Истинная для якудза - Эвелина Шегай

наследника оябуна, если перейдёт на следующую ступень. Сейчас первый сын им является только потому, что они оба бета-оборотни — равны. Но если второй станет альфой, первому придётся уступить по праву силы.

— Так и есть, поэтому Масару постоянно на нервах. Да и Сатоши и не скрывает того, что хочет его подсидеть.

— Раз ты это тоже понимаешь, то зачем лезешь в разборки старших? — Каори снова вскинула на Рэна взгляд, почувствовав вспышку негодования от его беспечности. — Не понимаешь, что они могут тебя случайно затоптать, пока друг с другом разбираются?

— Меня затоптать не так уж и легко. — Он довольно улыбнулся, будто наслаждаясь её попытками призвать его проявить здравый смысл.

Совсем глупый, что ли?

Со стороны аллеи послышались быстро приближающиеся мужские голоса и топот нескольких пар ног. Она даже подумать не успела о том, куда им спрятаться, как Рэн подхватил её за талию, отрывая от земли, по которой Каори определённо застучала бы своими деревянными гэта.

Он затащил её в узкую расщелину между гаражами. Там оказалось настолько тесно, что им пришлось прижаться друг к другу.

— Давай двигай быстрее, нам тоже надо успеть поучаствовать в охоте! — нетерпеливо воскликнул один голос.

— Аники, мне кажется, это дерьмовая идея, — отозвался второй голос, более высокий и жалобный. — Если заметят, что мы бросили пост…

— Да хватит пачкать штаны, как сосунок зелёный! Ты сам видел, какие ставки мужики делали, грех не попробовать свои силы. Тем более Гора всё равно остался в дежурке.

— Но он же там спит.

— А это уже его проблемы.

Мужские голоса, продолжающие перебрасываться фразами, постепенно звучали всё дальше и дальше, пока окончательно не стихли. И тогда совсем рядом раздался шёпот Рэна:

— Хорошая возможность, чтобы сбежать. Попробуем вместе?

Каори не поняла, коснулись ли его губы мочки её уха, или ей только почудилось. Но она попыталась оттолкнуть нахала, напрочь позабыв, что после смены одежды он явился в рубашке почти нараспашку. Ладони легли прямо на обнажённую кожу. Горячую, под которой мощно билось сердце.

— Я не хотела, — резко потяжелевшим голосом произнесла Каори, вскидывая взгляд, и замерла, смотря в горящие глаза ещё одного бета-оборотня.

Он улыбнулся, посмотрел на её руки, которые продолжали лежать у него на груди, и улыбка стала шире.

— Какой напор. Мне нравится.

— Да что у вас тут происходит? — растерянно произнесла она, не в силах реагировать сейчас на его провокации, и выскользнула из щели. — Как в одной семье может быть целых три беты?

— Наша мама была альфой, — ответил Рэн, последовав за ней. — Отец тоже. Две альфы дают сильное потомство.

— И остальные тоже?

— Нет, Го и Хару — гаммы.

Каори выдохнула, пытаясь переварить информацию. Даже учитывая, что их мать была невероятно редкой альфой, трое бет тянуло на статистическую аномалию. Обычно из такого количества детей лишь один к зрелости становился бетой, реже — двое.

— И давно прошёл переход?

— В том же возрасте, что и у тебя.

Семьдесят лет. Для беты это ранний срок, дающий большие надежды на дальнейший рост. Но если его старшие братья в курсе… Значит, они в постоянных поисках веской причины, чтобы устранить такого опасного конкурента. А обнаружение истинной пары — отличный повод.

* * *

Им следовало держаться друг от друга подальше. Оба это понимали, но их постоянно тянуло в места, где они могли случайно пересечься: столовая, сад, библиотека. Всего-то перебрасывались несколькими дежурными фразами и расходились. И поначалу этого было достаточно. Правда, хватало, чтобы заглушить вой тяги. Но уже через неделю стало понятно, что у зверюги, жившей внутри них, аппетит лишь рос.

И вот настал день, когда Каори даже поехала в фотостудию за никому не нужными предсвадебными фотографиями, на которых будет позировать в одиночестве.

— Като, ты теперь в роли няньки? — со смешком поинтересовался Рэн, распахивая перед ними дверь своей студии.

— Я лишь выполняю поручение Масару-сама, — кротко ответил он, первой пропуская Каори в небольшую и плохо освещённую прихожую.

— Эксплуатируют тебя, беднягу, по полной.

— Не беспокойтесь, Рэн-сама, я люблю свою работу и благодарен за покровительство клана, поэтому всецело ему предан.

— Ты давно домой к себе заглядывал?

— В прошлом месяце.

— Если хочешь, можешь съездить к жене и детям. Оставь при входе пару кобун. — Рэн достал телефон, чтобы взглянуть на время. — Мы закончим съёмку в районе восьми вечера. У тебя есть пять с лишним часов.

— Это… Спасибо, Рэн-сама, — тихо выдохнул Като, склоняясь перед ним в глубоком поклоне и едва не касаясь лбом коленей. А когда выпрямился, то даже беглого взгляда не кинул на Каори. Просто выскочил на улицу, чтобы отдать приказы тем, кто был ниже его в иерархии клана.

Так легко оставил её наедине с другим мужчиной?

Она перевела взгляд на Рэна, но он уже развернулся и пошёл вглубь студии.

Каори последовала за ним, стараясь не разглядывать мужскую спину. Не смотреть на то, как белая рубашка, заправленная в джинсы, сидела на бёдрах. А сидела она так низко, что это казалось почти неприличным. Поэтому Каори уткнулась в пол, на его босые ступни, оставляющие бесшумные следы на тёмном дереве.

Однако очень скоро она осознала, что вид сзади был намного безобиднее того, на что ей предстояло смотреть, сидя на стуле в окружении софитов.

Конечно, Каори старалась себя не выдать, фиксировать взгляд на пыльной лампе в углу потолка над его плечом, но периферийное зрение безжалостно придавало её, выхватывая детали, от которых перехватывало дыхание.

Рэн был одет так, словно специально планировал свести Каори с ума. При каждом его движении ткань почти полностью расстёгнутой рубашки разъезжалась, открывая вид на геометрические линии татуировок, уходящие от ключиц вниз по груди. Постоянно мелькал кусочек рельефного пресса, как будто намеренно дразнил. И вот от него взгляд было оторвать особенно сложно.

А ещё эти босые ноги! Матерь божья. Как такая простая и безобидная деталь могла выглядеть настолько интимно?

— Ты так напряжена, — подметил Рэн, разглядывая фотографии на камере со всё понимающей ухмылкой.

— Это моя первая свадьба, вполне естественно, что я нервничаю, — холодно ответила Каори.

— Только из-за свадьбы?

— Не задавай вопросов, ответы на которые не хочешь услышать.

— В исполнении твоим прекрасным голосом я готов слушать любые гадости.

Она не стала ничего