Сопрано для Мафиози - Екатерина Ромеро

на годовщину смерти матери Вито нарвал букет этих роз. Это было ошибкой. Он получил по лицу острыми стеблями, Пабло был беспощаден. Я тогда впервые увидела, как Вито плакал. У него остался шрам на брови от тех роз, но он всем говорил, что на него напал Ворон. С тех самых пор его все и стали называть Вороном.

Прошло столько лет, возможно, мальчишки уже и забыли эти истории, но я помню, и особенно больно мне видеть, как теперь уже взрослый мужчина Анжело держал в темнице ту девушку Изабель.

Я не хочу, чтобы он причинял ей боль, потому что Анжело по натуре не такой как Пабло. Он не жестокий. Он просто не забывает обид.

* * *

Вито. Ох, этот мальчишка изводил меня как мог, он вытрепал мне все просто нервы, пока рос. Не такой выдрессированный, как Анжело, нет. Вито был упрямым как баран, и оставался всегда при своем мнении, хотя отца тоже слушался беспрекословно.

Вито был единственным, по крайней мере, единственным признанным сыном Пабло Чезаре и, конечно, по-полной этим пользовался.

Ворон не знал ни в чем отказа, он рос крепким мальчуганом с черными густыми волосами и вспыльчивым характером.

Ворон, да. Это прозвище навсегда к нему прикипело. Шрам от тех роз был заметен, но Вито не стал его убирать. Этот шрам здорово ему подходил, делал и без того жесткий взгляд Вито еще более резким, пронизывающим.

Вито как посмотрит, аж страшно становится, и это появилось еще с малых лет, он точно был вороном в нашем большом замке.

Довольно агрессивен и бесстрашен, Вито так и нарывался на проблемы, так что по молодости Пабло пришлось с ним нелегко. Полегче стало, когда в замке появился старший Анжело и мальчишки начали расти вместе, все время соревнуясь везде и во всем.

Я приглядывала за ними, как за птенцами. Кормила, воспитывала, старалась не дрессировать их, а играть с ними, я давала им быть просто детьми, не имея собственных.

С Анжело вообще проблем не было, тогда как с Вито они случались ежедневно. Он любил драться и спорить, доказывать свою правоту, хотя и был внутри очень ранимым.

Свою мать Анну Вито скорее всего не запомнил, но этот дефицит внимания он вдоволь восполнял уже во взрослом возрасте.

Тогда как Анжело сидел с книгами по бизнесу и служил, Вито занимался борьбой, а еще бегал на гулянки, называя девушек по дням недели, чтобы не путаться в свиданиях с ними.

Помню, как Пабло узнал об этом. Вито тогда здорово влетело, но он был молод, а молодость прощает все. К тому же, Вито всегда притягивал женщин как магнит, он вырос привлекательным высоким мужчиной, редко какая девушка могла устоять перед ним, и зачастую им было плевать, называл ли Вито их пятницей или четвергом, они все летели к нему, точно мухи на мед.

До какого-то момента Вито этим пользовался сполна, Пабло спускал ему с рук такое поведение, но когда невеста Анжело сбежала и свадьбу пришлось отменить, Пабло стал еще более строг с сыновьями.

Он понял, как сильно может ранить женщина, и теперь уже Вито был в ежовых рукавицах. Он остепенился и подтянулся к Анжело. Они как волки вместе начали работать, осваивать новые горизонты и открывать компании.

Однажды к нам приехал Эдуардо, брат-близнец Анжело. Тогда он еще был молод и конечно, жив. Я осталась от него под большим впечатлением. Настолько похожи, как же я хотела, чтобы этот парень остался здесь жить, но Фари, как его называли на родине, тоже был целеустремленным и знал, чего хочет от жизни. Он уважал братьев, но жить хотел у себя дома в России.

Когда они шли вместе с Анжело, мне было трудно их отличить, настолько похожими были, но все же, Фари был спокойнее и как-то даже живее. Мать его не бросала, он заботился о младшем брате Александре, и в целом, смог завести себе хорошую семью с Моникой. Она тоже мне нравилась, я видела, она Фари очень любила.

Анжело же так не повезло. После предательства Элизы он поставил крест и на себе, и на всех женщинах планеты. Я пыталась с ним поговорить, но это уже был взрослый мужчина со своим мнением, конечно, он не слушал ни единого моего слова.

Спустя еще несколько лет Вито тоже влюбился. Он привел к нам в дом Софию, и отличие от Элизы, со свадьбы она не сбегала. Однажды приехав, София больше не уходила, и стала частью нашей семьи.

Сегодня ее любят все, и Вито особенно. Я молюсь за Софию, потому что она смогла сделать из Вито настоящего мужа и отца, действуя с точностью опытного ювелира.

* * *

София. Моя радость, моя гармония и истинная душа замка. Впервые за долгие годы здесь вообще появилась живая женщина, и я была этому очень рада. Особенно тому, как София влияет на Вито. Ворон до того был совсем оторван жизни, агрессивен и даже жесток, и только София смогла укротить этого зверя.

Холодная София хорошо воздействует на горячего Вито. Она его жизнь, его любовь, утешение. Всегда огненный Ворон нуждается именно в такой женщине, и нет, София не слабая. Порой мне кажется, что она даже сильнее собственного мужа, морально уж точнее устойчивее.

Когда у братьев проблемы, когда что-то не получается и замок шатает, приходит София, и все возвращается на круги своя.

Я боялась, что Пабло не вынесет такую невестку, но на удивление, он с ней смирился. Здесь не смогла выжить ни его жена Анна, ни жена его брата Мария, ни Элиза, и только София нерушимо заняла свое место, а после у них с Вито родилась дочь по имени Алессия.

Маленький белокурый ангел, эта девочка принесла нам всем надежду. Вито поплыл, сразу же, в первый год он определенно точно стал отцом до мозга костей. Единственная дочь, они с Софией в ней души не чают. Анжело тоже любит племянницу, Лесси растет и радует всех нас, и даже вечно хмурого Пабло и того ей удается смягчить.

Я знаю, что они хотят второго ребенка и активно над этим работают. У замка, конечно, есть уши, я знаю почти все, и могу только надеяться, что вскоре София принесет нам благую весть о второй беременности, и замок снова озарит надежда.

* * *

Белла

— Изабель, вставай. Быстрее, малышка, он здесь уже!

Утро, меня тормошит Франческа. Я не поняла, как уснула, все казалось каким-то страшным