокого полета.

— Не такая уже и известная, — ответила она своему собеседнику.

— Да бросьте вы. Скромность вас не украшает. Вон отбоя нет от ухажеров. Я, пробираясь к вам, опередил дюжину желающих внести свое имя в вашу бальную карточку.

Княжна не ответила, пытаясь понять, кто перед ней. Головоломки она любила и потому тщательно пыталась разгадать, кто это. Посмотрев за спину своего собеседника, обнаружила, что множество глаз приковано сейчас к ним. Все с интересом наблюдают за … ним. Сейчас толпу волновал этот человек и его действия.

— Вы так и будете молчать? Или все же окажите мне честь закружить вас в вальсе?

— Но сейчас играют не вальс, — заметила Собезская.

— Это временно, — мужчина поднял руку и подал знак музыкантам. Музыка тут же сменилась на подходящую для танца парами.

“Сын короля!” — пришла в голову нужная догадка. Больше никто не мог позволить себе подобное поведение.

Мужчина протянул руку, и Алессандра вложила в неё свою.

— Как пожелаете, ваше высочество, — слегка склонила голову девушка.

Он лишь хмыкнул.

Кружась в вальсе, княжна Собезская пыталась холодно оценить ситуацию. Для этого ей понадобились вся выдержка и трезвость ума.

Итак, до этого вальса сын короля никого не звал на танец, его присутствие вообще не было заметным.

Одет не в одежды монарха, это указывало на то, что он не хотел участвовать в торжестве, как высокопоставленная особа. Не выделялся и не привлекал внимание, хотя его присутствие не могло остаться без внимания подданных. Но все же сейчас он решил потанцевать. И именно с ней. Зачем ему это нужно?

Алессандра силилась вспомнить, что слышала о сыне короля. На военном поприще он не выделялся, походы не возглавлял, хотя, собственно, почему должно было быть иначе, отец воевать так же не любил.

Звали будущего короля Ян. А прозвища он еще не заслужил, так как на престоле еще не побывал и военных подвигов не совершал. Слава о нем ходила, как о человеке, который любил посещать дома развлечений, но это были лишь догадки, так как никто его за руку не поймал, пьяным никогда не видел. Если он и делал что-то превратное, то это было в дорогих частных домах закрытого типа, где персонал учили держать язык за зубами.

Был женат на принцессе из соседних земель. Их союз укрепил мир между государствами, но, к сожалению, потомства у пары еще не было.

— Итак, юная девушка, которая позволила себе опозорить моего отца, вот ты какая, — принц перешел на “ты”, когда придворные больше не могли слышать их разговор.

— И какая же? — осведомилась Алессандра.

Он хмыкнул.

— Тощая, как по мне, угловатая и уж слишком бледна. Если бы я своими глазами не видел, как ты махала мечом на ристалище, мня себя мужчиной, не за что бы не поверил, что это не слухи. Как такие хлипкие руки смогли удержать оружие? — взглянув на хрупкую руку княжны, хмыкнул мужчина.

“Слов он не подбирает. Какое двуличие” , — резюмировала Собезская.

— Возможно, не я сильна, а остальные слабы, — не стала перечить доводам принца девушка.

— И это возможно, — он оценивающе вглядывался в ее лицо.

— У меня вопрос: как в такую хлипкую голову пришла идея сотворить подобное? Чем ты думала? Ты ведь понимаешь, что опозорила нас перед гостями? Или в глупой голове такая мысль не возникла?

— А вы считаете, что выставлять воинов на посмешище перед гостями идея получше моей? — задала встречный вопрос собеседница.

— Так придумал твой король! И этого для тебя должно быть достаточно, — не понравился ему ответ партнерши. — Видно князь Собезский не дал тебе должного воспитания.

— Прошу меня простить, мое поведение и вправду было неподобающим для княжны, но, если представить, что я наследник рода Собезских. Думаете, для наследника такое поведение бы приемлемым?

— Ты не наследник! Ты всего лишь девчонка! Твоя мать даже не смогла родить сына. Да она вообще после твоего рождения утратила самую важную функцию женщины.

— Ваша принцесса после нескольких лет брака тоже не подарила вам наследника. Впрочем, она вообще не подарила вам дитя, — холодным тоном ответила Алессандра.

— Да как ты смеешь? — на лице Яна появились красные пятна. Он сильнее, чем следует сжал руку партнерши и притянул ее к себе, сильнее, чем того позволяли приличия, но княжна даже не вскрикнула и не скривилась.

Его лицо оказалось совсем рядом с ее лицом…

6.

Его лицо оказалось совсем рядом с ее лицом, а она и бровью не повела,