Истинная для якудза - Эвелина Шегай

Только что её положение в этом доме… стало гораздо опаснее.

Глава 9. 言葉の舞 «Танец, что плетут слова»

Наверное, его инстинкт самосохранения порой сбоил. Отключал напрочь все тормоза, вот Рэна и несло на всех порах. Если бы Цурута не вмешалась, Масару не успокоился бы, пока всё дерьмо из него не выбил. А в нём дерьма стало лишь больше после того, как узнал, какая девушка досталась старшему брату в невесты.

Рэну физически было тяжело не обращать внимания на его отношение к ней. К её вполне естественным и разумным потребностям. Настолько взбесила отмашка, что вряд ли сам дал бы заднюю, если бы Цурута не вмешалась.

А вот она не переставала удивлять. Нет, Рэн ещё вчера понял, что девушка неглупая. Но то, как она искусно переключила внимание, перенаправив тему в русло бизнеса её отца, страдающего от давления со стороны Змеев, не могло не внушать уважения. Цурута явно получила дипломатическое образование. Уж больно умело она обращалась с чужим вниманием.

— Следовательно, если наш союз не будет продемонстрирован публике во всей красе, то Змеи воспримут это как знак того, что клан Воронов может пренебрегать защитой своих партнёров. Я лишь хотела убедиться, что мы не дадим им лишнего повода для атаки. Фотосессия — не более чем инструмент общественного давления.

— Звучит разумно, — согласился Масару, смотря на неё, как будто впервые увидел. — Вы довольно глубоко осведомлены о проблемах вашего клана. Про торговые пути — даже мне это было неизвестно.

— Кажется, я лишнего сболтнула, — растерянно ответила Цурута, прижимая пальцы ко рту.

И пока она уткнулась взглядом в стол, Рэн про себя гадал, притворялась ли эта хитрая птичка сейчас или в самом деле в кураже переговоров случайно выдала секретную информацию.

— Не волнуйтесь, дальше присутствующих за этим столом информация не пойдёт. Мы заинтересованы в глубоком альянсе с Журавлями, поэтому ваши проблемы — наши проблемы. — Масару поднялся из-за стола. — Продолжайте ужин, мне надо решить срочные вопросы по работе. Хару, организуй машину.

Младший из братьев тут же подорвался с места и первым выскочил из столовой. А старший, не спеша, последовал за ним.

— Настроение испортил и отчалил, а нам, значит, ужинайте дальше. Забавный он, не так ли? — с хитрой улыбкой поинтересовался Сатоши и посмотрел на Рэна. — Может, выйдем покурить?

Тот кинул взгляд на настороженно смотрящую Цуруту, которую, в отличие от него, никто не позвал, и пошёл за старшим братом на улицу.

Сатоши встал на краю крыльца и достал из внутреннего кармана портсигар, в котором осталось четыре сигариллы.

— Будешь? — любезно поинтересовался он, но затем заметил в руке Рэна обычную пачку сигарет и усмехнулся: — Ты всё ещё эту дешёвку из мусорных остатков куришь?

— Придерживаюсь традиций и ни на что не претендую, — равнодушно ответил он, подразумевая, что привилегия курить сигары была связана с борьбой за статус оябуна.

— Традиции? — Сатоши прихватил губами кончик сигариллы, а в его ладонях, как обычно, спрятанных за перчатками, звонко клацнула металлическая зажигалка. Он неглубоко затянулся, больше наполняя рот дымом, чем втягивая в лёгкие, и медленно выпустил тонкую струю, сквозь крошечную щель между губами. Один уголок рта снова медленно пополз вверх, взгляд же впился в Рэна со знакомой ехидцей. — Не надоело прикрывать свою амебность громкими словами? Ты куришь эту горькую махорку, лишь потому что привык довольствоваться остатками со стола старших.

— Говоришь так, будто в этом есть что-то плохое.

— Просто констатирую факт, что это не столько традиции, сколько выбор того, кто не способен подняться выше.

— Не пойму, тебе конкуренции с Масару не хватает? — хмыкнул Рэн и поднял взгляд к ночному небу. — Курите свои дорогие и солидные сигары и не лезьте ко мне.

— Масару курит то, что подобает главе клана. Не вкладывая в выбор ничего личного. А ещё он наивно полагает, что в глазах остальных сигары закрепляют за ним этот статус. Ты же думаешь, что твои жалкие бычки делают тебя свободным. Но по факту вы оба просто курите. — Сатоши на секунду затих, разглядывая сигариллу в своих пальцах. — Я же выбираю то, что соответствует моим амбициям. Разница между нами в том, что я знаю цену своему дыму.

— Какие глубокие мысли. — Он не смог удержаться от подколки, пока братец выдавал настолько напыщенные речи. Порой его несло в какую-то псевдофилософию. И над этим даже можно было пошутить без последствий для собственной шкуры.

— Слишком сложно для тебя? Ничего, может, однажды дорастёшь, — вернул шпильку Сатоши. А затем он скосил на него взгляд и уже без улыбки спросил, приглушив голос: — Что думаешь о нашей драгоценной невестке? Понравилась?

Рэн глубоко затянулся и выдохнул облако дыма в сторону брата. Мог ли он заметить что-то? Нет, исключено. Они вели себя предельно осторожно. Даже не смотрели, по сути, в сторону друг друга. Сатоши просто его прощупывал.

Однако пальцы Рэна на сигарете всё равно слегка дрогнули.

— Думаю, что она красивая и смышлёная. Такая девушка разве может кому-то не понравиться?

— Да, я тоже нахожу её привлекательной. Но ты правильно подметил, Цурута-сан — далеко не глупая барышня. А у меня нет способностей к соблазнению, как у некоторых, — подметил Сатоши с настолько толстым намёком, что только идиот не уловил бы, к чему он пытался склонить своего младшего.

Рэн идиотом не был, но порой неплохо притворялся.

— Да они-сан, я же правда не знал, что у тебя что-то было с Химари-тян[33]. И ты же сам в курсе, у меня отношение к таким вещам простое: предлагают — беру. — Он заметил, как в глубине глаз второго брата вспыхнула знакомая ледяная ярость, и тут же свернул на безопасную дорожку: — Насколько бы прелестна ни была Цурута-сан, она в первую очередь невеста брата. У меня, знаешь ли, тоже есть принципы.

— Вот как? — насмешливо протянул Сатоши.

Очевидно, он даже на долю секунды не поверил в наспех выдуманные принципы. Никто не поверил бы — Рэн слишком долго придерживался образа беспринципного мудака. И старший брат точно продолжил